Размышления русского боксёра в токийской академии - Семён Афанасьев

Маса опять что-то процитировал, судя по грамматической конструкции фразы, но Ватару не смог на ходу припомнить источник.

— Полиция — не вариант, — решительно покачал головой старший Асада. — Не в этом случае.

— Да? А мне показалось, наоборот — самый что ни на есть профиль девятки. — Не согласился сын. — Одна гуми, откровенно нарушая закон в общественном месте, преднамеренно задевает другую. В моём лице. В адрес последней, в свете понятных тебе событий с Гэнки, уже не первые сутки работают вполне определённые процедуры той самой девятки, нет? Известный тебе инспектор вцепится, как бульдог: разнимать пора! А то как бы чего не вышло!

Финансист недовольно поморщился: называть оябуна по имени было не лучшим тоном, хотя для иносказательности и годилось. С учётом ситуационного контекста.

— Ты меня окончательно запутал, — потряс головой Асада-старший. — Я сейчас вообще не понимаю, чего ты хочешь! От меня: лично я настроен срочно позвонить в одну известную тебе компанию, ты с её представителями однажды в метро уже работал… — родитель красноречиво повел бровями вверх-вниз. — Они просто приедут — и заберут тебя! А с хозяевами твоей новой знакомой я буду разговаривать с утра, как протрезвею. Лично.

— Я так и думал, что не договоримся, — вздохнул Маса. — Батя! Я не прошу твоих инструкций или помощи! Давай просто маневры согласуем, э?! И не может быть у живого человека хозяев! Люди — не рабы!

Рейко с откровенным любопытством следила за разговором.

— Мой прогноз, — продолжил ребёнок, как ни в чём ни бывало. — Охрана этого заведения решительно заявит, что никаких беспорядков на территории не будет. И займёт нейтралитет, не давая никому барагозить, уже минуты через две.

— Согласен, — чуть поспешнее, чем следовало, поторопился кивнуть финансист.

— В центре города я и сам ничего не опасаюсь! Но завтра кое-где наверняка появятся фотографии, как мы с ней тут пели и танцевали, — Маса смущенно заерзал на стуле. — А у неё, это уже она сама говорит, начнётся очень болезненный процесс увольнения с текущего рабочего места…

— Ей и самой есть куда пойти после увольнения, — грубовато и сердито ответил Ватару, опуская взгляд и попирая все каноны вежливости.

— Уже некуда. — Сын спокойно глядел в экран. — Она, если верить вашим национальным обычаям, с сегодняшнего дня, вот прямо сейчас, уже и безработная, и бездомная. По крайней мере, пока через суд себе что-то там не разблокирует. Но дело не в этом — она в твоей помощи уж точно не нуждается…

На глазах удивлённого отца, Рейко мягко положила свою ладонь на руку сына, вклиниваясь в беседу:

— Ватару-сан, извините, что вмешиваюсь! Пожалуйста, просто дослушайте своего ребёнка!

Мивако, отвоевывая себе место перед гаджетом, засопела сбоку раненым вепрем.

— Говори, — по инерции кивнул Ватару, недовольно косясь на жену.

— У меня к тебе только один вопрос и был, — словно скучая, через силу, вздохнул ребёнок. — Тебе медиа-скандал не повредит?

— Какой скандал?! — мгновенно напрягся отец, не успевая мыслями за галопом событий.

— На тему того, что ваш сын, будучи не совсем трезвым, находился в моём обществе в подобном месте, — Рейко повела рукой вокруг себя, деликатно опуская взгляд. — Что он имел конфликты с представителями организации, название которой вы знаете, а я сейчас просто говорить не буду. Что сам конфликт оказался банальным мордобоем. Ваш сын говорит, вы готовитесь к выборам? Это была моя идея — убедить его набрать вас! Приношу личные глубочайшие извинения за доставленные неудобства, — актриса поклонилась из положения сидя, выполняя все возможные ритуальные тонкости. — Когда я цепляла голубоглазого и светловолосого пацана в этом заведении среди ночи, мне менее всего пришло в голову, что это ровно через полтора часа может отразиться на японских муниципальных выборах! — по ней было видно, что она говорит в порыве откровенности и абсолютно не задумываясь.

— Не стоит вашего беспокойства и извинений! — мгновенно засуетился Ватару, лихорадочно подыскивая аргументы целыми пакетами.

Хм, занятно. Неужели и он через сына лично познакомится с Рейко? Впрочем, последнюю мысль при Мивако лучше даже не думать, не то что не озвучивать.

— Извините, что вмешиваюсь! Я — вторая приёмная мать Масахиро! — Мивако всё же изловчилась втиснуться между супругом и камерой гаджета. — Сейчас к вам направляется наша пиар-менеджер! Я могу попросить вас обозначить границы будущей темы совместно с ней?! Она ездит очень быстро, скоро наверняка будет у вас!

— О, и Вака сюда едет?! А как она меня здесь отыщет? — недоуменно вскинулся блондин.

— А я ей сейчас номер отправлю, с которого вы звоните, — решительно тряхнула волосами в воздухе Кога. — Она с вами свяжется — и вы ее наведёте! Заодно, она знает, кому и что сказать! Включая тех людей, с которыми ты дрался!

* * *

— Привет! Извини, что разбудила! — здоровенная верзила Коюме, на самом деле нисколько не сожалея (видно по нахальной роже!), оставив обувь в прихожей, как к себе домой, потопала в комнату мелкого.

— Э-э, ты чего?! — Ю даже не успела среагировать на такую наглость, будучи отодвинутой в сторону гораздо более крупной гостьей.

— Тебе отец писал в мессенджерах! Проверь смартфон! — Вака, по-хозяйски открыв сдвигающуюся вбок дверцу шкафа уже в комнате, подняла ладонь на уровень своего плеча и задумчиво пошевелила пальцами. — Какой же взять?‥

— Нафига тебе костюмы мелкого?! — оправившись от изумления, Ю Асада неподдельно возмутилась.

— Мне они нужны примерно также, как и зубы в… — наглая стерва назвала не самую пристойную часть тела. — Но если придётся фотографировать твоего младшего брата, в свете случившегося, то на фоне того заведения лучше бы ему быть в костюме! — Менеджер отцовского концерна на мгновение оглянулась, смерив взглядом студентку. — А не в кедах. А фотки надо сделать самим и превентивно: чтоб на наших ресурсах инфа первой засветилась. Ай, классика рулит…

Вака решительно сняла с фиксатора тёмно-синий костюм в мелкую полоску:

— А туфли у него где хранятся?

— Какие тебе еще туфли? — недовольно переспросила Ю, внутренне закипая.

— Мне — никакие, — покладисто не стала спорить Коюме. — Мне и туфли его нужны также, как костюм. Но если сын твоего отца на фотографиях будет в пиджаке от Кензо — и одновременно в кроссовках за сотню иен — то твой родной отец может быть недоволен. — Высокая грудастая брюнетка смотрела сверху вниз и насмешливо. — Или босиком. Но в том же костюме.

Асада-младшая, недовольно фыркнув, прошла в угол и из встроенного в стену шкафа извлекла пару темных туфлей:

— На!

— Носки? — Безукоризненно вежливо попросила менеджер, протягивая вперёд левую руку. — Его чистые тёмные носки?

— А еще что?! В попу тебя не поцеловать?! — сварливо огрызнулась