Участковый - Галина Дмитриевна Гончарова

– Ты вспыльчивый, как и все хвостатые. Ты бы ей голову оторвал.

– А магистр как относился к этой… рабовладельческой ситуации?

– А магистр решил, что Вера все натворила не со зла, а с дурости бабской. Бывает такое…

Ирина понятливо кивнула.

В принципе, неудивительно. Доказательств нет, припереть дамочку нечем, разве что интуицией…. Нет, бессмысленно.

Магия?

Так и она не всегда поможет. И даже под магией…

Ты нарочно изводила пацана?

Так ведь и тут соврать можно. Ненавидела, да, видеть его не желала, но не убивала. Просто… условия создавала.

Казнить здесь не за что.

Миловать?

Тоже сложный вопрос.

Ирине было бы противно с таким человеком рядом жить, даже смотреть противно, но у Николая могли быть свои резоны, о которых бабка им не расскажет. Это понятно, они не на исповеди. Что могла и хотела – сказала, а остальное додумывайте.

Могла и этого не сказать.

– Эмма Марковна, как вы думаете… вы Веру хорошо знаете?

– Не слишком. Мне надо ее хорошо знать?

– Как вы думаете, она способна на убийство?

– Сама? Своими руками?

– Да.

– Раньше я бы сказала, что не способна. Сейчас… все мы на это способны, вопрос – при каких обстоятельствах, – пожала плечами некромантка.

Вот и понимай, как знаешь.

Кирилл покачал головой и набрал еще раз магистра.

И снова – нет ответа.

– Опять?

– Да.

– Кому вы звоните?

Некромантка вмешалась неожиданно.

Или – ожидаемо?

В таком возрасте некоторые вещи просто чувствуешь, еще и с ее-то специальностью…

– Николаю, – не утаил Кирилл. – Пока не дозваниваемся, решили кое-что уточнить…

– Едем к нему, – решительно встала дама.

– Вы думаете? – прищурилась Ирина.

– Я чувствую, что не все ладно. Я с ночи еще это чувствовала… ох, не к добру…

Кирилл и Ирина поднялись одновременно.

– Едем.

* * *

За руль сел Кирилл.

Некромантка устроилась на заднем сиденье, Ирина рядом с ней – из вежливости. Неожиданно для себя взяла руку дамы в свои ладони, погладила. Кожа была сухой и тонкой, часто-часто бился пульс.

– Не переживайте, все будет хорошо.

– Не будет.

– Вы… чувствуете?

– Чувствую.

Ирина покусала губы.

А что тут скажешь? Может, еще и обойдется? Может, не с ним?

Может, может, может…

– Мы обязательно справимся…

Женщина опустила лицо в ладони.

– Справимся… это я виновата.

Надо было ее как-то отвлечь. А потому…

– Вы нам еще про святилище не рассказали.

Эмма Марковна подняла голову. И прямо-таки впилась глазами в лицо Ирины, смотрела долго, серьезно, будто выискивала что-то…

Потом усмехнулась краешками губ.

– Что ж. Может, ты и раскопаешь… святилище у нас в городе было. Намоленное, старое. Но когда к городу подошел враг, его закрыли. И защита там очень серьезная. Если бы я думала, что у Левушки там хоть шанс появится – я бы его привела. Но пройти туда невозможно. Никому.

– Смерть?

– Смерть – не худшее, что может случиться с человеком. А вот заплутать в пространстве и времени, стать неприкаянным духом… это бывает.

Ирина поежилась.

Но… выбора-то нет! Идти надо, и искать надо…

– Все равно не остановишься, – согласилась некромантка. И уже Кириллу: – Сейчас налево и паркуйся.

Они обошлись без лифта, поднялись по лестнице, пробежали больше десяти этажей, и Эмма Марковна позвонила в дверь.

– Коля, открой!

Бесполезно.

Звонок, второй…

Некромантка достала ключи и провела карточкой по магнитному замку.

Дверь открылась.

Некромантское чутье не ошибалось.

Магистр Николай Светличный лежал на полу. Мертвый.

И рядом с ним лежала тяжелая чугунная пепельница. Этой печатью приложено, ага.

Веры Светличной в квартире не наблюдалось.

* * *

Пока ждали СОГ, пока давали показания, пока составляли протокол, вызывали труповозку…

Наступил вечер.

Кирилл и Ирина отвезли домой Эмму Марковну. Та сидела тихо, грустила…

– Может, остаться с вами? – предложила Ирина.

Эмма Марковна вскинула на нее больные глаза. И Ирина почти физически ощутила, как стара и устала эта женщина.

Некроманты – близкие друзья Смерти, это верно. Они ходят рядом с Ней, они знают, что их ждет за гранью, они понимают, что смерть – не конец пути, а его начало.

Но разве им становится от этого легче?

– Оставайся.

– А… – заикнулся Кирилл, но некромантка подняла вверх сухонькую ладонь.

– Не стоит. Видеть женщин, когда они расклеиваются, мужчинам не стоит, право слово.

– Зато я могу за добавкой сбегать, – нашелся оборотень.

– У меня бар хороший.

Кирилл попробовал еще пару раз напроситься, потом махнул рукой, попросил Ирину звонить, если что – и уехал.

А Ирина и Эмма Марковна остались вдвоем.

Подумали, и направились к бару, который оказался действительно шикарным.

Сначала они пили водку (помянуть). Потом коньяк (его любил Коля).

Потом ром.

Кажется, пробовали составить коктейли.

А потом Ирина отравилась пирожными. Больше нечем было… точно, в них что-то несвежее положили. Наверняка.

* * *

На работу Ирина не шла – ползла.

Болело все.

Голова, желудок, пищевод, кишечник… кажется, небольными остались только руки и ноги. И то – вопрос. Как-то они плоховато слушались.

Хорошо хоть «выхлоп» удалось убрать. Пока промывание желудка, пока то да се…

Эмма Марковна оказалась покрепче. Ирина ей с утра налила стакан рассола, обнаруженного в холодильнике, и старушка скакала, бодрая и веселая.

А вот Ирина мрачно думала, что времена уже не те. Мельчает народ, мельчает…

На работе было шумно и весело.

Все дружно наводили порядок, Саша прикалывал к стене здоровущую карту города, Коля втыкал в нее флажки…

– Что случилось? – удивилась Ирина.

Иван Петрович взглянул на нее красными глазами.

Не от выпитого красными – от бешенства. Это что ж такое случилось?

– Явилась?

– Эээээ…

– Ты видела, что у тебя на столе творится?

Ирина и видела – и не переживала. Нормальная рабочая обстановка, когда вперемешку бумаги, карандаши, блокнот, планшетка, компьютер… и что?

– Чтоб через пять минут все блестело, как у кота – хвост!

– Так точно, – не стала спорить Ирина. – Разрешите исполнять?!

– Немедленно!!!

Ирина отправилась разбирать стол.

Покосилась на Александра.

– Что случилось?

– К нам едет ревизор.

– Чего?

– Помнишь пацанов, которых попугай обосрал?

Ирина помнила.

– И что?

– Вот, у родителей одного из них есть знакомый юрист – он посоветовал написать жалобу на неправомерные действия. И к нам едет полковник Александров.

Ирина пожала плечами.

– И что? Мы-то в чем виноваты?

– Во всем, что ему придет в голову.

– А Кант где?

– В шкафу.

– Ты что! Он же задохнется!

– А тут ему начальник голову оторвет.

– Рехнулся? Живодерить… я сейчас Иде позвоню, пусть его заберет на время проверки!

Ирина распахнула дверцу шкафа.

Птиц вылетел и приземлился ей на плечо.

– Живодерррры! – сообщил он окружающим.

Ирина погладила