Фантастика 2026-100 - Вадим Фарг

— Верю, — сказал я, отпуская его. — Смотри, Кирилл. Настя — девочка добрая, доверчивая. Обидеть её легко. Но у неё есть брат. А брат у неё — человек нервный. И память у него хорошая.

В глазах у парня мелькнул настоящий ужас.

— Я никогда… я не обижу, — прошептал он.

— Вот и славно. Беги, оформляй свой участок.

Я обошёл его и пошёл дальше вниз. Спиной чувствовал взгляд — тяжёлый, испуганный.

«Дачный участок», значит. В городской Управе. В отделе, который занимается коммерческой недвижимостью — я же видел табличку на двери, откуда он выскочил. Всё сходится. Парня крепко держат за жабры. Вопрос только — кто и чем.

* * *

На кухне было шумно. Рабочий день ещё не закончился, но моя команда нашла время перекусить, пока в зале царила тишина.

Вовчик наворачивал за обе щёки, Даша что-то рассказывала, активно размахивая вилкой, Настя смеялась.

Увидели меня — затихли.

— Шеф! — Вовчик попытался вскочить, но я махнул рукой.

— Сиди, жуй. Приятного аппетита.

Подошёл к столу, стянул с вешалки фартук, бросил на спинку стула. Налил себе стакан компота.

— Ну что, бойцы, — сказал я, оглядывая их. — Докладываю. Бумаги подписаны. Печати стоят такие, что хоть в рамку вешай. Теперь мы официально под защитой города. Мы — часть «Культурно-гастрономического альянса».

— Звучит слишком пафосно, — фыркнула Даша.

— Именно так, чему я искренне рад, — отрезал я. — Теперь любой, кто захочет нас тронуть, будет иметь дело не с поваром-выскочкой, а с градоначальником и столичными деньгами.

Все радостно загудели. Настя выдохнула и улыбнулась — впервые за день по-настоящему расслабленно.

— Но расслабляться рано, — я стал серьёзным. — Я уезжаю завтра утром. Поезд в семь. В Стрежневе дела не ждут, шоу нужно запускать, пока про нас не забыли.

Улыбки немного померкли.

— Я пока не знаю, когда вернусь, — продолжил я. — Может, через неделю, может, позже. Поэтому слушайте внимательно.

Я подошёл к столу вплотную, упёрся руками в столешницу.

— Мы начинаем новый этап. Детский сад закончился. Даша, — я посмотрел на рыжую. — Кухня на тебе. Ты — главный технолог, шеф-повар и диктатор в одном лице. Меню, качество, проработка — всё твоё. Если Вовчик накосячит — спрошу с тебя.

Даша выпрямилась, глаза загорелись.

— Поняла. Не подведу. Вовчик у меня по струнке ходить будет.

— Эй! — возмутился парень с набитым ртом.

— Вовчик, — я перевёл взгляд на него. — Ты — правая рука. Глаза и уши. Помогать Даше, следить за складом, таскать тяжести. И учиться. Каждый день учиться.

Парень торопливо проглотил макароны и кивнул так, что чуть не ударился лбом о тарелку.

— Есть, шеф!

— Настя, — я посмотрел на сестру. Лицо у неё сразу стало серьёзным. — На тебе — зал, касса и поставки. Ты — лицо заведения. И ты — хозяйка. Все вопросы с документами, с проверяющими — всё через тебя. Если что-то не так — звони мне, в любое время дня и ночи.

Она кивнула.

— Я справлюсь, Игорь.

— Знаю, что справишься. Но я прошу вас всех: будьте осторожны. Мы на виду. Завистников будет много.

Я сделал паузу.

— Особенно ты, Настя. Будь внимательна.

Она вопросительно посмотрела на меня. Поняла, о ком я. О Кирилле.

— Кстати, — я сделал голос бодрым. — Встретил сегодня твоего Кирилла в Управе.

Настя напряглась.

— И… как он?

— Нормально. Поговорили. Парень толковый, старательный. Я сказал ему, чтобы он тоже подключался по полной. Нам нужны рабочие руки. Пусть помогает тебе с закупками, с бумагами. Держи его поближе к делам.

Настя удивлённо моргнула. Ожидала, что я запрещу ей с ним общаться, а я наоборот — в семью зову.

— Ты… ты серьёзно? — тихо спросила она.

— Абсолютно. Работы вагон, помощь не помешает. Пусть отрабатывает доверие.

Держи друзей близко, а врагов ещё ближе, — подумал я. Если Кирилл шпионит, пусть лучше он шпионит у нас на виду, чем гадит исподтишка. А мы посмотрим, что он будет докладывать своим хозяевам.

— Спасибо, Игорь! — Настя просияла. — Ты увидишь, он правда хороший!

— Посмотрим, — уклончиво ответил я.

Допил компот и поставил стакан на стол.

— Ладно. Мне ещё нужно навестить пару людей в городе, пока не уехал. Старые долги, новые связи.

* * *

Я толкнул тяжёлую стеклянную дверь. Вместо привычного механического колокольчика над головой пискнул электронный датчик — звук был точь-в-точь как при подборе монетки в старой игре про водопроводчика Марио.

За прилавком сидела Саша. Вид у неё был откровенно скучающий. Она подперла щёку кулаком и лениво водила пальцем по экрану планшета, надувая огромный розовый пузырь из жвачки.

Стоило мне войти, как пузырь с громким хлопком лопнул, оставив следы на её носу. Саша вздрогнула, подняла глаза и тут же изменилась в лице. Скуку как ветром сдуло.

— Игорь! — взвизгнула она.

Я даже не успел поздороваться. Саша буквально перелетела через прилавок. Одно ловкое движение, мелькание разноцветных волос, звон браслетов — и вот она уже рядом.

На меня налетел ураган. Саша повисла у меня на шее с таким размахом, что мне пришлось сделать шаг назад, чтобы мы оба не рухнули на пол.

— Ты пришёл! Живой! — она смеялась мне прямо в ухо.

От неё пахло какой-то невероятной свежестью, мятой и сладкими духами. Я почувствовал, как её руки крепко сцепились у меня за затылком. Тело моего молодого носителя, Игоря, тут же предательски отреагировало на эту близость. Она была мягкой, тёплой и очень живой. Я невольно прижал её к себе, положив ладони на талию. Она была в короткой футболке, и мои пальцы коснулись тёплой кожи.

— Тише, тише, егоза, — пробормотал я, пытаясь сохранить остатки хладнокровия. — Задушишь ведь героя, неловко выйдет.

Саша отстранилась, но рук с моих плеч не убрала. Она смотрела на меня огромными, подведёнными яркими стрелками глазами, и в них плясали чертята.

— Я видела шоу! — выпалила она, и её голос звенел от восторга. — Это было просто отвал башки, Игорь! Ты их размазал! А как готовил! Чёрт, я чуть слюной не захлебнулась прямо у телевизора. Весь город только об этом и говорит. Даже моя мама, представляешь? Сказала, что ты «весьма неглупый молодой человек». От неё такое услышать — это как медаль получить!

Она тараторила без умолку, размахивая руками. Её энергия била через край, заполняя собой всё пространство магазина. Пряди её волос — розовые, зелёные, фиолетовые — смешно подпрыгивали в такт её движениям. Она была такой искренней, такой настоящей, что мне захотелось просто стоять и слушать её болтовню. После душных кабинетов чиновников, после