Странник. Хроники Альрата - Рина Когтева

к ней. В тот момент меня совершенно не волновало, что она видит, даже если мою мучительную смерть, меня беспокоило то, что боль испытывала она. Неосознанно я провел рукой по ее волосам. Она широко распахнула глаза. Наши взгляды встретились, в ее глазах мелькнула паника, а потом… Она резко встала, на лице появилась странная решимость, ее грудь быстро поднималась и опускалась.

В моей жизни было много таких моментов – я всегда пользовался успехом у женщин. Это момент, когда муха окончательно понимает, что не может выбраться из паутины, несколько хаотичных отчаянных движений крыльями, и все – ее приговор вынесен, она больше ничего не может сделать, она проигрывает битву пауку. Странно, но в тот раз я не чувствовал триумфа, не чувствовал превосходства и власти над покоренной жертвой. Я отступил, не сказал ни слова, не хотел, чтобы она снова попала во власть моих чар, потому что на самом деле это я безнадежно запутался в ее паутине, а не она в моей.

И она сделала шаг ко мне.

Глава 2. Маяк.

4 год правления Царя Вейта Ритала

Миртес

Морн сидит напротив, глаза опущены, пальцы лежащих на столе рук крепко сжаты. За последний год он располнел, черты лица стали расплывчатыми и невнятными. Он ежится под моим взглядом, мне это нравится, и в то же время вызывает раздражение. Я что чудовище с двумя головами? Или он от моего взгляда превратится в камень?

– Смотри на меня, – приказываю я.

Он поднимает затравленный взгляд. И снова это двойственное ощущение. Ты видишь девчонку, с которой играл в детстве? Нет, ты видишь Великую Царицу Альрата.

– Морн, – я решаю разрядить обстановку, – ну перестань. Не сиди как на светском вечере.

Я откидываюсь на спинку кресла. Мы в одной из моих приемных. Я в отличие от Вейта предпочитаю баланс роскоши и делового стиля, поэтому золото здесь только в виде статуй и рам, обрамляющих картины Сентека. Все остальное выдержано в теплых пастельных тонах. Не люблю, когда посетители не могут сосредоточиться на беседе из-за того, что пялятся на стены.

– Прости, Миртес, – он кашляет. – Я просто снова чувствую себя виноватым.

Да ты все время чувствуешь себя виноватым! Тебе так удобно, быть сразу виноватым за все на свете и из-за этого не принимать никаких решений.

– Все в порядке, Морн, – я сочувственно киваю.

– Прости, что не сказал тебе…

Ты снова ничего мне не сказал.

– … не знаю, почему…

Потому, что ты кусок дерьма.

– … прости меня…

Конечно, извинись еще раз, вдруг это как-то мне поможет.

– Все в порядке, – повторяю я. – Я все понимаю.

Хотя мне сложно это понять.

– Ты принес то, что я просила?

Он кивает, потом, словно нехотя, кладет на стол информационный чип.

– Миртес…

Да, да, да, Миртес, обещай мне, что не причинишь вред Алетре.

– Конечно, Морн, с ней будет все в порядке.

Я не слышу облегченного вздоха, но его лицо очень красноречиво меняет свое выражение.

– Спасибо, – говорю я. – Ты мне очень помог.

Ну еще бы, кто же, кроме тебя, смог бы проникнуть в тайные подвалы храма Аним и достать эту запись? Тут уж без иронии, кроме Морна никто бы мне ее не принес.

– Прости, – Морн отворачивается, – снова я повел себя как трус.

Он вспоминает то, что случилось два года назад. Зря.

– Как он? – спрашиваю я.

Морн пожимает плечами.

– Да разве поймешь?

Не дури мне голову, Морн. Я выжидательно молчу.

–Уже не тот, кого мы знали, – выпаливает Морн, встает и выходит из приемной.

Я провожаю его взглядом, но не останавливаю. Иди, насладись чувством вины. Если бы я не читала всю его переписку с Сентеком, то я бы его остановила и заставила все мне рассказать. Да только зачем? Сейчас у меня нет времени, чтобы продираться сквозь мутные рассуждения Морна. Я смотрю на чип как на ядовитую змею. Конечно, я возьму его, уйду в личные покои и посмотрю, что там записано, но меня не покидает ощущение, что как только я это сделаю, жизнь разделится на «до» и «после». Знаете, есть такие моменты. Их всегда чувствуешь. Я беру чип, кладу на ладонь и словно бы взвешиваю. Ну-ну. Какие ты хранишь секреты? Что ты мне расскажешь? Я поднимаюсь, запираю дверь на замок, и это знак слугам, что я не буду сегодня никого принимать. Потом я прохожу вторую приемную, третью, четвертую, промежуточную комнату, которой так и не дали названия, и наконец-то оказываюсь на своей суверенной территории. Я вставляю чип в планшет и вывожу изображение на стену, которая специально для этих целей оставлена белой.

Я вижу Аним, пока еще пустой, сверяюсь с длительностью записи – четыре часа. Слишком долго, чтобы смотреть ее в режиме реального времени. Я включаю перемотку. Аним, Аним, жрецы в тогах, сначала несколько, потом целая толпа, которая бегает как муравьи по коридору Святилища. Надо же, какое оживление, хотя ни одного посетителя. Вот их становится все больше и больше, и вот они собираются у одной из дверей. Я узнаю расположение. Это дверь к моему отцу, Раксу Гриалу. Умно. Я останавливаю перемотку, включаю звук.

А вот и Вейт, у него на руках ребенок, естественно, Таал Ламит, его сын. У Вейта торжественный вид, он просто великолепен в своих золотых Царских одеждах. Жрецы перед ним расступаются. Вейт подходит к Святилищу моего отца. Один из жрецов открывает перед ним дверь. Вейт с Таалом на руках заходит внутрь. Ракурс меняется, теперь мы внутри Святилища. Вейт стоит в центре, но к статуе отца он не подходит. Жрецы стоят полукругом у двери. Немая сцена длится несколько минут.

– Достаточно? – наконец, спрашивает Вейт.

– Да, мой Царь, – отвечает Тамирн, Верховный жрец Анима, доставшийся Вейту в наследство от Лаира Тарта.

Таал на руках Вейта начинает ерзать. Вейт неуклюже пытается его успокоить. Само собой, ничего у него не получается, и ребенок начинает кричать.

– Ну тише, тише… – лопочет Вейт.

Даже с ребенком справиться не может, что уж говорить об Альрате. Таал Ламит тем временем разрывается от крика. Мне почему-то приходит в голову, что у него великолепные голосовые связки. Голос будет такой, что впору на плацу командовать без микрофона. Я криво улыбаюсь. Вейт, тем временем, поспешно выходит из Святилища отца, так его и не вызвав. Ракурс снова меняется. Жрецы в коридоре низко кланяются, а Тамирн объявляет:

– Великий Бог Ракс Гриал