С няней шутки плохи - Лесана Мун

На-а-адо же. Какая интересная подробность о деревенской девушке.

— И писать умеешь? И считать?

— Да, и это могу, — без запинки отвечает девушка.

Нравится она мне. Чувствую — добрая и честная, детей любит. Сломает ее та баронесса, весь свет выдавит из Мари и бросит. Будет то же, что и с мамой девушки. Пока может работать, пока и нужна. А как заболеет, так все. Мне бы еще несколько таких чистых душ, вот бы я развернулась!

— А скажи мне, Мари, хочешь уйти от баронессы и служить у меня? Няней для маленькой Лии? — забрасываю удочку, с удовольствием замечая, как загораются глаза девушки в ответ на мое предложение.

Глава 13-3

Сговариваемся мы с Мари очень быстро. Нравится мне эта девчонка! Смышленая, хваткая, добрая. Очень надеюсь, что проявит себя еще и верной.

— Ох, какая девушка… ягодка, — мечтательно причмокивает Шурик, заставив меня очнутся от своих мыслей и воззриться на него Немезидой.

— Не поняла? Ты чего это усы распушил? Только вздумай мне девку попортить — я тебе быстро вырву все, что не оттуда растет и повтыкаю в совершенно новые места! Понял меня?

— Да помилуйте, леди Софья, откуда у вас только мысли подобные, садистские, в такой-то милой головушке?

— Я предупредила. Потом не вой.

— Да я в жизни ни одной девчонки не попортил. И с этой грех на душу брать не буду, хоть и хорошенькая такая.

— Шурик, — предупреждающе хмурюсь.

— Понял-понял, молчу.

— Мне бы еще человек пять-шесть таких девчонок, — говорю задумчиво, глядя на то, как Мари ловко управляется с памперсом, всего-то раз и нужно было показать.

— Леди Софья, а могу я сказать? — спрашивает девушка.

— Говори, — отвечаю.

— У меня тут уже есть подружки, две тоже из горничных, и две служанки местные, генеральские. Может, они подойдут в нянечки для маленькой госпожи?

— А что за девушки, надежные? — уточняю, но сама тут же загораюсь идеей.

— Если бы были ненадежные, я бы не предлагала. Позвать?

— Давай после ужина? А нет, лучше завтра утром, хорошо? А то у меня сил никаких уже нет. Ужасно спать хочу.

— Как скажете, леди Софья. Я тогда побуду пока что с госпожой Лией, а вам, думаю, хорошо бы принять ванну и переодеться во что-нибудь свежее.

— Во что? Это все, что у меня есть.

— Но как же? — девушка удивленно таращит на меня красивые глазки.

— А вот так, — пожимаю плечами. — Но это неважно. Не одежда красит человека.

Договорить мы не успеваем, заходит экономка, а с нею — два дюжих мужчины, в руках которых какие-то странные пакеты.

— Леди Софья, здесь несколько нарядов для вас, срочно присланных по просьбе генерала лучшей модисткой нашего города. Надеюсь, будут впору. И да, хозяин дома ждем вас на ужин через полчаса. Я приду, чтобы вас проводить в малую столовую.

— Не нужно. Я сама найду, не беспокойтесь, — говорю экономке, продолжая рассматривать пакеты, которые уложили на диваны.

— Можно я вас одену? И прическу сделаю? Ух! Вот это генерал удивится! — попискивает от восторга Мари.

— Можно, — чувствую, как губы сами по себе растягиваются в довольную улыбку. — Но теперь мне, и правда, нужно принять ванну, негоже залезать в новые одежда немытой.

После ванной, где я едва не уснула и не утопилась, мы отправляем Шурика заниматься Лией, а сами с Мари принимаемся за одевание.

— Сразу предупреждаю, никаких корсетов! — возражаю, едва девушка берет красивое, кружевное изделие с твердыми пластинами.

— Мы не будем плотно затягивать, просто, чтобы красиво было, чтобы платье сидело. Иначе оно будет тряпкой висеть, всю красоту испортим. Ну пожалуйста, — и смотрит так жалостливо, как побитая собачонка.

— Ладно, но не затягивай. Совсем! — сдаюсь на милость девчонки.

Ну что я могу сказать? Одеваться с помощью горничной в разы проще, чем пытаться шнуроваться одной. Просто подставляешь ручки-ножки, а девушка все за тебя делает. Немного неловко, но очень удобно.

— Теперь я сделаю вам чудесную прическу, и генерал будет сражен вашей красотой, — болтает Мари, как-то замысловато укладывая мои волосы.

— Ерунда какая, — бурчу я, больше для виду.

Надо сказать, девушка не соврала: она действительно прекрасно умеет и одеть, и причесать. Когда я встаю во весь рост перед зеркалом, мое отражение выглядит очень привлекательно. Непривычно привлекательно, я бы даже так сказала. В декольте лежит красиво приподнятая корсетом грудь, да-да, я сама была в шоке, но оказывается, она у меня есть! Высокая прическа подчеркивает мою длинную шею. А цвет платья — глубокий сине-фиолетовый, красиво оттеняет глаза и белую кожу. Мне даже нравится то, как я выгляжу. А такое бывает очень нечасто. Интересно, что скажет Эвер, когда меня увидит?

— Генерал упадет в обморок, — заявляет Мари с придыханием, а я начинаю хохотать, представив эту картину.

— Нет, не упадет. Он для этого слишком морально устойчив, — отвечаю, отсмеявшись.

— А вот посмотрите, — отвечает девчонка, довольно улыбаясь, заражая и меня каким-то совершенно детским весельем.

Спустя всего пять минут я захожу в малую столовую едва сдерживая нетерпение. Мне уже и самой интересно, как же отреагирует Эвер на мой новый облик? Надеюсь, что все-таки в обморок он не упадет.

А вы как думаете, мои любимые читательницы?)) Упадет?))

Глава 14-1

Сначала обращаю внимание, что малая столовая — это очень красивое и уютное небольшое помещение. Возле окна круглый стол, накрытый узорчатой скатертью, к нему подставлены два очень удобных с виду кресла с подушечками под спину. Сервировано на двух человек. Получается, только мы с Эвером будем? Больше никого?

Сбоку от меня раздается шорох, я резко поворачиваюсь, готовая отразить любую угрозу. Но ее нет. Справа от меня стоит Эвер, держа в руках графин, видимо, хотел наполнить бокалы, да так и остался стоять.

— Добрый вечер, — говорю, просто сама вежливость. — Книксен делать не буду, по неумению наступлю на подол, опрокину тут все и останемся без ужина.

— Да… не надо делать его… книксен то есть, — кивает Эвер, разглядывая то мою прическу, то платье. — Софья, ты сегодня чудесно выглядишь, наряд тебе очень идет.

И поправляет пуговицы на рубашке, словно та его душит. Воздуха не хватает?

— Открыть окно? — спрашиваю.

— Да, тут немного душновато, но нет, не надо ничего открывать, ты в очень тонком платье, простудишься… Лучше присаживайся, я налью нам вина и приступим к ужину, — а сам продолжает глазеть на меня.

— Эвер, чуток прикрой глаза веками, сделай мне одолжение, а то чувство, что они сейчас на пол выпадут. Нервирует, знаешь ли.