Альфонс - Дмитрий Лим

Вскоре Айя остановилась на опушке у небольшого оврага, поросшего густым кустарником. Она подошла к краю и что-то негромко прошептала, словно здороваясь с кем-то невидимым. Затем повернулась ко мне и кивнула в сторону раба.

— Он останется здесь, — сказала она, не объясняя причин.

Харун, покорно замер на месте.

— Почему? — спросил я, хотя уже предчувствовал ответ. Айя посмотрела на меня с легким укором.

— Это место священное, муж. Сюда не может ступить нога раба. Духи не потерпят этого.

Я лишь пожал плечами, про себя отмечая, насколько нелогичны эти правила. Рабы — не люди, значит, могут осквернить землю? Или как это работает? Впрочем, спорить не было смысла. Я прекрасно понимал, что в глазах местных жителей моё неверие выглядит как грубое оскорбление. Поэтому не стал задавать тупых вопросов.

Мы с Айей спустились в овраг и двинулись по его дну. Там оказалось на удивление тихо и прохладно. Солнечный свет едва пробивался сквозь густую листву, создавая полумрак, в котором всё казалось немного размытым и нереальным. В воздухе висела влажная дымка, пахло близкой водой и чем-то еще, неуловимо сладким и терпким. Тропинка, едва заметная среди корней и камней, вела дальше по самому дну оврага, где журчал небольшой ручей, куда-то вглубь леса.

Айя шла впереди, уверенно перебирая босыми ногами по скользким камням. Я следовал за ней, стараясь не отставать, но при этом внимательно осматривая окрестности. Всё здесь казалось иным, чем в остальном лесу, будто мы попали в отдельный, изолированный мир.

В сумраке корни растений, свисающие со стен оврага казались живыми, жирными червями, лениво шевелящимися при малейшем движении воздуха. В овраге не летали насекомые, да и птиц было почти не слышно — влажный воздух частично гасил даже звуки наших шагов, превращая их в лёгкое шлёпание. Если закрыть глаза, казалось, рядом со мной идёт не Айя, а кто-то вроде шустрого тюленя.

Может быть, действительно, духи облюбовали это место? И эта тишина, эта прохлада, этот запах — всё это было результатом их присутствия?

Да ну, чего это меня понесло? Какие, нахер, духи…

В какой-то момент Айя остановилась.

— Мы пришли, — сказала она, указывая на небольшой валун впереди, покрытый мхом и лишайниками.

«Шёпот ветра» оказался не травой вовсе, а скорее разновидностью мха, растущего на самом обычном камне. Его длинные, серебристые нити колыхались даже при отсутствии ветра, словно прислушиваясь к чему-то. Когда я прикоснулся к нему, почувствовал лёгкое покалывание. Ничего сверхъестественного, никаких духов, призраков и «особой воли».

Айя принялась за дело. Достала из мешка небольшой скребок и начала аккуратно срезать «шепот ветра» у самого основания. Движения её были быстрыми и точными, срезанный мох она складывала в свой мешок. Я наблюдал за ней, не вмешиваясь, понимая, что она и без меня прекрасно справится.

Затем мне быстро наскучило стоять просто так без дела, и я решил немного осмотреться. Овраг оказался не таким уж и маленьким. Стены его здесь были крутыми и обрывистыми, поросшими кустарником и мхом. На дне журчал ручей, ставший гораздо шире, чем был там, где мы спустились в овраг. Вода в нём казалась кристально чистой.

Я подошел к ручью и зачерпнул горсть. Пить сразу не стал, вспомнил кое-что произошедшее со мной, когда мы ехали собирать торф в прошлой деревне. А вдруг здесь вода тоже, отравленная? А?

Я присел на корточки, внимательно разглядывая воду. Вроде бы чистая, без посторонних примесей и запаха. Но кто знает, что там на самом деле. Затем, заметил живность в воде, пригляделся.

— Мальки, — усмехнулся, разглядывая рыбёшку.

Маленькие, полупрозрачные рыбки юрко сновали между камнями, не замечая моего присутствия. Значит, жизнь есть. Это уже хороший знак. Значит, вода не такая уж и плохая. Решившись, я поднес горсть воды ко рту и сделал небольшой глоток. Вода оказалась холодной и непривычно вкусной. Словно глотнул разбавленной газировки! Напился вдоволь, пытаясь понять, какой вкус она мне напоминает.

«Байкал» разведённый с водой пятьдесят на пятьдесят? Или типа, кола?

Вернувшись к Айе, я увидел, что она уже заканчивала собирать «шепот ветра». Мешок был почти полон, а на валуне остались лишь небольшие клочки мха. Удовлетворенно вздохнув, Айя спрятала скребок обратно в мешок и повернулась ко мне.

— Все готово, — сказала она с улыбкой. — Можем возвращаться.

Поднявшись обратно на опушку оврага, мы увидели, что раб терпеливо ждёт нас. Он сидел на корточках, безучастно глядя в землю. Ни единого движения, ни единого звука. Самому-то ему не тоскливо так сидеть? Как статуя, ей богу! Аж жуть берет… даже не по себе, если честно.

Обратный путь прошел быстрее и легче. Я продолжал размышлять о возможностях, которые открываются передо мной в этом мире. Власть, влияние, богатство — казалось, все это лежит у меня под ногами. Нужно только правильно воспользоваться имеющимися собственными знаниями и умениями. И, конечно же, не забывать о местных суевериях и обычаях. Без этого здесь никуда.

Глава 10

Шаман Заргас стоял у частокола, опираясь на свой посох. Костяные амулеты, свисающие с его шеи, тихонько позвякивали на ветру. Рядом с ним застыл походный вождь Мирос, опираясь на копье. Оба молча смотрели на темнеющую полосу леса, откуда вышли Макс, Айя и их раб.

— Мои люди так и не вернулись, — глухо произнес Мирос, нарушив тишину. — Два лучших следопыта сгинули.

Шаман вздохнул, глядя на приближающихся.

— Вархары, — прохрипел он, словно выплевывая слово. — Сегодня же проведём обряд. Нужно ослабить их чешую. Ослабить скверну.

— А если они уже вблизи деревни? Что будем делать, Говорящий с духами? — спросил он, поворачиваясь к шаману. — Ждать, пока вархары придут к нашему дому? Или собрать воинов и дать им бой в лесу?

Заргас покачал головой.

— Не нужно торопиться, Мирос. Зачем отдавать жизни наших воинов, когда есть другой путь? — Он обвел рукой окрестности, намекая на что-то. — Мирос мы не одни. Рядом живут другие племена, хоть и слабые. Они могут помочь нам одолеть вархаров.

Мирос нахмурился.

— Ты предлагаешь просить помощи у лесных племён? У них ормов на всех наберется от силы два десятка! Мы потратим больше времени на переговоры, чем на саму битву. И что потом? Отдадим им часть добычи? С какой стати?

— Дело не в добыче, Мирос, — спокойно ответил