Клан Волка - Анна Кондакова

Джанко заулыбалась, оценив мою идиотскую шуточку.

— Приду.

Она пришла.

Вечером, после того, как вся команда продрыхла весь день (и я тоже), в моих апартаментах собрались пятнадцать студентов, но шуму было столько, будто развлекалось не меньше сотни.

Кроме всяческих закусок и напитков, сюда принесли цветы и лампады, украсив ими номер, балкон и площадку у бассейна. А ещё завели огромный граммофон с пластинками. Музыка меняла ритм от спокойной до быстрой, и Бородинская постоянно тянула кого-нибудь потанцевать у бассейна.

Все, как сговорились, и пришли в национальной одежде Янамара: в кимоно, широченных штанах и соломенных сандалиях.

Я тоже облачился в местную одежду, вспомнив время, которое провёл в Ютаке, и сейчас, веселясь вместе со всеми, будто даже забыл, что моя жизнь отныне сильно изменится. Как только я покину «Сияющую Луну», начнётся совсем новый этап.

Будто услышав, о чём я думаю, ко мне подошли Платон Саблин, Егор-Глыба, Эд Коховский и Андрей Котов.

— Слушай, насчёт твоего герба и всего такого, — начал Саблин. — Мы решили присоединиться к тебе.

Я внимательно посмотрел на него.

— А как же твой отец? У него есть свой Военный Дом. — Потом перевёл взгляд на Егора-Глыбу. — А ты из Торгового Дома Горцевых.

Оба парня помрачнели.

— Не хочу быть торгашом, хочу быть военным, — отозвался Глыба.

А вот Саблин с ответом помедлил, покосившись на остальных, но потом всё же признался:

— Наш Военный Дом состоял когда-то в списке почтенных фамилий, таких как Снеговы, Паули или Орловы, но сейчас... нет.

Увидев, что их всегда уверенный в себе друг смутился, парни вдруг решили, что хотят выпить ещё пива, и ретировались, оставив меня и Саблина одних.

— Наша семья разорена, — сказал он, как только парни ушли. — Проблемы с конкурентами. Ещё отец недавно снова женился, и там... тоже всё непросто. Ещё и резерв у нас с братом позорный. В общем, я не хочу общаться с отцом. Не спрашивай меня почему. Теперь у меня есть только младший брат, даже несмотря на то, что порой он потакает отцу и принимает его новую жену.

Он не стал ничего больше пояснять про отца, хотя всё, что он не сказал, легко читалось на его лице.

— Тот брелок, который ты видел, — добавил Саблин, хмурясь ещё сильнее. — Это мне мама подарила... перед тем, как уйти от отца. Сейчас она живёт скромно и работает на фабрике. Я бы хотел обеспечить её, но не за счёт отцовского Дома. Не хочу на него работать. Лучше на тебя. Я не тупой, вижу перспективы твоего герба и знаю, что ты работаешь на Дом Маямото, но...

— Уже не работаю, — перебил я его. — Теперь я работаю на Военный Дом Снеговых, но клан хочу развить под своим гербом.

Саблин перестал хмуриться.

— Значит, вместо Клана Волка побудем временно кланом Снежного Волка?

— Что-то вроде того, — усмехнулся я.

— Я не против работать на Снегова, если ты работаешь на него. Известно, что он щедро платит. Главное, с его дочкой не связываться. Она может любому яйца вывернуть.

На это я ничего не стал отвечать: у меня было своё мнение насчёт Акулы.

— Ну так что? — Саблин ждал от меня ответа. — Мы будем первыми? Кот, Эд, Глыба и я.

— Нет, не первыми. Есть уже двое. Мои доверенные маги. Мичи Хегевара и Мидори Арадо.

Я указал взглядом на Мичи и Мидори, хохочущих у бассейна.

— Кто сказал «первыми»? — услышал я звонкий голос Рады Бородинской за спиной.

Вместе с ней подошли и другие девчонки из команды. Исидора и сёстры Аверьяновы.

— Я же говорила, что они клан обсуждают, а нас не позвали! — с претензией возмутилась Исидора.

— Мы тоже в деле, — объявила Римма Аверьянова и переглянулась с сестрой.

— Если в вашем клане все мальчики такие красивые будут, то меня не забудьте, — засмеялась Бородинская (кажется, она малость перебрала пива). — А где, кстати, тот янамарский красавчик из Стражей? Кажется, Горо? Он присоединится?

— Не знаю, посмотрим, — ответил я без энтузиазма: насчёт Горо Исимы были вполне резонные сомнения.

— В клане без него будет не так колоритно! — заулыбалась Бородинская.

Девушка сказала про клан так громко, что было слышно даже в туалете. Через пару секунд оттуда выскочил Лёва Зверев и прибежал, как ошпаренный.

— Я тоже хочу! Возьмите меня! А куда записываться?

— Пока никуда, — успокоил я его.

— Уф, думал, что опоздал... — Он покосился на Исидору. — А ты тоже пойдёшь?

— Ну конечно, — ответила та. — А ты сомневался?

— Никто в тебе не сомневался, крошка, — ответил за Лёву Саблин.

— Она не кл-лошка! — вспыхнул Лёва и сразу натолкнулся на опасный взгляд конкурента.

Напряжение погасил Егор-Глыба, принёсший всем лимонного янамарского пива в больших кружках.

— Налета-а-ай! А то в Академии так легко уже не напьёшься!

Все забрали кружки с подноса. Я позвал Мичи с Мидори, и когда те присоединились и тоже взяли по пиву, Исидора подняла свою кружку.

— Ну тогда за клан Волкова, господа!

— За клан Волкова! — подхватили одиннадцать человек.

Правда, собрались тут не все.

Не подходили ко мне насчёт клана только Тарас Саблин и Яков Вьюгин, и я догадывался почему. Тарас, скорее всего, рассчитывал отправиться после учёбы на службу в отцовский Военный Дом, а Яков просто поддерживал решение лучшего друга и оставался с ним.

Был и ещё один человек, который никак не проявил интереса к клану.

Джанко.

Она лишь поздравила нашу команду с призовым местом на турнире, а потом весь вечер сторонилась меня и общалась в основном с Исидорой, Лёвой, Мичи и Мидори.

Сам я к ней не лез, но невольно держал её в поле зрения и всегда искал глазами.

В своём красном кимоно и с традиционной причёской, она постоянно ловила на себе взгляды парней, но ни один из них к ней даже не сунулся. Никто не хотел переходить мне дорогу. И вот когда я уже потерял всякую надежду насчёт Джанко, она подошла ко мне сама.

Это случилось неожиданно.

Пока все плескались в бассейне, мне срочно понадобилось сменить бинт на руке — Бородинская пролила на меня пиво. И когда я искал, где в этих апартаментах аптечка и шарил по шкафам в ванной, вдруг появилась Джанко в своём красном кимоно (никогда бы не подумал, что девушка в кимоно может быть такой соблазнительной).

— Помочь? — спросила она.

Не дожидаясь ответа, Джанко подошла и умело развязала бинты на моей руке. Увидев не до конца залеченный порез у локтя, она тут же принялась его лечить, прислонив к коже ладонь, мерцающую зелёным