Тёмный Хогвартс. Второй курс - ВеенРок

Сами мы не могли заучить новые чары, так как с познанием любых заклинаний перво-наперво требовался хороший куратор, который проследит за твоими действиями, укажет на допускаемые ошибки и даст полезные советы. И с этим здесь были небольшие проблемы.

Не знаю, как обстояли дела в других семьях волшебников, но Уизли не особо-то старались обучить своих детей каким бы то ни было чарам. Молли Уизли после моей вежливой просьбы научить нас какому-нибудь заклинанию на полном серьёзе ответила, что для этого существует школа, а летом нужно отдыхать. Отдыхать!

Как я выяснил впоследствии, ни Молли, ни Артур никоим образом не способствовали наращиванию знаний у своих детей, отдавая этот процесс на откуп Хогвартсу. То ли детей у них было слишком много, а сами родители оказывались достаточно занятыми другими делами, то ли они и правда всерьёз придерживались мнения, что каждый ребёнок должен обогатиться знаниями и опытом так сказать, «в замковых условиях»…

Может, здесь крылась ещё какая-то неизвестная мне причина, но итог оставался одним: мы могли наблюдать за повседневным колдовством взрослых Уизли, могли уточнить у них траекторию взмаха или произношение фразы при использовании взрослыми волшебниками повседневных невербальных чар, но вот надеяться на то, что нам уделят достаточно времени для полноценного обучения заклинаниям, опережающим школьную программу, нам совсем не стоило.

Братья Уизли же, в отличие от своих родителей, согласились поднатаскать нашу троицу в заклинаниях… За десять галеонов на одни изученные чары! А так как Перси тоже не горел желанием возиться со своим мелким братцем и его друзьями, то нам ничего не оставалось, как использовать запас денег Гарри и оплачивать уроки у близнецов.

Они все здесь с ума посходили, если считают, что детей нет нужды готовить к школе! Я могу понять ситуацию с первым курсом и правилами Дамблдора, но насколько же должна быть искажена родственная эмпатия, чтобы бросать родного брата или сына на произвол судьбы в столь опасном месте, не используя при этом возможность дополнительного обучения на дому?!

Может, мне было просто обидно, что с нами никто особо сильно не возится и не готовит нас к новым опасностям замка, но дружная семья Уизли на деле оказалась не такой уж и дружной. Была ли вина этого в навязанной идеологии директора с его безумной версией социального дарвинизма, или же сами взрослые считали, что: «так и надо, ведь мы проходили через это и сами», — неизвестно.

Но несмотря на всё это, находиться в гостях у Уизли мне по большей части понравилось. Наши отношения с Гарри и Роном ещё сильнее окрепли, я завёл шапочное знакомство со старшими братьями друга, которые учились на Гриффиндоре и могли, как я надеялся, в случае чего помочь мне с проблемами, который за учебный год обязательно появятся — по-другому и быть не может, тут к Трелони не ходи.

Вообще, летние каникулы, как я считаю, пошли мне на пользу. Я пусть и смутно, но помню своё состояние после пройденных испытаний. Ту депрессию из-за смерти Дина, меланхолию из-за бесконечных вопросов без ответов…

За эти два месяца я успел вкусить нормальной жизни подростка-волшебника. Который не пугается каждого шороха и не находится в постоянном стрессе на идущих уроках, на которых в любой момент может настигнуть жестокое и болезненное наказание.

Терапия, состоящая из свежего воздуха, свободы перемещений, постоянной вкусной кормёжки и неограниченного применения волшебства вернула меня в строй. Да, я всё ещё помнил свой первый курс и до сих пор ночные кошмары мне напоминали о жестоких реалиях Хогвартса. Но теперь я хотя бы не содрогался от мысли, что в эту школу вскоре придётся вернуться. Не мучил себя страхом, что в подобном ключе придётся провести всю жизнь в этом мире.

Я познал жизнь свободного волшебника. И был полон решимости дожить до следующих каникул, чтобы вновь в неё окунуться.

Глава 6. Начало учёбы

А-а, в Хогвартсе нравы и порядки страшны.

А-а, в нём страдают идиоты,

А-а, ни любви там, ни заботы,

А-а, молодым там погибай,

А-а, молодым там погибай.

* * *

1 сентября.

— Джинни, милая, мы так тебя любим, — Молли Уизли прижимала к себе немного растерянную волнующуюся дочь и продолжала ворковать, — всё будет хорошо, ты у нас умница и красавица… Учись хорошо и не забывай, что… Что дома тебя ждут, — миссис Уизли в итоге расплакалась, а муж стал её успокаивать.

Джинни ещё раз обвела задумчивым взглядом всю нашу процессию, взяла в руки свой чемодан с вещами и поднялась в вагон.

— Всё, ребятки, вам тоже пора садиться в Хогвартс-экспресс, — сказал нам Артур Уизли, — Рон, Кайл, Гарри, у вас вагоны восемь и девять. Ну а вы, — кивнул он старшим братьям Рона, — и так всё знаете. Присматривайте за Роном, и не нужно в школе проворачивать свои розыгрыши. Фред, Джордж — это касается вас.

— Да, пап, мы знаем, куда отправляемся. Да и что с Рончиком станется… — протянул с усмешкой один из близнецов.

— Даже если он лишится какой-нибудь своей части, ему пришьют новую, — включился в разговор другой брат-близнец.

— Это совсем не смешно! — грозно ответил Артур своим детям, потрясая кулаком.

Рон напряг скулы и сжал кулаки. Порою шутки Фреда и Джорджа переходили грань: я прекрасно знал, что мой друг всё ещё болезненно воспринимает тот факт, что левая рука мальчика является чужеродным имплантом от другого человека.

И если на замечание отца семейства близнецы никак не отреагировали, продолжая посмеиваться в своей дурашливой манере, то вот после того, как Молли Уизли обернулась к ним в продемонстрировала свой разъяренный взгляд, братьям стало совсем не до шуток.

— Э-э-э… Рон, ты прости нас, дураков, — близнец-Фред поднял руки над собой и стал отступать. Непонятно было, придуривался ли он, или же всерьёз испугался.

— Мы не со зла. Наверное, нам заколдовали языки, — подключился близнец-Джордж, хватаясь за ручки двух чемоданов и отходя вслед за своим братом. А теперь всё стало понятно.

— ФРЕД! ДЖОРДЖ! — гаркнула Молли Уизли на весь перрон, привлекая этим внимание остальных волшебников.

— Да, мама! — крикнул один из удаляющихся братьев.

— Мы тебя тоже любим! — вторил ему второй близнец.

— И мы тоже будет очень скучать!

Близнецы спешно залезли в свой вагон, пока мы смотрели за этим представлением.

— Мы, наверное, тоже пойдём, миссис Уизли, — нарушил я зловещую тишину в нашей компании, — а то