Архипелаг. Последний атолл Империи - Олег Яговцев

Скучно.

Он полулежал на ложе в своём чертоге и смотрел на пол, сотканный из яркого лунного мрамора. Высокий каменный зал со сложными узорами и резьбой, выполненными из черного камня, окружал ложе. Рядом, только руку протяни, на небольшом постаменте стояла искуснейшая чаша с божественной едой. А вокруг зала тягучим киселём легло бесконечное пространство, наполненное бурлящими и мистическим потоками энергий.

Со стен на скучающего бога взирали скульптуры и барельефы, не в силах изменить настроение хозяина. Они молча взирали на него, как немые изваяния, застывших божеств и разных существ из разных миров. А расположенные повсюду факелы из черного пламени, создавали необычную, подчас пугающую для простого смертного атмосферу, испускающую мистический свет, который жадными зайчиками плескался на стенах, потолке и самом боге. А сами отблески бессильно старались поменять Его настрой.

Скукотища!

Он всё попробовал и испытал, а теперь хотел чего-то большего. Не эту вечную еду! Он с пренебрежением ударил по чаше, и та с грохотом покатилась по полу, разбрасывая кусочки божественной еды, божественной для смертных, но не для него…

Бог невольно залюбовался получившимся узором из пищи, и вспомнил о дарах, что щедро раскидал по мирам. Именно Его дары напитывали Его самого кусочком силы от пропущенной энергии, а сердце наливали мощью и давали множество новых идей для проказ и озорства.

Он хлопнул в ладоши, такая ненавистная еда пропала, а на белоснежном полу, как на карте, серыми огоньками загорелись его дары.

— Хм, а ты тут как оказался?

Бог с большим интересом разглядывал один из них, который оказался совсем в незнакомом месте.

— О! А вот и развлечение!

Он узрел весь путь своего избранника, но не он сам интересовал бога. Нет! Он и так мог видеть куда и как перемещается его избранный. И мог регулярно играть с ним из скрижали, то подкидывая хитрый жетон, то меняя эффект у скучного многоразового жетона, но иногда усиливая или наоборот ослабляя ненавистный постоянный жетон. Нет, не эта игра интересовала Его сейчас, а сам мир и его обитатели. Особенно те, с кем можно было свободно поиграть, те на ком поставил знак сам избранник, ведь это такая интересная и вкусная игрушка для бога!

Он огляделся на барельефы ехидно что-то припоминая или ища место…

Миг и вместо величественного тела на ложе оказался пегий голубь. И лишь глаза этого существа выдавали очень непростую природу. Ещё миг и Он влетел на подоконник жилища никчёмного человека, который задолжал богу веселье…

* * *

Дом торговца семечками, того самого бандита из шайки торговцев, время сошествия бога

Бандит, бывший глава банды, лежал на кровати прикованный к ней беспомощностью своего тела. Похоже, что демоны мучили его два дня, а теперь наступило долгожданное избавление.

Вот только…

Он смутно припомнил свой недавний сон, будто представил себя лежащим на кровати, когда вдруг голубь влетел в открытое окно и уселся на подоконник.

— Гур-гур? — заинтересованно проворковал тогда голубь.

Бандит лишь махнул рукой, схватил подушку и швырнул в направлении птицы с криком:

— А ну кыш, поганец!

Однако всё пошло не по плану, голубь с важностью слетел с подоконника на скрипучие половицы и лихо переваливаясь поплёлся, собирая в клюв разбросанные после еды консервные банки. В это время у мужчины начал расти хвост, а руки и ноги превратились во всегда дрожащие лапки. При этом следом сам он обратился в мелкую вечно трясущуюся собачку, очень сильно похожую на помесь косули и крысы.

— Гав! — пролаяла собака.

— Гур-гур! — гордо ответил пухлый птичий гость.

Затем произошло нечто невероятное — голубь привязал консервные банки на хвосте собаки и начал гоняться на ней по комнате, то взлетая, то снова приземляясь на спину зверька. Собачка пыталась избавиться от волочащихся банок, но все её старания приводили только к ужасному звуку.

Такой странный сон снился бандиту, и теперь он лежал и размышлял о его значении. Он перевёл свой взгляд на валяющиеся связанные нитями банки и странные следы на полу.

— Да ну? — охваченный ужасом выдохнул бандит в пустоту.

Вдруг послышался стук в дверь, но ему не хотелось вставать. Бандит поднялся на локте и крикнул:

— Иди прочь отсюда!

— Сам ты иди! — донёсся голос из-за двери — Перестань мучать животное и выбрось наконец эти чертовы банки!

— ЧТО?!! — вскричал бандит.

— Гур! — ответил голубь и опустившись на его спину, клюнул мужчину в лопатку.

Теперь из тела незадачливого бандита стремительно полезли перья, а сам он начал превращаться в птицу.

— НЕ-Е-ЕТ! — взревел бандит.

— Гур-гур. — почти смеясь проворковал голубь.

Затем они оба исчезли в окне, озаряя двор железным грохотом. Но лишь редкие прохожие задрав голову могли заметить загадочную птицу, а на ее спине сидевшего голубя со сверкающими глазами…

Глава 9

Перед нашим судном отворился вход в гавань Магнитогорска. А я тем временем осмотрел себя после водного инцидента и нахмурился. Одежда пришла в негодность. Хлопья плоти вперемешку со слизью и кровью китообразного монстра, а также остатками обеда твари лежали на мне ровным слоем. На плече покоилось оторванное щупальце, к тому же мой ботинок был разорван клешней. Кстати, знакомой клешней. Рыбий мутант всё же умудрился мне подгадить, даже после собственной смерти. Но что самое ужасное — от меня теперь несло рыбой.

В приличное общество в таком «наряде» идти плохая идея, как, впрочем, и возвращаться в каюту. Там я только загажу всё вокруг и вряд ли избавлюсь от запаха, да и порт слишком близко. Я не придумал ничего лучше, чем пойти помыться в море, благо акватория порта также, как и в Симбирске окружена стеной, а мыло и банные принадлежности с плавками были заботливо уложены радивым завхозом! Я быстро сошёл на берег и под брезгливые выкрики прохожих удалился подальше от мест скопления людей.

Найдя какое-то более-менее тихое место за причалом, я быстренько скинул с себя одежду, но с бельём пока повременил. Осмотревшись по сторонам, я удовлетворённо кивнул. Передо мной раскинулись доки с технической зоной, позади огромное судно, а слева валун, который прикрывает меня от прохожих. Я не спеша снял изгвазданные лохмотья и надел плавки. Всё просто, рвань снял, плавки надел. Красота!

Если бы!

Я уже собирался нырнуть в воду, как с судна донеслись бурные овации. По спине пробежал предательский холодок, и я вздрогнул, втайне надеясь, что это не мне. Медленно повернул голову и посмотрел вверх. На палубе судна стояла кучка пожилых японских туристов и бурно мне аплодировала! Я конечно