"Дорогой барон". Компиляция. Книги 1-41 - Сириус Дрейк

— Ах да, советую вам пристегнуться.

— Непременно, — и он быстро накинул ремень безопасности.

Машины плавно покатили к выезду с моей территории. Когда они пропали из зоны видимости, я достал телефон и набрал графа Бердышева. Он снял трубку буквально после первого гудка.

— Ростислав Тихомирович, доброй ночи. Прошу прощения за столь поздний звонок, — мне и вправду стыдно, но обстоятельства не терпели задержек.

— Здравствуй Михаил, слушаю тебя, — ровным голосом сказал он.

— Завтра в девять я поеду в институт со Звездочетом, — отрапортовал я.

— Понял. Я позвонил нужным людям, так что можешь не волноваться, — заверил он. — Тебе сделают только буст и все.

— Хорошо, спасибо! — сказал я и повесил трубку.

Надо его как-то отблагодарить, но как-то на ум не приходило вариантов да и возможностей тоже. Хотя вру. Один оставался, но он пока слишком неподъемный для меня. Но только пока.

Вздохнув полной грудью чистый воздух, я прошелся до Посейдона.

— Ну как ты, друг мой, все ли тебе тут нравится? — присев на берегу, я опустил ноги в теплую воду.

— Да, Михаил, это место и правда чудесное! — в его голосе появились незнакомые ранее нотки. — Ко мне еще никогда не были так добры!

— Я рад, Посейдон, наслаждайся отдыхом.

Теперь мне куда спокойнее. Все-таки я переживал, как он устроится на новом месте, и уже собирался забрать его с собой в Широково. — Скажи, а ты можешь разделять разум, как Лора?

— К сожалению, Михаил… Какая-то часть остается в воде, если я не забрал кусочек своей души. Но она не разумна.

— Ладно, тогда отдыхай, спокойной ночи.

— И тебе… Друг.

* * *

Где-то на дорогах Москвы.

Иван Калинин, потомственный водитель рода Островских, гордился своей профессией. Он ответственно подходил ко всему, что связано с автомобилями. Проходил специальные курсы экстремального вождения. Служил в имперской армии водителем и участвовал в войнах, доставляя бойцов на точки дислокации. Его господин, Островский Николай Романович, даже оплачивал ему курсы скоростного вождения и продвигал его на гоночные мероприятия, в которых Иван не раз побеждал. Да, случались и проигрыши, особенно в начале карьеры.

Когда он первый раз попал на гонки аристократов, весь сезон доминировал один гонщик. Без представителя. Формально от купца. Сносил вообще всех. Без разбору. Звук его движка Иван не забудет никогда. Такого он не слышал. Когда машина брала ускорение, мотор ревел по особенному. Все понимали, что это какая-то индивидуальная ручная модификация. Но через год он исчез, и тогда соревноваться стало куда интереснее.

Так Иван и принялся побеждать, кубок за кубком, гонка за гонкой, в надежде когда-нибудь встретиться с тем гонщиком, чтобы проверить, кто самый быстрый парень на треке.

Прошло много лет, и Иван забыл свое желание. Он все реже участвовал в гонках. Да и азарт борьбы давно пропал. Но сегодня наглый водитель барона Кузнецова не на шутку его разозлил. Гордость оказалась задета, и Иван решил проучить этого выскочку.

Тем более автомобиль, на котором передвигался его господин позволял развивать дикую скорость. Под капотом прятался реальный монстр. Мощность этой тачки лидировала по всему миру.

Они проехали через шлагбаум, и Иван решил дать немного форы для зарвавшегося парня. Он уже потянулся к кнопке габаритов, чтобы мигнуть сопернику, но тут что-то со свистом промчалось мимо.

Иван опешил от такой наглости и вдавил педаль в пол. Он догнал машину, и они практически одновременно выехали на трассу.

Поравнявшись, Иван посмотрел на соперника. Тот о чем то спокойно разговаривал с его господином, ведя автомобиль одной рукой, а второй ковыряясь в ухе.

Такое поведение еще больше разозлило гордого Ивана. Он переключил передачу и прибавил скорость. Вот только машина рядом не хотела отставать.

Вцепившись в руль двумя руками, соперник Ивана ловко лавировал между рядами автомобилей. Наконец и у него появился азарт.

Мельком посмотрев на машину соперника, Иван облился холодным потом. Он все так же спокойно держал руль одной рукой, смеялся вместе с Николаем Романовичем и даже что-то жевал. Кажется, пирожок.

Тут он повернул голову и увидел, что на него смотрит Иван. Мигом зажал булку во рту и постучал по часам.

— Да-да, я время! — прорычал сквозь зубы Иван и опять переключил скорость. Ехать еще быстрее в таком потоке смертельно опасно.

Соперник пожал плечами, доел пирожок, нажал пару кнопок, переключил передачу и под рев мотора моментально ускорился практически вдвое, оставив Ивана в пыли.

Позже, он клялся мужикам в гараже, что гонял с тем самым непобедимым гонщиком, который установил рекорд побед на треке за год.

От автора: Мой отпуск подходит к концу! А еще я хотел попросить вас добить тысячу лайков.

Два этих момента никак не связаны между собой, просто, чтобы вы знали)

П. С. Скоро анонс нового цикла

Глава 17

Ди Билл

г. Красноярск

Квартира графа Илларионова (Дирижёра)

В красивый кабинет, обставленный мраморными фигурами и увешанный турецкими коврами, вбежал слуга. На середине ковровой дорожки, которая вела к столу господина, он притормозил, быстро сделал пару глубоких вдохов, чтобы восстановить дыхание. Уже к самому столу он подошел спокойно и положил на него бумагу.

— Что это? — кивнул мужчина, который был самым главным человеком в этом здании.

— Отчет с Москвы, ваше сиятельство.

— Свободен.

— Слушаюсь, — слуга развернулся, но в последний момент остановился. — Ваше сиятельство, разрешите вопрос?

Граф Илларионов Владимир Серафимович поднял глаза и посмотрел на него поверх круглых очков.

— Говори.

— Нам уже начать собирать ваши вещи в Москву, или пока рано?

— Сообщу позже.

Слуга поклонился и вышел из кабинета. Уже за дверью он выдохнул.

Владимир Серафимович вновь опустил глаза и пробежался по документу, где говорилось, что военные прибыли в Москву. За голову барона Кузнецова и его людей была объявлена кругленькая сумма, и теперь за ним будут охотиться одни из лучших наемников Империи.

Странно, но сколько Владимир Серафимович не искал, он не мог найти сведений почти ни об одном из персонала поместья Кузнецова. Если он на что-то и натыкался, то сугубо на секретные сведения. За деньги.

Это был первый звоночек, который он благополучно проигнорировал. Все-таки люди, которых он послал в Москву, никак с ним не связаны. Они даже не знают, кто основной заказчик, ведь все операции проводились через Музыкантов и подставных лиц.

К тому же он и так изрядно потратился на строительство здания для отвлечения внимания. А еще поставил новый машиностроительный завод в Томске. Вроде денег и много, но все они утекали как по волшебству.

Благо подпольный бизнес приносил больше половины выручки. Если бы можно было официально объявить о своем заработке, то он наверняка обскакал бы даже парочку князей по прибыли…

Проблема в другом. По слухам под него копает КИИМ и довольно плотно. Владимир Серафимович приказал своим Музыкантам временно оборвать все контакты с учениками. Никаких дел с ними не иметь в ближайшее время и заниматься личными проектами.

Связываться с Горьким и его компанией ой как не хотелось. Чего стоил только недавний визит Есенина в Широково. Тогда вообще вся работа встала, и каждый боялся высунуть нос с рынка. Про Есенина ходило много слухов, и из-за его высокого статуса ему спускали с рук кучу сомнительных дел.

Граф еще раз пробежался по тексту и удовлетворенно кивнул. Затем достал телефон.

— Юрий Анатольевич, дорогой! — наигранно радостно поприветствовал он старого знакомого. — У вас в столице все хорошо?

— Владимир Серафимович, голубчик, как я рад вас слышать! — ответил мужчина. — Ну как, решились?

— Да, сегодня вылетаю в столицу. Все-таки открытие салона военной техники в Москве, не часто такое происходит!

— Вот и славно! После будет банкет и бал.

— Будут только свои?

— К сожалению… Событие довольно крупное, так как это прямой партнер Императорской армии. Обещались большие шишки. Ходят слухи, что кто-то из Романовых даже заглянет…

— Ого! Неужто сам царь? — насторожился Владимир. Все-таки столкнуться с самим государем Российской Империи крайне нежелательно, когда у тебя рыльце в пушку.

Ходит много слухов про его личную тайную полицию и тот самый первый отдел.

— Да ну нет, что вы! — ответили в трубке. — Кто-то из семьи, я думаю.

— Вот и славно, тогда пойду готовиться.

После он вызвал слугу