Фантастика 2026-128 - Андрей Схемов

— Эту школу ты досрочно закончить не сможешь.

— Догадалась, — буркнула в ответ. — Тогда лет так через сорок с небольшим братишка тоже прилетит к вам учиться.

— Пусть прилетает. Территория у нас большая. А прием детей у нас раз в десять лет.

Единоборства и работа с оружием давалась мне тяжело и куратор вместо части предметов брал меня для дополнительной постановки ударов. Он быстро выяснил, что одноклассники мне толком помочь не смогут поставить удар. А вот мальчики из старших классов запросто.

— Твоя задача не бить ее, — наставлял куратор моего напарника — Крис, тебя это тоже касается, так что расслабься. Мы ставим Кристине удар, до автоматизма. И ты делаешь вот так.

Куратор показала как бьет мальчика, но при этом его кулак не ударил, а только дотронулся до плеча.

— Начнете сначала медленно, но четко.

Вот если не бить, а просто обозначать удар мне было легче. Но постепенно нам пришлось ускоряться. А удар из просто дотронулся стал чуть ощутимым толчком. Дальше пока куратор не позволял нам.

— Почему мы не в полную силу? — спросил мой напарник у куратора.

— У нее блоки в голове их нужно осторожно убрать не сломав ребенка. Она уже хотя бы не зажмуривается, когда наносит удар.

Через месяц такой дополнительной тренировки я ощутила, что мне физически тяжело ударить. Случилось это как раз на дополнительном уроке.

— Стоп. Крис, что случилось? Тебе больно? Где болит?

А я смотрю на Тима и реву.

— Я ей больно не делал, — сказал он хмуро.

— Ну, кнопка, что случилось?

— Я чувствую себя неисправным механизмом, который скрипит.

— Ты боишься сделать Тиму больно? — кивнула.

— Тогда я ему больно сделаю, — парень напрягся — и если ты не будешь с ним в полную силу сейчас драться и отрабатывать удары. Это буду делать я. И как думаешь от кого он сильнее пострадает?

— От вас…

— Целитель его конечно соберет и полечит к вечеру или к утру. Давай сражайся, это может спасти кому-то жизнь.

— Мне конечно хорошо объяснили, что девочек обижать не хорошо, — сказал Тим с усмешкой — но я тебе сейчас медленно переломаю руки, а потом ноги и обрею налысо, пока ты будешь лежать и корчиться от боли. А куратор отвернется на пять минут.

— Ты так не сделаешь! — сказала в шоке.

— Я пошел, чтобы приемы отработали.

Куратор мигом исчез.

— Защищайся.

Сказал парень со злой усмешкой. У самого все сжималось внутри от этой наигранности. Но он понимал, чтобы сломать зажимы нужно действовать решительно. И либо она сейчас сломается и вернется домой, либо даст отпор. Напал Тим резко, я быстро ушла от удара и попыталась защититься, меня играючи швырнули на землю. Быстро откатилась в сторону и поднялась. Он нападал стремительно я едва успевала уклоняться. Когда он выхватил нож и стал им поигрывать испугалась не на шутку.

— Ты думаешь я шутил? Я обрежу твою шикарную косу, а потом обрею тебя налысо.

Что-то внутри надломилось. Когда я сказала себе: «ну в конечном итоге я же совсем не сдохну. Потому могу хотя бы попытаться защитить свою внешность. Лучше пусть прирежет, чем обреет или отрежет мою косу».

Когда он напал снова, легко отбила нож и даже не обратила внимание что он вошел в руку. Я вырвала нож у него из руки или он сам его отпустил уже внимание не обратила. Я уже смогла сама провести нападение и даже достать его.

— Быстрей нападай! — рявкнул куратор — Иначе ты сдохнешь раньше, чем сможешь его одолеть. Не останавливайся Тим.

Мой напарник убрал растерянность и стал агрессивней нападать. Я откатилась после его броска и быстро поднялась на ноги.

— Хватит, — сказал спокойно куратор и быстро подошел ко мне, осмотрел руку и пережал рану. — Оба молодцы. Вечером продолжим.

— Вы уверены? — спросил Тим кивнув на меня.

— Если Кристина хочет остаться в школе, она должна это доказать. Или хочешь вылететь за неуспеваемость?

— Нет, сэр.

— Вот и хорошо. Сейчас руку тебе полечат и вечером продолжим обучение.

Этот случай надломил внутренние барьеры и каждая последующая тренировка их доламывала. Со мной занимались отдельно и со слов одноклассников куда более жестко, чем с ними. В одном из вечеров призналась куратору о своей особенности, выживать.

— Я знаю, Трой рассказал. Но в твоих интересах, чтобы ты выживала и выходила победителем. А этот дар использовала только когда по другому в принципе невозможно и это единственный выход.

Он меня обнял и погладил по спине.

— Ты молодец кнопка. Слышишь? Ты молодец! Но гонять я тебя буду сильней, чем ребят.

— Заметила.

— Ничего, это даст свои плоды и потом тебе будет много даваться легко. Как говорится тяжело в ученье, легко в бою.

Тренировки у меня были адовые, по другому я описать их не могу. Сил на слезы уже не было. Одноклассники подбадривали и поддерживали. Находили где-то конфеты и угощали меня. Делали все возможное, чтобы поднять мне настроение. Когда летом улетали домой куратор каждый раз переживал, он допускал мысль, что я могу не вернуться. Он сам понимал на сколько здесь мне тяжело и больно.

— Раз болит, значит ты живая, — говорил он мне часто.

И я каждый раз его удивляла и возвращалась в школу. В шестьдесят моя фигура начала меняться. Мальчишки стали дружно зависать смотря на меня. А я перед ними никогда голой и не ходила. Но даже спортивная форма, что облегала почти как вторая кожа давала им возможность для любования.

— И что, залюбуетесь на какую-то красотку и помрете? — спросила у них с усмешкой на тренировке. — А это у меня грудь только начала расти и немного обозначилась.

Весь класс дружно сглотнул. А куратор тихо смеялся со своих подопечных.

— Куратор, — позвала я — они же погибнут?

Ребята мигом ожили и не поняли, чего это я такое говорю.

— Засмотрятся на какую-нибудь девчонку и не заметят как их убили.

— А Кристина права, — хищно улыбнулся куратор — девочки бывают весьма опасны.

На то чтобы они не засматривались на меня или вообще на женские прелести, а думали головой, куратору и преподавателям пришлось убить много времени. А я с годами только расцветала. Появилась тонкая талия и высокая грудь. Как один из ребят сказал:

— Как две дыньки, — вздохнул он — наверное такие же сладкие.

— Там что пониже тоже ничего так, — сказал другой — не могу глаз оторвать.

Я улыбнулась ребятам и сказала:

— Вы б хоть щитом накрылись, чтобы я вас не слышала.

— А смысл? Мы правду говорим, ты красавица Кристина.