Газлайтер - Григорий Володин

— Шеф, — неуверенно подаёт голос Егор, — а может… ну его⁈

Эх, «выключить» бы кровника, чтобы не мешался, да Дар крови нужен.

— Какой тебе «ну его»? Без тебя разберусь, что мне делать.

Егор наконец затыкается, и я выпускаю кровавые щупы, пытаясь оплести Пульса. Работаю по той же схеме, как когда-то с теневыми пауками, — с той лишь разницей, что тогда была Тьма.

Единственная проблема — железный намордник, который остаётся на пасти тварюшки даже после того, как она перетекает в форму скорпиона. Плюс стальные оковы на крыльях… да, кстати, скорпион у нас крылатый.

Я мысленно зову Змейку, сразу задав порядок действий. Хищница уходит в стену и вскоре ныряет с потолка прямо на Пульса. Взмахами рук с Осколками меча она срубает намордник с морды Пульса и тут же уходит вниз, проваливаясь в пол, будто её здесь и не было.

— Молодец, Мать выводка, — хвалю мысленно.

Я же сразу вызываю ментального некромага. Тот отрабатывает чётко: некротикой взрывает крылья кровавого скорпиона. Брызги орошают зал.

— Теперь вытаскиваем скелет, — бросаю вслух.

Пульс ослаб и как-то поник весь. Некротика его впечатлила. Кровавыми щупами я лезу глубже в жидкое тело, цепляю и вытягиваю изнутри Пульса скелет Грандбомжа. Только вынул, как регенерация запускается прямо на глазах. Скелет, облитый кровью, обрастает плотью, возвращает форму и превращается обратно в Грандбомжа — голого, но бородатого, как и положено.

В отрыве от Пульса, давление, которое до этого удерживало Грандбомжа и не давало ему восстановиться.

— Бабочку мне в живот! — не смог не удивиться Егор. — Шеф, этот парень — кровник⁈

— Ага, тебе до него еще расти и расти, — киваю.

Запаса крови у Грандика оказывается достаточно, чтобы не просто восстановиться, но и отрастить бороду до пупа. Он поднимается на ноги, качает головой и, хлопая неверящими глазами, смотрит на меня:

— Убей…?

Я усмехаюсь:

— Ну, ты не потерял свой стиль, дружище. Сможешь приручить своего питомца? — подхожу и крепким хлопком по плечу передаю ему часть энергии.

Пульс снова дёргается, перекраивается, превращаясь в кровавого… жука с жвалами, судя по всему. Я ещё раз хлопаю Грандбомжа по плечу, оставляя его на этом своеобразном родео, и присоединяюсь к Змейке в схватке с Живыми доспехами.

— Мазака? — спрашивает хищница между прыжками, рассекая железяки; пока три руки крошат металл, четвёртая указывает на Грандбомжа.

— Это его зверь, — отмахиваюсь я. — И сейчас они почти на равных по силе. Гра́ндик когда-то приручил Пульса и должен сделать это снова.

— У-у, Бомжжжик показззать вожжжака, — с пониманием кивает хищница.

— В точку, — соглашаюсь.

Мы со Змейкой разбираемся ещё с десятком нахлынувших Живых доспехов, когда Грандик наконец разбирается со своим отбившимся от рук питомцем. Сначала они друг друга беспощадно мочат, и вот Пульс перетекает в кровавую лошадь, и Грандбомж, довольный, усаживается на спину своего скакуна:

— Убей… — тычет он пальцем вперёд, и Пульс, выпустив из пасти красные пики, изничтожает добрую пятёрку Доспехов.

— Поздравляю, — показываю Грандику большой палец. — С твоим Бобиком разобрались, теперь идём искать пульт управления всей этой железной братией.

— Убей… — послушно следом за мной гарцует голый Грандик на своем боевом скакуне.

Позади остаются разломанные железки. Коридор за коридором мелькают впереди, один за другим. Нас пытаются выловить, перехватить, зажать в кольцо, но мой ментальный сканер работает без сбоев — я каждый раз заранее вижу угрозу и нахожу обходной путь.

В какой-то момент я уже сам чую приближающиеся разумы и сразу увожу группу в боковой проход, накрывая нас Покровом Тьмы. Мы замираем.

По главному коридору мимо нас проносятся в панике Организаторы. Древесная морда Ясена нехило обеспокоена, как и эталонное личико Гвиневры. Следом несутся сотни Живых доспехов, грохоча и сметая всё на своём пути. Вся эта погоня уносится дальше, даже не заметив нас.

— Весссело им, фака, — угорает Змейка.

— Самое веселое — что они ищут Пульса и Грандика, — усмехаюсь. — Но даже не заметили их под своими носами.

Я веду свою группу вперёд, прямо к пульту. Я ясно ощущаю, где он находится, будто меня кто-то аккуратно ведёт за руку изнутри. И тому виной, конечно, же чакра Кузнеца. По пути нам попадаются Живые доспехи. Я по-прежнему в облике Лорда-Демона и сразу начинаю рубить их, без суеты, без красивостей. Ну и команда не подкачивает.

С каждым уничтоженным Живым доспехом я вдруг ощущаю, как чакра усиливается. Она наливается, потребляя энергию. В глубине моего разума радостно квакает Жора — жабун в полном восторге, что его «бэби» растет и жрет в три горла, весь в папку.

Несильно убавляю подачу энергии в чакру, а то и так уже усталость берет. Я ведь и Грандбомжу помог, да и вообще потратился неслабо. Змейка это замечает. Она подлетает ко мне сбоку и сразу начинает раздевать меня и лепить пластыри, неизвестно откуда взявшиеся в четырех руках. Приходится уступить.

Один из пластырей пахнет особенно вкусно.

— Коффффейный, фака— сообщает Змейка деловито.

Я хмыкаю:

— Забавно.

После подзарядки остается недолго идти и вскоре выходим в зал, где на каменном столе стоит колокол с человеческую голову. Я сразу понимаю — это и есть пульт Кузни-Горы. Причём интуитивно ясно, что стучать по нему не нужно. Он работает иначе.

— Филинов, ты пришел, чтобы стать частью Кузни- Горы, — тут же громоздится стальная гаргулья Голиаф с сотней Живых доспехов, причем очень сильных. Прямо очень. Этих как раз давненько отправляли пугать Багрового Властелина. Короче, не факт, что в лобовой схватке мы победим, даже с учетом Пульса.

То-то и гаргулья вся радостная, хотя все еще не выправила оставленные мной вмятины на стальной роже.

— Вещий-Филинов, — машинально поправляю. — Но не суть. Куда ты меня хочешь затолкать, говоришь?

Гаргулья любезно указывает на открытый железный саркофаг, изнутри весь истыканный стальными зазубренными шипами.

— Очень милое лежбище, — хмыкаю. — Да только там будет душновато.

— А тебя никто не спрашивает, кусок мяса, — гудит гаргулья и кивает Живым доспехам. Те послушно сжимают кольцо.

Грандбомж и Змейка было дёргаются, но я ментально их останавливаю. Нечего нам в лепёшку расшибаться о железки. Не зря же я качал чакру — вот пусть и работает, малая.

Я раздуваю её, как кузнечный мех, направляю короткий, выверенный импульс в руку и просто телепортируюсь к колоколу — прямо внутрь неприступного кольца Живых доспехов.

— Остановите его! — в испуге ревёт гаргулья.

Поздно. Моя ладонь уже касается колокола.

Живые доспехи мгновенно переходят под мой контроль и застывают, будто их вырубили одним щелчком. О, сработало. Хм. Прикольно. План «Б» вообще-то был схватить колокол