Ганнибал Барка. Гений Карфагена. Том 3 - Сергей Свой

Адар во главе победоносной армии вступили в Паталипутру. Им не пришлось брать город штурмом – ворота были открыты. Ашока, выполняя условия капитуляции, официально передал власть над северной Индией представителю Императора Феникса. В великом зале дворца Маурьев был подписан договор, известный как «Пакт Паталипутры».

По его условиям:

1. Империя Маурьев распускалась. Ашока сохранял титул «раджи Паталипутры» и управление столичной областью, но как вассал.

2. Все земли к западу от Ганга (включая долину Инда) переходили под прямое управление Империи Феникса, образуя провинцию «Индия Западная».

3. Земли к востоку от Ганга становились протекторатом под общим управлением карфагенского наместника (им был назначен Калликрат) и совета местных раджей, лояльных Карфагену.

4. На всей территории запрещалось производство и хранение пороха, огнестрельного оружия и связанных технологий под страхом смерти и уничтожения всего рода.

5. Вводилась свобода торговли для карфагенских купцов, монополия Империи на торговлю пряностями и драгоценными металлами.

6. Разрешалось распространение религии Прогресса и открытие школ, где преподавались бы науки и имперский язык (смесь пунического, греческого и латыни).

7. Индийские княжества обязаны были поставлять рекрутов в вспомогательные войска Империи и рабочих для строительства инфраструктуры (дорог, каналов, портов).

Это был не мир. Это была капитуляция. Древняя, гордая цивилизация Индостана была сломлена и поставлена на колени технологией и безжалостной волей пришельцев с запада.

Часть 9: Цена прогресса.

Торжества по случаю победы в Паталипутре были пышными, но в воздухе витала тяжелая атмосфера. Гасдрубал, стоя на балконе дворца и наблюдая, как его солдаты маршируют по улицам покоренного города, не чувствовал триумфа. Он думал о десятках тысяч убитых в долине Панчалы. Он думал об обугленных пятнах на земле после «Вулкана». Он думал о ненависти, которую теперь наверняка таили в сердцах брахманов и кшатриев. Он создал мир. Мир страха и подчинения. Мир, где его дирижабли будут вечно парить в небе как напоминание о цене сопротивления.

Адар, получивший от Ганнибала высшую награду Империи – «Орден Феникса с Мечами», – тоже не радовался. Его «Атлант», герой битвы, теперь стоял на специальной площадке у стен Паталипутры, объект поклонения одних и страшного любопытства других. Он знал, что его детище, созданное для мечты о полете, навсегда запятнано огнем и смертью. Он приказал своему экипажу никогда не говорить о том, что они видели и делали в ту ночь и в тот день. Но молчание не стирало памяти.

Однажды вечером к нему в отведенные покои пришел Калликрат. Грек выглядел усталым, но удовлетворенным.

– Поздравляю, архонт. Вы изменили ход истории.

– Ценой чего? – мрачно спросил Адар.

– Ценой того, что было необходимо. Альтернатива – наша гибель здесь и, возможно, гибель Империи. Ашока объединил бы Индию и, рано или поздно, научился бы ковать такое же оружие. А потом его армии пошли бы на запад. Война была неизбежна. Мы просто выиграли ее быстро и решительно. А теперь у нас есть Индия. Ее ресурсы, ее люди, ее знания. Представь, что мы сможем сделать, объединив нашу науку и их мудрость.

– Их мудрость? – с горькой усмешкой переспросил Адар. – Мы сожгли ее в долине Панчалы.

– Нет. Мы сожгли фанатизм и гордыню. Мудрость осталась. Она в их книгах, в их математике, в их медицине. И теперь она будет служить Прогрессу. Всегда есть цена, Адар. Ты, как инженер, должен это понимать. Любая новая машина требует топлива. Прогресс – самое сложное устройство из всех. И его топливо… иногда бывает кровавым.

Адар не ответил. Он понял, что Калликрат, холодный прагматик, был, возможно, прав. Но от этого не становилось легче.

Часть 10: Взгляд в будущее.

Через несколько недель в Паталипутру прибыли корабли с посланием от Ганнибала. Император поздравлял с победой, возводил Гасдрубала в ранг «Цезаря Востока» с неограниченными полномочиями, а Адара – в «Великого Архонта Небес». Он приказывал начать масштабные реформы: строительство железных дорог (первая должна была соединить Паталипутру с Новым Карфагеном на Инде), создание университета в Паталипутре для融合 знаний Востока и Запада, организацию регулярного пароходного сообщения с Суварнабхуми.

Но главным в послании был последний пункт. Ганнибал писал: «Теперь, когда путь на Восток открыт, а юг покорен, настало время обратить взор на последний неизведанный рубеж. Подготовьте экспедицию к берегам Серебряной Империи, что лежит за бескрайним Восточным океаном. Туда, где живут люди с желтой кожей и строят стену против мира. Китай ждет».

Гасдрубал, прочитав это, тяжело вздохнул. Китай… Еще одна древняя, могущественная цивилизация. Еще одна война? Возможно. Но теперь у него были ресурсы всей Индии и островов Пряностей. У него была армия, закаленная в огне. У него были «Океанские драконы» и «Атлант». И у него была воля брата, которая, казалось, не знала пределов.

Он вышел на балкон. Внизу раскинулась Паталипутра, древняя столица, теперь столица новой провинции. Над дворцом реял багровый стяг с золотым фениксом. Где-то в порту на Инде строились новые корабли. Где-то в джунглях Суматры добывали нефть. А в небе, над вечерним городом, совершал свой регулярный патрульный полет «Горный дракон» Луско Младшего.

Мир стал меньше. И стал другим. Империя Феникса раскинула свои крылья от Гибралтара до Ганга. И она не собиралась останавливаться. Цена была ужасна. Но игра, как понимал теперь Гасдрубал, стоила свеч. Потому что проигравших в этой игре не бывало. Были только мертвые и покоренные. А он и его брат выбрали роль победителей. И шли до конца.

Ветер с Ганга приносил запах дыма, цветов и далеких, незнакомых земель. Ветер перемен дул теперь на восток. К берегам таинственного Китая. И Гасдрубал, Цезарь Востока, был готов снова вести свои легионы, корабли и дирижабли навстречу новой судьбе. Судьбе, выкованной в огне и крови, под знаком золотого Феникса.

Глава 9

Дым от кузниц Мемфиса стелился над Нилом низкой желтоватой пеленой, застилая предрассветное солнце. Запах серы, угля и раскалённого металла въелся в одежду, в кожу, в самое лёгкие. Беро, покрытый слоем угольной пыли и пота, стоял на глиняном бруствере и смотрел, как внизу, в котловане глубиной с пятиэтажный дом, копошились тысячи людей. Они сооружали форму для новой поковки — крицы весом в пятьдесят тонн, из которой должны были выковать вал для гигантского парового молота. Без таких машин нельзя было клепать броню для новых «Харибд».

— Архонт! — к нему подбежал запыхавшийся грек-приказчик, державший восковую табличку. — Из карьеров в Нубии сообщают: караван с медной рудой попал в песчаную бурю, потерял половину вьюков, люди погибли. Месячная