Комната с летающими письмами - Екатерина Андреева

Надо было поискать орех в домах йети, позаглядывать в окна, пробраться туда тайком. Герои его любимых книг точно бы придумали отличный план! А они… кучка жалких замёрзших детишек. Тима помрачнел. Никакой возможности проявить себя по-настоящему!

– А что это мигает? – спросил Рахи, прикрывая глаза от ярких лучей невидимого фонаря.

– Так это сигнальный маяк, – махнул рукой колдун Карл. – Мама часто такой ставит на буфет со сладостями. Если мы с сестрой подойдём слишком близко, она сразу об этом узнает. Только буфет не такой огромный, как эта ель, так что и фонарик поменьше.

Все глаза уставились на Карла. Карл уставился на них в ответ. Молчание застыло в воздухе.

– Вы чего? – спросил колдун, на всякий случай отступая назад.

– Сигнальный маяк? – сипло выдавила Фи. – И ты молчал?!

Едва она договорила, с той стороны гигантского ствола донёсся низкий рёв:

– Кто там ходит?!

У Тимы сердце провалилось в желудок, а ноги подкосились. Но в отличие от Патрика, которого тут же покинули силы, он смог удержаться в вертикальном положении. Вместе с Рахи они подхватили друга под мышки и замерли.

– А ну отвечайте! Кто здесь бродит? – Голос заревел ещё ближе, и Тима понял, что его обладатель обходит дерево по кругу. Послышался тяжёлый скрип снега, и мальчик то ли увидел, то ли вообразил гигантские мохнатые ступни, шагнувшие в их сторону.

– Бежим! – вскрикнул он высоким, совсем непохожим на обычный, голосом.

И они рванули прочь от старой ели.

– А ну стойте! – прокатился за их спинами глухой рёв.

Но это не только не остановило их, а словно дало пинка. Они понеслись со всей возможной прытью, и Тима даже не замечал, как грохочет в его рюкзаке термос и как больно бьёт его по спине.

Они выбежали обратно к деревне и на мгновение замерли, пытаясь понять, что делать дальше.

– Спря… чемся за до… мами, – тяжело дыша, предложил Рахи.

– Нет… лучше… сразу… туда, в лес… – Фи махнула рукой в ту сторону, откуда они пришли в деревню.

– Или лучше спрятаться… внутри дома, – вдруг произнёс Тима. Идея, соскочившая с языка, поразила не только товарищей, но и его самого.

– Нельзя вламываться в чужие дома, – возразила Фи, но мальчик заметил, как воодушевлённо загорелись глаза вампира.

– А ты соображаешь, человечек, – кивнул он.

– Нет! – воскликнула фея. – Это плохо!

– Я тоже так думаю, – забеспокоился Патрик. – Лучше уйдём.

– Но мы же хотим узнать про орех, – рассердился Тима. – Значит, надо проверить дома! А если трусите, то бегите!

Фи, Патрик и Рахи одновременно ахнули и удивлённо уставились на друга. Тима отвёл взгляд. На душе стало горько, но он был не готов отступать. Герои его историй никогда бы не сдались. Правда, они никогда и не лазили в чужие дома… но всё бывает впервые.

Тима глубоко вздохнул и направился к самому большому дому. Лео тут же двинулся за ним.

– Нет, Тима, – зашипела ему в спину Фи, не сдерживаясь, – это плохая идея!

Но мальчик пропустил её слова мимо ушей. Топот в лесу усилился, так что им пришлось поторопиться. Остановившись у широкой дубовой двери, Тима и Лео переглянулись. Тень сомнения мелькнула на их лицах.

– Давай, – уверенно произнёс мальчик, и вампир достал свой волшебный ключик.

Дзынь. В замке мягко звякнуло, и дверь тихо приоткрылась, словно приглашая их внутрь.

– Смотри-ка, сработало, – удивился Лео. – А я-то уже подумал, что это бесполезная игрушка.

– Вообще-то дверь была открыта, идиот, – прошипела Фи.

Вампир слегка покраснел. Насколько это бывает у вампиров. А Тима дрожащими от волнения руками потянул дверь на себя, и друзья быстро скользнули внутрь.

* * *

Первым, что они увидели, была темнота. Лишь несколько тусклых подтаявших свечей разгоняли мрак. Комната была высокой и широкой, здесь вполне мог бы уместиться весь их класс. С одной стороны от входа, далеко под потолком, висело нечто мятое и бесформенное. То ли призрак, то ли шуба, то ли какое-то лохматое домашнее чудище. Но оно не двигалось, и Тима облегчённо выдохнул. У порога стоял резной шкафчик. Любопытный Шэри тихонько потянул на себя его дверцу, та скрипнула, и все тут же недовольно зашикали на оборотня. Тот съёжился, но всё равно заглянул внутрь.

– Тут зонтики, – шепнул он, – громадные!

Его глаза в полутьме восторженно блеснули. С улицы в этот момент снова послышалась тяжёлая поступь и тихое рычание. Дети испуганно переглянулись и прижались к двери, надеясь удержать её, если преследователь захочет пробраться внутрь. Вот только Тима сильно сомневался, что им бы это удалось.

С той стороны двери скрипнул снег. Близко. Совсем рядом. Кто-то принюхался. Тима так и видел, как быстро двигается нос чудовищного стража и как его маленькие красные глазки обыскивают улицу в поисках чужаков. Сердце его бешено колотилось. Но снег снова заскрипел, и шаги стали удаляться.

– Кажется, пронесло, – выдохнул Патрик и стёр из-под шапки горячий пот.

– Давайте побудем здесь, – чуть дрожа, предложил Рик. – Вдруг эта штука там ещё ходит.

Никто не стал возражать. Прошла от силы пара минут, как страх начал улетучиваться, и ребята принялись оглядывать комнату с бо́льшим интересом. Тима первым прошёл вперёд. Глаза уже привыкли к темноте, и он разглядел огромные квадраты портретов, висящих на стене по левую руку. С одной картины глядел маленький пушистый комок, в центре которого блестели две чёрные пуговицы.

– Что это за существо? – прошептал Рахи, в ужасе разглядывая картину.

– Это младенец, – фыркнула Фи и возвела глаза к потолку. – Превеликие монстры, с кем приходится иметь дело! – И деловито пошла дальше.

Тима и Рахи переглянулись, потом снова посмотрели на картину. Склонили голову так и эдак, но, кроме комка шерсти, так ничего и не разглядели. Друзья пожали плечами и двинулись дальше.

Со следующего портрета на них глядело круглое улыбчивое лицо. Вокруг него густилась белая шерсть, а на голове возвышался кривой розовый бантик. Маленькая йети широко улыбалась, демонстрируя ряд ровных и острых зубов.

– Ну и страшилище! – хихикнул Карл и тут же заработал болезненный толчок от Фи.

– Это ты страшилище! А она очень даже миленькая. Просто йети на нас совсем не похожи. Кто же виноват, что у них так много шерсти? И вообще, я видела, как старшие делают из шерсти очень модные причёски!

Тима благоразумно решил ничего не говорить и прошёл к следующему портрету.

– О, а этого я знаю! – воскликнул Патрик, и ему ответило дружное и грозное шипение. Он испуганно зажал рот ладошками и прошептал: – Это Белоклык из пятого класса. Он лучший по физкультуре!

– Подумаешь! – тут же фыркнул Лео и с над-менным видом прошёл мимо. Тима же задержался. Белоклык был крепким