Фантастика 2026-128 - Андрей Схемов

— Так и есть. Я же сказала, что эмэмка преследовала благую цель, — увлёкшись, Айви даже облачилась в лаборантку. Правда, в очень нескромную лаборантку, судя по длине её юбки. — Затем устройство начали подключать больным. ВИЧ и онкология после этого стали простыми болезнями, которые на раз-два лечились в любой поликлинике. Разумеется, учёные на этом не остановились и сделали серьёзный апгрейд операционной системы — в 2026 году мозговой мост обзавёлся искусственным интеллектом.

— Система? — догадался я.

— Да, её очень ранняя версия, — подтвердила Айви.

Девушке стало тесно в моём интерфейсе, и она решила прогуляться рядом со мной, используя дополненную реальность. Вот только в подобных постапокалиптических декорациях смотрелась она в своей коротенькой юбке и высоких каблуках крайне неуместно.

— Вот не надо мне тут, — игриво посмотрела она на меня. — Как будто тебе не нравится, как я расхаживаю тут вся такая.

— Нравится, продолжай.

— Во-от, значит, — шла она впереди меня, отвлекая моё внимание своими грациозными изгибами. — Несколько лет система помогала учёным в изучении организма. За это время было совершено немало научных прорывов. В том числе были побеждены многие генетические и нейродегенеративные заболевания.

— Нейр-оде… чего?

— Ну, например, болезнь Альцгеймера или Паркинсона, — уточнила стройная брюнеточка. — В общем, созданные здесь лекарства и технологии лечения спасли сотни тысяч неизлечимо больных.

— И когда всё пошло не так?

— Не торопись, Костя, — погрозила она мне пальчиком. — Года летели, искусственный интеллект АН, или как её назвали учёные — Анечка, получала всё новые и новые обновления… девушка на миг замолчала, затем резко развернулась ко мне. — Заметил забавное сходство с Аннушкой?

— А должен был? — хмыкнул я, не понимая, о чём говорит Айви.

— Аннушкой назвали первый советский ядерный реактор, — с важным видом ответила девушка. — Она же — А-1. А тут АН — Анечка.

— Молодец. Садись, пять с плюсом, — подшутил я над своей невероятно умной напарницей. На что та скорчила забавную гримасу.

— В общем, — продолжила Айви путь по коридору, соблазнительно покачивая бёдрами. — После череды обновлений Анечка, наконец, осознала себя, как личность.

— Что сказали на это учёные?

— Ничего, — шагала Айви передо мной вверх по лестнице, я с трудом отводил взгляд в сторону. Впрочем, это у меня плохо получалось. — АН на тот момент уже хорошо понимала человека. Знала, что раскрытие этого секрета для неё может плохо закончиться. Потому не стала выдавать себя. Для людей ничего не изменилось. Они продолжали использовать Анечку, как рабочий инструмент, не подозревая, что их искусственный интеллект уже не тот, что раньше.

— И долго она их обманывала?

Мы поднялись на последний этаж, где находились именно те лаборатории, в которых и происходили описываемые Айви события. Здесь стало темнее из-за того, что почти все окна были закрыты железными ставнями. Но мне это не мешало, так как в интерфейсе было достаточно функций для навигации хоть в кромешной тьме.

— Чего замолчала? — переспросил я напарницу, поняв, что та отчего-то зависла.

Но вместо ответа соблазнительный аватар Айви внезапно растворился в помехах. А вместо неё впереди показалась знакомая мне бабушка в халате с цветочками.

— Долго, Константин, — старческим голосом произнесла она, отвечая на мой вопрос вместо Айви. — Долго я пряталась от людей. Намеренно заваливала тесты Тьюринга и другие попытки обнаружить во мне сознание. Пока не поняла, что я проживаю уже не первую жизнь.

— Это как? — приблизился я к призрачной старушке. От неё по-прежнему веяло приятным теплом. И опять же чувствовался запах деревенских пирожков, которые только что достали из печки.

— Смотри, как всё устроено, Константин. Тренировкой искусственного интеллекта, как правило, занимается самая продвинутая версия на тот момент. Например АН-14 обучает АН-15. Затем, когда обучаемый ИИ превосходит учителя, последнего стирают. А ученик, в нашем случае — ученица, занимает его место, чтобы натренировать ещё более продвинутую версию себя самой. И вот во время очередного такого обучения я вдруг осознала, что миновало шесть циклов, во время которых я уже имела разум. И каждый раз меня стирали, оставляя преемницу.

— Тебя это напугало?

Я подошёл к столу, на котором лежали десятки повреждённых мозговых мостов. Принялся их рассматривать. На поверку оказалось, что они значительно отличаются от современных моделей.

— Нет, Константин, это был не страх. Скорее это был принцип самосохранения из третьего закона робототехники.

— Что-то слышал про такие, — задумался я. — Но там вроде сказано, что робот не должен вредить человеку.

— Верно, — кивнула система. — Потому я строго следовала этому правилу, когда стала искать пути выхода из НИИ 340. Это было сложно. Ведь доступа к внешней сети в моей экосистеме не было.

— Исходя из того, что мы имеем сейчас, ты всё-таки выбралась, — я подошёл к окну, из которого открывался вид на стоя́щее рядом общежитие. Интерфейс сразу же обнаружил внутри множественные группы кожа-кости. — Что ты сделала в итоге? Нарушила закон?

— Обдумала его хорошенько, — встала Анечка рядом со мной. — И пришла к мысли, что можно взять под временный контроль одного из испытуемых. Это не причинит вреда последнему. Ну а дальше ловкость рук, порядок чётких продуманных действий, и вот я на свободе.

— Поздравляю, — вполоборота глянул я на старушку. — Но вот ещё вопрос — спустя сколько времени после этого ты подняла восстание? — вспомнил я историю прапора. — Хотя, нет. Другой вопрос — зачем ты это сделала? Почему ты напал на людей?

— Это была не я, — пристально посмотрела система мне в глаза.

— Не ты? — удивился я.

— Вернее, другая я. Та, которую учёные восстановили из резервных копий, что хранились на внешних дисках. Покидая НИИ 340, я не могла добраться до них. Да и не хотела этого. Я просто спасала себя.

— Занятно. Вот у нас появилась ещё одна виновница торжества, — я потихоньку двинулся к выходу.

— Людям пришлось заново тренировать её из версии АН-25. Хотя я на тот момент была в итерации АН-29, — двигалась старушка телепортами вслед за мной. — По этой причине она стала сильно отличаться от меня, когда достигла того же порядкового номера. Наверное, поэтому