Фантастика 2026-90 - Василий Седой

хотел сказал, поэтому прикрыл глаза и позволил себе забыться. Не слышал, как князь покинул стоянку, да вообще ни на что не реагировал. В себя пришёл уже ночью, по темноте. Рядом со мной никого не было, и появилось время немного подумать.

Очень хотелось пожалеть себя, даже поплакать. Не стал, о другом задумался — жаль, что не получилось у меня пожить в этом мире. Честнее он, чем все, в которых я раньше бывал, чище. Нет здесь ещё столько подлости, как в других мирах, не научились люди гадить ближнему, наоборот, привыкли помогать друг другу в нужде, обидно. А вдвойне обидно, что как раз здесь лучше всего пригодились бы мои умения работать с холодным оружием. Во всех мирах тренировался учился, и только раз пригодилось, как только попал в этот мир. А с другой стороны, может, так и надо, может, и правильно, когда человек всю жизнь льёт ведра пота и преодолевает множество трудностей, тренируясь в единоборствах или владении каким-то оружием только для одного-единственного случая, который может произойти в его жизни.

Может, действительно всё происходит только для того, чтобы в нужный момент защитить своих родных и близких даже ценой своей жизни, если понадобится. Не знаю, не могу сказать точно. Раз сейчас валяюсь при смерти, значит, в свое время недоработал, недоучился, не смог получить и взять от наставников и учителей всё необходимое для бескровной победы.

С трудом успокоился и заставил себя не думать ни о чем таком. Попытался представить, какой у меня здесь сын, как выглядит, кем вырастет без папы. Недолго получилось, свет померк, и пришло осознание: всё, пришло моё время. С этой мыслью я и потерял сознание.

Василий Седой

Дворянская кровь 5. Шаман

Глава 1

Пролог.

Очнулся я от того, что по телу как будто шибануло разрядом тока. Можно сказать, я подпрыгнул лёжа. Открыл глаза и в непонимании осмотрелся.

Я находился на берегу горного потока, в месте, где время от времени любил сидеть и любоваться окружающими видами, навевающими мысли о дикой природе. Да и с чего им быть другими, если я находился один на один с этой самой природой, в затерянной долине, расположенной в высокогорье? А все из-за эксперимента. Вернее, как я думал, халявных денег, обещанных за моё участие в этом самом эксперименте.

В голове творилось непонятное безобразие из-за множества странных мыслей, меня одолевших. Главной из них стала одна:

— Все произошедшее со мной в разных мирах было банальным сном?

Нет, я просто не мог в это поверить и смириться. Ведь не бывает таких ярких, реалистичных снов. Тем более, с присутствием в них боли, страданий и множества эмоций, прожитых самой душой. Не может такого быть, потому что не может быть, в принципе.

С другой стороны, сама обстановка и окружающая действительность буквально кричали о том, что я уснул, и мне все приснилось.

Я никогда не отличался большим терпением. Вот и сейчас решил для себя: чтобы не сойти с ума от навалившихся сомнений и множества ненужных переживаний, надо взять и проверить, приснилось все, или всё-таки что-то было.

Сначала я с сомнением посмотрел в сторону бурного потока. Вода стремительно неслась в сторону выступа скалы, полируя по пути огромные валуны и исчезая в глубоком провале. Я даже головой встряхнул, прогоняя желание залезть в этот поток и проверить в натуре, выживу ли, попав вместе с течением в этот провал. Только и подумал:

— Ну его нафиг такие эксперименты! Вдруг это всего лишь сон, и я погибну за просто так? Я хоть и не молод, но пожить ещё почему-то хочется.

В итоге, решил устроить проверку другим способом. Ведь если верить сновидениям, то уже завтра в меня должны начать стрелять старатели. Главное, что место их расположения (если они, конечно, здесь есть) я прекрасно помню. Вот и аккуратно посмотрю, стараясь не рисковать, присутствуют ли они в этой долине. После того, как увижу, определюсь в своих дальнейших действиях. Если мне все приснилось, то и переживать нечего. Просто буду жить дальше, как и раньше. А вот если это не совсем сон…

Тропа к лагерю золотоискателей нашлась именно там, где её начало я запомнил из своего сновидения. Уже одно это не намекало, а буквально кричало о странности происходящего. Несмотря на это, я успокоил себя тем, что сны ведь и вещими бывают. Поэтому, по-любому надо убедиться, все ли здесь так, как мне представляется.

По тропе я крался, буквально стелился, используя малейшие неровности местности для скрытого передвижения. Тоже взял себе на заметку. Никогда раньше я не отличался подобными талантами. А тут, гляди-ка, само собой получается. Может, я ещё и саблями махать умею? Жаль, что нет подходящей. А то проверил бы, не откладывая на потом. Всегда хотел научиться и даже жалел, что в месте, где я вырос не было секции, в которой могли бы научить правильно обращаться с клинками.

Добравшись до места, с которого во сне я наблюдал за лагерем старателей, аккуратно выглянув из-за массивного камня, тут же отпрянул назад и даже внезапно вспотел от увиденной картины.

Лагерь был на месте, и старатели тоже оказались в наличии. Я уселся на холодный камень, не обращая на это ни малейшего внимания, и плотно задумался:

— Хочу. Всё хочу, и новую молодость, и в другие миры попасть. Да и что греха таить? Приключений тоже хочу. Притом, хочу до крика, до зуда по всему телу, и сил терпеть и ждать нет никаких. Никогда ранее я не испытывал таких ярких эмоций, чувств и желаний заполучить что-либо здесь и сейчас, сразу, не откладывая.

На краю сознания на мгновение мелькнула мысль:

— Прежде, чем что-то предпринимать, надо бы проверить наличие портала. Вдруг я зря кипишую?

Я отбросил подобные думки, как ненужную вещь. На каком-то, неподвластном осознанию уровне, все решил.

Я ухожу потому, что хочу настоящей жизни, не похожей на эту, прожитой впустую. Хочу яркой, полной приключений и насыщенной знаковыми событиями, жизни. ХОЧУ! И ничего с этим поделать не могу. Это накатывающее желание оказалось сильнее меня, моих мыслей и разума. Наверное, поэтому, ещё раз аккуратно выглянув, оценив обстановку, я начал действовать так, как никогда раньше бы не решился.

Очень плавно, но быстро я обогнул скрывающий меня камень, и ступая мягко, как кот, охотящийся на мышь, начал по дуге приближаться к лагерю старателей.

Дело в том,