Сказание об Оками 1 - Сева Сотх

Окамимару проставляться пришел. — Все пятеро окинули меня угрюмыми взглядами, но без злости. Слегка нервничают и сами не понимают почему. Видят что я мелкая и еще больше не понимают как это я вчера не позволила им себя прогнуть. Они вообще могли не верить что я вернусь. На случай, если вдруг таки заявлюсь могли разные планы строить, какие условия мне предъявить. У них в головах мог уже примерный ход разговора сложиться. Ждут что, я наезжать на них буду. А я снова сломала им скрипт.

— Мы должны обсудить вчерашнее. — У их старшего почти правильная речь, должно быть на улице уже в более позднем возрасте оказался. Бывает и такое.

— Вот пока буду проставляться и обсудим. Вы пацанчики местные, знаете где можно хорошо пожрать, поговорить и откуда нас с вами не прогонят. Так что ведите, Окамимару угощает. Отдаю на это дело всё, что вчера с жирного лоха взял, пятьдесят рье. Ну, кроме того что сам прожрал вчера. Тут в одном месте шашлык жарят, чисто зашибись, слюнями бы истек, если б не попробовал. Но там надо будет на улице стоять, да и не хватит денег всем проставиться. А надо всем. В натуре, по справедливости. — У меня даже язык устал такую длинную речь проговаривать. Глаза мальчишек засветились от жажды халявы, я предложила им пойти и проесть не самые маленькие по меркам голытьбы деньги.

— Пошли в Менму-рамен. — Старший снова сообразил что сказать первым, видать понял что теряет свой контроль над ситуацией и лучше возглавить мероприятие, чем остаться без халявы. Как его там? Кунроку. Не дурак он, опыта самый мизер, но мозги работают, за счет чего и поднялся. У него даже уверенность в голосе появилась. По дороге пацаны галдели, обсуждая что заказать. Как я поняла, они позвали меня в лапшичную. Просто офигенно! Супчик это вкусно, у него есть огромное достоинство — суп это не рис. Даже если лапша из рисовой муки, всё равно не рис. Зачем мне вообще их кормить? Совместный прием пищи объединяет. Если одна обезьяна ест в присутствии другой обезьяны, значит они друг другу не опасны.

Рассчитывать на заведение с нормальными столами и стульями было бы, конечно, глупо. Меня привели даже не в полноценное здание, а под большой навес. На полу расстелена дюжина циновок, заменяющих местным и столы и стулья и кровати. Зачем изобретать мебель, когда есть циновки? Шучу, конечно, как минимум столы я тут видела вчера, пока по городу шаталась. Заведение только открылось, посетителей никаких, потому хозяин и гоп-компании рад. Но деньги за еду собирает вперед. Ну, логично, понимает кто к нему заявился. Каждый получил по грубой керамической миске полной лапши с бульоном. Расселись на циновках, ровным кружком. Начали жрать. Они что собрались есть суп палочками? Да ладно?! Оказалось, все не так плохо. Палочками надо запихивать в рот лапшу, наклонившись над миской, а бульон затем полагается выпить через край. Не уверена что ложкой справилась бы быстрее.

— От души, спасибо, братва. — Отсутствие опыта не помешало мне прикончить свою порцию первой. Голодное детство научило ловить момент и отправлять любую доступную еду сразу в рот. — Прям по понятиям всё получилось. В натуре, уважаю, всё по понятиям.

— Ты самый маленький тут, откуда ты можешь знать про понятия? — Фразу бросил самый мелкий из банды, она слишком хорошо ему далась. Репетировали, чтоль?

— А, ну да, вы ж ничего не знаете про Окамимару, решили небось, что я просто мелкий шкет. Не успел рассказать, мой косяк. Я, парни, про понятия на каторге узнал пока там баланду хлебал. — И опять я им испортила домашнюю заготовку. Судя по усмешке на бледной роже Кунроку, он моим словам не поверил. Сейчас попробует подловить.

— Ты не мог оказаться на каторге, тебе слишком мало лет, детей не отправляют на каторгу. — Лидер банды даже зачем-то пальцем вверх ткнул, изрекая очевидную истину.

— Конечно не сажают, и меня не сажали, Окамимару в натуре чист перед законом, чтобы мне что-то предъявить надо сначала поймать. Хорошо, братва, давайте реально по серьезному знакомиться. Сейчас всё вам расскажу. Я на каторге в масть родился. Стоп-стоп-стоп — Вовремя заметила что Кунроку собрался вставить слово — Я не тупой, знаю что ты скажешь. Баб в положении тоже на каторгу не отправляют, да и вообще женская каторга это прям бред. Да, так хотел сказать? Чалился на каторге мой папка. Он там масть держал. Ну, типа, смотрящим был, главным каторжанином. А до того на воле уважение у воров имел. Потому, ему послабления и сделали. Еда там нормальная, курево, и вот даже баб водили. Мамку мою под мужика приодели и к нему в камеру. Вот так и я получился. Сами знаете от какого процесса. — Мальчишки довольно заржали. Похабные шутки в этой среде никогда не устареют.

— Родился я, значит, на зоне, жизнь там не сахар, но у папки моего все было схвачено. Очень уж его воры уважали. Меня, своё, в натуре, отродье от себя отпускать не стал. Прямо там начал воспитывать, понятиям учить, воровским делам. Ну там как карманы пощипать, как любой замок открыть, как через форточку в дом пролезть. Всё умею. Типа, виртуоз. Погоняло у папки было Даймё, а я, Окамимару, принц воров, получается. На каторге самый главный вертухай сменился, новый начал свои порядки строить. Не по понятиям. Папка ему прямо про все сказал, пообещал что уроет. Вертухай тогда мамку мою подловил, к себе утащил и назло папке убил. Папка за ней пошел, а его ножом в спину, того, зарезали. На каторге бунт поднялся, того вертухая в его же дерьме утопили. Жалею что не я утопил, пацаны, но тогда совсем малой был. Вы про бунт не слышали? Нет? Ну так ясно, власти же скрывают, им нельзя показывать что они беспредельщики. Конечно, в тот бред, которые я несла, могли поверить только самые младшие. Трех самых мелких пацанов рассказ о принце воров Окамимару неподдельно захватил. Кунроку и еще один парень, постарше других, молча скалились. Они оценили размах вранья, но тут ведь главное показать наглость и умение чесать языком, а не сказать правду. Если ложь последовательная и без явных противоречий, она как бы и не ложь, тут у каждого может быть такая история.

— Я Гото Кунроку. Мой отец был аристократом из приближенных к даймё Страны Земли. — Единственный вариант для Кунроку сейчас не опозориться и показать что он не хуже меня, рассказать свою собственную историю. Я