Миры Доставки 1-14 - Юрий Иванович

стал докладывать находящийся на верхних этажах Алоис. Несмотря на свое тяжелое ранение, он просто заставил коллег установить его с креслом в центр малого виртуального боефикатора, который позаимствовали на складе полиции, и теперь всеми силами старался внести свою лепту в общую победу. Да и стимуляторов для мобилизации своих ресурсов наверняка не пожалел, потому что сыпал словами быстрей, чем здоровый:

– Командир, моусовцы попытались проскользнуть по нашему правому флангу. Но там довольно крепко сидят полицейские, подразделение спецназа, ну и мы со своей стороны помогли. Мало того, следуя твоему примеру, полицейские стали вооружать гражданских, ибо от желающих нет отбоя. Очень там неудобно атаковать, так что следующую атаку враг опять собирается вести через сквер. По крайней мере, он там концентрируется. И у него в тылах наш малый радар засек сразу три передвижные массивные цели.

– Танки? Флайеры?

– По моим предварительным выводам, они хотят использовать для прикрытия своих паршивых тушек десантные платформы. Мы ведь много их видели по пути сюда.

– Но они же просто кусок железа! – удивлялся Тантоитан. – Ни летать, ни…

– Зато они могут при уплотнении в чреве корабля-матки сдвигаться для уплотнения на катках, – напомнил чернокожий аналитик. – И если они просто напичкают блоки отысканными вокруг батареями…

– Понял! – сразу обеспокоился командир. – Шелди! Бери пяток ребят и мчитесь на блокпост. В здешнем тоже наверняка окажутся те самые емкости с нужными нам элементами для напалма. Бегом!

Лидия уже умчалась к наружному выходу на площадь, тогда как раздача приказов продолжилась. Но теперь они адресовались нескольким женщинам, которые опасливо жались на пролете парадной лестницы между этажами:

– Уважаемые дамы! Срочно нужны бутылки с прочными пробками. Мы в них будем заливать напалм.

– Сколько? – деловито поинтересовалась одна женщина лет сорока пяти на вид, которая по всем признакам верховодила в компании добровольных помощниц.

– Можно триста. Но не обижусь, если соберете и пятьсот.

– Из-под вылитого только что вина подойдут?

– Вполне.

Вскоре уже процесс по созданию так необходимого напалма был в самом разгаре. Причем Лидии только и помогали что местные обитательницы дома, возглавляемые тетушкой Освалией Эроски. Потому что бойкая лидер и в самом деле оказалась родной тетей виконта Корта Эроски.

– Тетушка Освалия! – воскликнул он при виде своей бегущей с двумя бутылками родственницы. – Да вы никак решили угостить ребят винцом из своих стратегических запасов?

Его бойкая тетушка ответила, даже не приостановившись:

– Вино вылито! В бутылках подарочки для пиклийцев!

Виконт озадаченно посмотрел ей вслед и поделился сомнениями с несколькими окружающими его в тот момент воинами:

– Дядюшку точно инфаркт схватит, когда война окончится. Или он страшный счет Пиклии предоставит. Такое вино, такое вино!..

Женщины и разносили бутылки с напалмом по точкам, которые определил Парадорский. Хотя в первую очередь он учитывал физическую мощь каждого воина и его показатели при броске гранаты на тренировках. Ведь следовало начать уничтожение движущихся платформ уже с дистанции в сто метров, а для такого размаха следовало вначале даже из скафандра выбраться. Тут не было равных ни майору, ни капитану Стенеси, но и еще четыре человека получили задание метать бутылки. Все шесть точек оборудовали на идеальной для такого дела высоте, на восьмом этаже. Окна там большие, мебель в комнатах сдвинули в стороны, ковры убрали, только разбегайся как следует и кидай со всей дури.

С процессом приготовления и расфасовки немного не успели, вот потому и пришлось наладить поток доставки с помощью бегающих по этажам женщин уже непосредственно после начала атаки. Лифты давно не работали.

Моусовцы на этот раз решили даже амуницию поберечь. Набились, сколько их там влезло, в десантные корыта. Еще некоторая часть просто двигалась сзади, прикрываясь массивным железным корпусом. Этих последних защитники дома старались выбивать снайперскими винтовками и легкими минами, но в итоге урона практически никакого не нанесли. Наверняка враг уже мысленно торжествовал победу, когда пятьсот метров сквера оказались благополучно преодолены, а до цели осталась всего-то сотня.

Вот тогда и полетели в их сторону бутылки. Вначале большого эффекта разлившийся по броне напалм не произвел, да и разгорался он из-за своего малого изначально количества не сильно. Зато когда в каждую десантную платформу угодило не менее пятидесяти бутылок, пламя разгорелось настолько знатно, что стало светло как днем. А сделанное в походных условиях оружие все летело и летело, все разбивалось и разгоралось. И уже на пятидесятиметровой отметке на землю через боковые выходы стали выкатываться фигуры, объятые напалмом с ног до головы. Не помогали им даже скафандры повышенной прочности и огнестойкости. На двух платформах бутылки стали лететь только в щель над опускаемой аппарелью, и буквально за одну минуту внутренности там превратились в кромешный ад. Вопли заживо сгорающих агрессоров были слышны даже сквозь опущенные забрала и толстый слой брони платформы.

Только с одного транспорта попыталась вырваться компактная группа атакующих количеством человек шестьдесят. Но как только аппарель стала открываться, на зеве выхода сосредоточились все огневые средства защитников дома. До объекта своей атаки из пиклийцев не добежал никто.

Глава четвертая

3595 г., 5 июля, Старый квартал

Никто в течение первой ночи войны не прикорнул и минутки. Да и о каком отдыхе могла идти речь, когда в любой момент уставший воин мог получить смертельное ранение. Тем более что закалка и выдержка при борьбе со сном в любом случае помогут. Ведь раньше не единожды приходилось не спать подряд двое, а то и трое суток.

Поэтому первая боевая ночь прошла в сражениях и неусыпных бдениях, а про отдых никто и не заикнулся. Черный дым со всех трех подожженных транспортов мрачными столбами вздымался в низко нависшие тучи. Причем по всей столице продолжались тысячи пожаров, которые почти никто не гасил. Да оно и понятно, возможности для тотального пожаротушения отсутствовали. Но зато над домами висело нечто страшное и катастрофичное, а видимость все более ухудшалась.

Во время рассвета наступило короткое затишье, которое было использовано самим