Фантастика 2026-194 - Мария Геррер

Я немного волновался перед концертом — первый раз на серьезной сцене — в актовом зале института перед сотрудниками и комсомольцами.

Но все получилось замечательно, песни спел на пять, после «Боя» зал долго аплодировал стоя. На торжественном собрании института присутствовали первые секретари райкома и горкома партии, а также представитель обкома КПСС и он доложил своему начальству о моем феномене, точнее о замечательной песне, идеологически правильной, написанной студентом. Горком партии тут же дал указание, чтобы эта песня прозвучала на городском собрании, посвященному годовщине Октября.

В понедельник тридцатого октября меня пригласили в горком партии вместе с парторгом нашего института.

— Вы, конечно, отлично исполнили эту вашу песню под гитару, но одно дело собрание института, а другое дело собрание городского актива. Надо, чтобы эту песню исполнил наш симфонический оркестр — это вам такое партийное задание! — отдал распоряжение первый секретарь горкома КПСС. И мы с парторгом, Леонидом Семеновичем Красухиным, отправились в областную филармонию, где нас уже ждали.

Глава 4

Филармония

— Ну-с, где наше молодое дарование? — спросил руководитель симфонического оркестра Абрам Львович Липовский, которому позвонили из горкома партии. — Прошу вас, исполните вашу песню, а мы послушаем и подумаем, как ее исполнить нашему оркестру — попросил он.

— Абрам Львович, я, конечно, исполню, но я любитель, на сцене должен её спеть профессиональный певец — сразу предупредил я.

— Не спорю — прошу вас! — он пригласил меня на сцену, мне дали гитару, и я спел «И вновь продолжается бой!», как мог эмоционально.

После исполнения раздались аплодисменты оркестрантов, они знали толк в музыке. Еще бы Александра Пахмутова и Николай Добронравов писали только отличные песни и марши!

— Так молодой человек, песня отличная, ноты у вас имеются? — спросил Абрам Львович.

— Да, вот они — и я подал ему нотную тетрадь.

— Так, насчет вокала, вы правы, нужен профессиональный певец… Знаю такого, Семен! Звони на Почтовый, пусть сюда срочно везут Борю Березкина — это солист театра оперетты — пояснил он мне. — Ему эта песня подойдет! А пока Клара, Вера, Люда — перепишите эти ноты и раздайте исполнителям! Быстро! Быстро! Быстро! Шевелитесь, мать вашу! Нам за неделю нужно подготовить этот номер так, чтобы не стыдно было показать по центральному телевидению! Тем более, что томское телевидение будет снимать этот концерт, и запись явно пошлют в Москву!

Народ зашевелился, меня утащили в отдельную комнату, где я снова пел эту песню, а Абрам Львович и Ксения Петровна Сойкина занимались аранжировкой, уточняя у меня детали.

Через час приехал Березкин, несколько обескураженный таким срочным вызовом. Но когда узнал о своей задаче, вдохновился — еще бы, выступать на торжественном концерте в области дорого стоит в плане карьеры!

— Боря, если вы споете эту песню как следует, то все дороги перед вами будут открыты — пообещал ему Абрам Львович.

Репетиции шли всю неделю, меня освободили от занятий, оформили консультантом в областную филармонию. В процессе репетиций я вспомнил выступление Silenzium в наше время — три красивых девушки в пионерских галстуках эмоционально играли на скрипках и виолончели и предложил Абраму Львовичу сделать небольшое украшение номера — красивые скрипачки у него были в избытке, обошлись без виолончели. Девушки в стилизованной пионерской форме в мини-юбках — реквизита хватало — в белых блузках с глубоким декольте, но в красных пионерских галстуках, выступали на фронте сцены, рядом с солистом. Получился номер-зажигалка, но идеологически выверенный. Его хотелось смотреть вновь и вновь, настолько это было жизнерадостно и красиво. Борис Березкин тоже не подвел — у него был красивый и сильный тенор, и он, глядя на наших «пионерок» тоже выкладывался, ему даже пришлось держать микрофон в руке, чтобы красиво двигаться по сцене синхронно со скрипачками.

Когда номер был отработан, Абрам Львович спросил, нет ли у меня еще каких-нибудь песен, на что я ответил утвердительно. Липовский насторожился и попросил исполнить. Я под гитару спел «На французской стороне» — артисты мне снова хлопали, им зашла эта песня.

— Ну для этого концерта такая песня не пойдет, но с вашего разрешения мы включим её в свой репертуар… Валера, а я все забываю спросить — вы оформили авторские права на эти песни? — спросил Липовский.

— Да нет, некогда было мне регистрировать авторские права. Да и пока не владею такими навыками — ответил я Липовскому.

— Сейчас мы это исправим! — и он отдал команду Семену, своем директору-администратору, чтобы он срочно занялся этим вопросом. Я передал Семену стихи и ноты моих песен, а сам по просьбе Липовского начал исполнять их перед симфоническим оркестром. Спел сначала «Анастасию» Антонова, потом его же «Золотую лестницу», «Я не жалею ни о чем», «Не говорите мне прощай». Аплодисменты от оркестра оглушали меня. Этого было достаточно, Абрам Львович вновь попросил разрешения исполнять эти песни, рядом с ним с просящей моськой