Повелитель душ 5 - Владимир Владимирович Кретов

ржущего на земле мужика, потом на коня, который стоял на месте с широко раскрытыми глазами. В этот самый момент, в его глазах и промелькнуло понимание, что быть конём он не хочет…

Ну, а дальше пошло как по маслу…

Сначала я потребовал под магическую клятву присягнуть всем присутствующим на верность новым императорам Японской Империи — то бишь, мне и Акихико.

Ван Вэй ещё раз скосил взгляд на валяющегося в траве мужика, потом глянул на оплавившиеся от моего прошлого жара пластиковые бамперы на машинах и, вздохнув, согласился.

После церемонии я был в таком хорошем расположении духа, что вернул мужика в его тело, а коня — соответственно, в своё.

Затем, я потребовал доставить мне одежду, так как потушив свой огонь, я оказался полностью голым (всё, что было до этого на мне полностью сгорело), и прислать хорошего лекаря.

К требованиям об одежде присоединились и Акихико с Бранибором. Оказывается, когда я превратился в стихию, находился слишком близко к своим соратникам, оттого они чуть-чуть подгорели. И сами пару ожогов получили, и их одежда в нескольких местах вспыхнула.

Ну, а лекарь — и я и Акихико до сих пор находились в своих мёртвых телах, и надо было это дело исправлять.

А вот Бранибор, кстати, оказался живее всех живых — в отличие от меня, он не растерялся и смог воспользоваться своими способностями чернобога. Он влил в магический щит столько нитей из окружающего пространства, что его не убило бы не только цунами, а, наверное, и армагеддон.

Теоретически, я тоже так могу, а вот практически… Практически — Бранибор маг с огромным опытом, а я всё ещё новичок в магии. Даже магическую академию не окончил. Да какую академию… и первого курса не осилил пока что…

В общем, теоретически иметь возможность что-то сделать и многолетний опыт в применении этого чего-то — это две большие разницы. Так что всё, на чём я выезжаю — это моё фактическое бессмертие.

Против лома — пока что, нет приёма.

Переодевшись и получив помощь от четырёхколодцевого лекаря, мы отправили китайскую делегацию в мэрию, ждать нашего представителя, чтобы наладить нормальную работу местного правительства, а мы сами остались одни.

Первым ускакал мужик на коне. Причём, галопом. Видимо, опасался, что я передумаю, и решил поскорее скрыться с моих глаз долой. Затем, взревели моторы, правда не все, пара машин так и не завелась, но народ перераспределился по работающим тачкам и отчалил в сторону мэрии.

Ну, а мы остались одни посреди хаоса, устроенного цунами — прилизанная к земле трава, какой-то мусор, обломки веток, целые деревья, вырванные с корнем, и тишина… которую прервал Акихико:

— Ну, ты и дурной…

Повернул голову вправо и глянул на своего друга:

— Что?

— Дурной, говорю. — Пацан сложил руки в замок на груди и прикрыл глаза.

А я немного даже оскорбился:

— Чего это дурной? Я разрулил всю ситуацию без единого удара. Без ущерба. Полюбовно, так сказать.

Акихико покачал головой:

— Ага, без единого удара… А когда мне с правой стороны все рёбра переломало так, что я умер — это не считается? Мало того, ты меня ещё и зачем-то в моё мёртвое тело вернул раньше времени. Опять… Мне ребром лёгкое проткнуло, я когда говорил, чувствовал, как в бронхах кровь потихоньку скапливается. А второе лёгкое вообще схлопнулось. Другие внутренние органы тоже пострадали, там явно были какие-то разрывы, я еле стоял от боли. Так она ещё со временем лишь усиливалась — когда мы присягу принимали, я думал, что прямо там на землю прилягу и завою или заскулю. А ты, да — ты дурной! Тебя самого волной поломало. Встал потом, обратился в стихию, весь дырявый от ледяных копий… Но ты боли не чувствуешь, поэтому такой дичью заниматься можешь. А нормальный человек так не может. Если передо мной будет стоять выбор — жёстко наказать или провести такие вот переговоры, когда придётся разок умереть и терпеть потом адскую боль — я, пожалуй, за первый вариант. А в свои переговоры меня больше не втягивай, а то получается — бей своих, чтоб чужие боялись. Без ущерба… Полюбовно, так сказать… Для кого — без ущерба, а для кого — с ущербом!

Ну да, сытый голодного не поймёт… Мой косяк.

Я-то боли, и правда, не чувствую. На Бранибора смотреть тоже не стоит — он с болью за мириады лет проведённые в гробу можно сказать сроднился уже. А вот Акихико я в следующий раз, пожалуй, и правда воскрешу лишь в экстренной ситуации. Сейчас такой не было.

Так что я положил ладонь на плечо своего японского друга и кивнул:

— В следующий раз, буду учитывать.

На что, мой со-император кивнул мне в ответ:

— Спасибо! — Затем, запрокинул голову назад, развёл руки в стороны и, втянув воздух полной грудью, резко повернул голову ко мне. — Ну что, в Токио? Надо назначить и отправить сюда представителя, о котором мы с Ван Вэем договорились, да и разбираться с делами пора бы уже… Если ты не знал, император Японской Империи должен быть полноценным магом, так что перед продолжением обучения надо хотя бы назначить регента и ввести его в курс дела. Ещё провести ревизию императорского хранилища, составить список, что украл Альфрик. Ещё…

Я замахал руками в отрицательном жесте:

— Не-не-не!

На этом, Акихико прервался и в непонимании нахмурил брови:

— Что? Не понял…

Я же усмехнулся:

— Ты только что обвинял меня в недостатке эмпатии, а сам-то не лучше! — Я поднял взгляд на небо, отыскивая, где находится аналог местного Солнца. Оно находилось уже далеко за зенитом. — Вот, ты сейчас и отправляйся в Токио, и начинай потихоньку разбираться с делами. А у меня сейчас будет первый брачный вечер! Так что раньше завтрашнего дня меня не жди! А когда я прибуду в Токио, в ближайшую неделю после этого буду работать с тобой максимум по пол дня, потому что в эту неделю я ужму ещё и свой медовый месяц!

Акихико улыбнулся:

— Точно, прости…

Тут, подал голос Бранибор:

— А родовой планшет у кого-нибудь в живых остался?

Акихико покачал головой:

— Мой разлетелся на кусочки.

Я почесал затылок. Мой даже в теории не мог «выжить». Он даже если и не перегорел от воды, то от жара стихии всё равно просто испарился.

И тут меня прошиб холодный пот. Ну, и как мы вызовем телепортера