Блуждающий дух. По следам Золотого Змея - Татьяна Кагорлицкая

Уолтер указал рукой на ряд жмущихся друг к другу домишек, на пыльные улочки, покосившуюся телегу, пустые рассохшиеся бочки.

– И кто же допустил всё это?

Его вопрос повис в воздухе. После паузы переселенцы принялись перешёптываться. Они мешкали, боясь обвинить капитана Лейна открыто, и Уолтер с лёгкостью считывал все их опасения. Небрежно положив руку на пояс, он спросил вновь:

– На чьи плечи легла обязанность заботиться о благополучии колонии?

На этот раз кто-то робко проблеял, прячась за спинами остальных:

– Капитан Лейн…

– Вот как, – довольно кивнул Норрингтон. Ему ничего не стоило разыграть всё как по нотам, добиваясь ожидаемой реакции. Добавив немного праведного возмущения в голос, он продолжил: – И где же теперь ваш глава? Я хочу призвать его к ответу.

– Так ведь нет его, господин! Увязался куда-то за своей девицей, ищи его теперь…

Уолтер покачал головой.

– Получается, он бросил вас на произвол судьбы. И в чьей же компании? На кого этот недостойный человек променял тех, кого обязался защищать?

На этот раз остальных переселенцев опередил Симмонс. Хотя врач чувствовал подавляющую силу, исходящую от незнакомца, она не затмила его разум.

– Странные вы речи ведёте, господин, – тихо и в то же время твёрдо сказал он. – Капитан Лейн отправился в экспедицию, как он делал уже не раз. Осваивать новые земли – задача, возложенная на него королевой…

Его пронзил острый взгляд Уолтера, заставляя поперхнуться на полуслове.

– Многие ли экспедиции закончились успехом? – ядовито спросил Норрингтон. – И взял ли капитан Лейн на борт кого-то из этих людей, заслуживших поощрение?

Он широким театральным жестом обвёл всех собравшихся.

– Нет, с ним какие-то мутные господа отправились! Откуда они, куда они – ничего про них не знаем, – насупился Эдвин.

– А капитан Лейн объяснить не потрудился! – поддакнул Нед. – Все расспросы пресекал.

Подливать масла в огонь Уолтер не стал: колонисты сами загалдели, вспоминая подозрительных спутников мисс Хантер и их загадочное появление. Ему оставалось лишь наблюдать, как недовольство расползается, ширится и разгорается; как накопившееся истощение превращает переселенцев в озлобленных людей, готовых в любой миг сорваться с цепи. Правда, он видел, что не все поддались искушению свалить все беды на Ральфа, и внимательнее присмотрелся к этим жителям.

Гилберт завёл дочку за спину, безотчётно пытаясь оградить её от незнакомца.

– Не нравится мне всё это, Дорис…

Та не решалась даже рта раскрыть, лишь робко жалась к отцу, надеясь, что странный человек как можно скорее покинет форт. Обычно улыбчивый и спокойный, Джон с тревогой присматривался к Норрингтону. Недоверие не сходило и с лица Симмонса. Превозмогая страх, внушаемый Уолтером, он заговорил снова:

– Капитан Лейн снарядил экспедицию по просьбе мисс Хантер, насколько я слышал. Раз она попросила о чём-то, значит, дело серьёзное и действительно неотложное.

Его тут же заглушили язвительные возгласы других колнистов.

– Да он с неё пылинки сдувал, совсем ему голову задурила!

– Ещё бы! Ведьма эта ваша мисс Хантер!

Уолтер звучно рассмеялся, от души наслаждаясь происходящим. Люди, ненавидящие то, что не могли объяснить, охотно обвиняли Джейн во всех грехах и вместе с тем купились на речи крайне подозрительного незнакомца, посулившего им золото. Пустили в форт, их единственный оплот, чужака, не спросив у него, откуда он появился, по крайней мере, никто не осмелился, даже если задавался таким вопросом мысленно. Всё это представлялось Уолтеру в высшей степени ироничным. «Многие из этих недоумков готовы считать маленькую мисс Хантер истинным злом, а она… Тянется к нему помимо воли… – Норрингтон усмехнулся, мимолётно перелистывая в памяти все их встречи. Сколько раз Джейн балансировала на грани, почти одурманенная им, не сосчитать. – И пересекла эту черту. Попалась».

Губы сами растянулись в торжествующей ухмылке. Уолтер наслаждался тем, как Джейн, постепенно запутываясь в чувствах, становилась всё более уязвимой, поддавалась ему, проигрывала потаённым желаниям, которые он в ней распалял. И если наяву Уолтер касался Джейн лишь пальцами, то её сновидение сломало этот барьер. Норрингтон прекрасно знал, что не проник бы в её грёзы, если бы она сама не хотела этого, поэтому с полным удовлетворением праздновал победу. Джейн твердила себе, что поцелуй ей приснился, только Уолтеру была известна правда: он приходил к ней той ночью, он помнил нежный, едва уловимый аромат её кожи, вкус её губ и заполошное биение сердца. Он впитал её трепет. «Отрицайте очевидное сколько угодно, мисс Хантер, но ваше тело вас предало, как и ваше сердце». – Усмехнувшись, Уолтер с удовольствием представил себе, как Джейн отреагирует на очередную встречу: как её дыхание становится рваным, а щёки стремительно розовеют; как во взгляде сверкает ненависть. Но если присмотреться внимательнее, то заметишь влечение, с которым она едва способна совладать. Прогонять из воображения этот соблазнительный образ даже не хотелось, и всё же Норрингтон вернул мысли к делам насущным. Заговорив, он с первого же слова опять приковал внимание переселенцев к себе.

– Не вижу смысла гадать и искать виноватых. Правда и так на ладони: вас предал человек, которому вверили вашу судьбу. Что капитан Лейн сделал, став во главе колонии? Разве что казнил преступника, Сайласа Фарлоу, и то затягивал с приговором, как только мог, трусливо и малодушно не решаясь взять на себя это бремя.

Многие согласно загалдели.

– Он лишь хотел, чтобы решение было справедливым, а не поспешным, – подал голос Симмонс. – И сейчас не бросил нас, оставив заместителя.

Улыбка Уолтера сделалась хищной.

– Вот как? Где же этот заместитель? Почему не встретил меня?

Джон шагнул вперёд.

– Он работает в поле, сэр.

– Как любопытно… – протянул Уолтер и щёлкнул пальцами. – В таком случае, господа, у меня есть больше времени, чтобы рассказать, что я вам предлагаю.

* * *

Лес наполнился щебетанием птиц, громким, настойчивым, не дающим спать. «Природа пробуждается рано… А я бы ещё подремала», – недовольно подумала Джейн, выбираясь наружу. Она не ощущала себя отдохнувшей не только потому, что условия для ночёвки оставляли желать лучшего, но и потому, что её до утра терзали мрачные, недобрые сновидения из тех, что кажутся слишком уж реалистичными. Не мутные, ускользающие и спутанные, а чёткие и детальные, оставляющие горький осадок после пробуждения, не позволяющие просто отмахнуться. Без ловца снов Джейн осталась беззащитна перед жутковатыми картинами, которые возникали в подсознании.

«Я словно присутствовала там на самом деле, тряслась внутри фургона вместе с отцом, слышала его мысли… – Перебирая в памяти отрывки из сна, она поёжилась, осознав, кто, помимо отца, находился внутри фургона. – Им в лапы попался Аски! И Чони… Там была Чони! Они её