Фантастика 2026-34 - Сергей Чернов

— Пусть по итогу обойдётся не в десять, а в двадцать миллиардов долларов, — щедро увеличиваю финансирование. — Это проблема для нашей страны?

Затыкается. Другие тоже не находят аргументов. Все знают, что Россия ежегодно за счёт экспорта получает четыреста или почти четыреста миллиардов долларов. На фоне таких денег десять-двадцать миллиардов выглядят жалкими копейками. Олимпиаду же в Сочи проводили. Во сколько она обошлась, точно неизвестно, но оценки плавают в диапазоне от двадцати до пятидесяти миллиардов. Тех же вечнозелёных долларов.

— Ладно, хватит! — хлопаю руками по подлокотникам. — Девочки, объявляются танцы. Сначала самба. Повторяйте за мной.

Засиделся я что-то. И судя по воодушевлению девчонок, они тоже.

Глава 3

Спурт в начале дистанции

16 марта, воскресенье, время 18:35.

Кафе в главном здании МГУ.

Она меня всё-таки достала, эта Кира Хижняк. Настырная девица. По всему видать, за годы учёбы в МГУ пообтесалась, но если не ухватки, то их следы, типичной мажорки остались. Одно её извиняет — незаурядная внешность.

— Почему ты не записываешь наши разговоры? У нас же вроде интервью?

— Почему «не записываю»? — Кира кивает на смартфон.

Ага, это у меня стереотип срабатывает, когда журналюги микрофонами прямо в лицо тычут.

Несколько раз удавалось от неё отбрыкнуться, но вечно бегать невозможно. Ладно, заодно и поужинаю.

— По какой причине ты так долго не соглашался на встречу?

— Сам не думал, — говорю честно, — что я так занят, пока ты не заставила меня это осознать.

— Я тут кое-что о тебе узнала…

— Что⁈ — выпучиваю глаза. — Это всё враньё! Нет у меня никаких внебрачных детей! Клевета!

Киру аж отбрасывает на спинку стула, в ошеломлении вытаращивает на меня глаза. Я же мгновенно успокаиваюсь и принимаюсь за салатик. Пауза. Держу покер-фейс.

— Вообще-то я хотела спросить о международной олимпиаде, — неуверенно продолжает девушка.

— А что о ней спрашивать? В интернете всё есть, — никакого воодушевления по поводу старых побед не испытываю.

— В интернете нет главного. Как удалось? Именно тебе?

— Не удалось бы мне, удалось бы моему другу Андрюхе Пескову. Он за мной по пятам шёл. Тоже золотую медаль получил.

Пока она придумывает новый вопрос, расправляясь с пирожным, я сочиняю продолжение ответа:

— Ты не права. В интернете есть и об этом главном. Такие вопросы многим задают. Все отвечают одно и то же. И я ничего нового не скажу. Любой олимпийский чемпион, новый шахматный гроссмейстер — кто угодно, хоть, как и я, победитель международной олимпиады, в один голос все скажем одно и то же. Годы непрерывных и упорных тренировок без выходных и по много часов. Не важно, каникулы или выходные, занятия — каждый день. В каникулы даже лучше, потому что занимаешься не как в школе всем подряд, а исключительно по профилю.

Пока она переваривает, принимаюсь за камбалу. У меня сегодня рыбный вечер.

— А что ты там о внебрачных детях говорил? — осторожненько так спрашивает личинка журналистки. И вроде слегка отодвигается.

— Как «что»? — на этот раз я абсолютно спокоен. — Я же сказал: никаких детей у меня нет. Ни брачных, ни внебрачных. Какие могут быть дети, я сам пока несовершеннолетний.

Тут слегка задумываюсь, а нельзя ли моего брата Кира считать моим ребёнком? По воспитанию-то да — он больше мой, чем родителей…

— Над чем задумался? Всё-таки вспомнил, что могут где-то дети проявиться? — Кира начинает хихикать, но так, с подозрением.

— Брата вспомнил. Младшего. Он на четыре года моложе, всё время за мной таскался, так что воспитанием его приходилось мне заниматься. Но он хоть и кровный родственник, всё-таки не мой потомок. Если только по затраченным на него усилиям.

— И где сейчас твой брат?

— Как «где»? Дома, в Синегорске. В школе учится.

— И как он учится? Хорошо? По стопам брата не хочет пойти?

— В смысле? Удариться по олимпиадам? Не, он слишком ленивый, а в таких делах надо быть повёрнутым, как бы это сказать… фанатично упёртым. Хотя дома у него целая коллекция моделей космических аппаратов. Реальных и придуманных. Но сейчас не знаю, насколько у него это увлечение сохранилось. Вроде остывает.

— Выходит, ты — фанатично упёртый?

— Таких в МГУ каждый второй, если не каждый первый. Иначе не поступишь. Многие чем-то всерьёз увлечены.

— Откуда увлечение музыкой?

— Погоди-ка… — отношу посуду, беру ещё кофе и пару мороженых. Одно Кире. — Элементарно. Некоторые из моих друзей в музыкальную школу ходили, я и заразился. Так, мимоходом и ноты выучил. Кое-какие гаммы на пианино могу набренчать. Случайное хобби, короче говоря.

— Случайное хобби, значит… — Кира не отказывается от мороженого, — такое, что весь зал стонет от восторга.

— Ничего необычного. Средней популярности музыкантом, наверное, мог бы стать. Только зачем?

— Слава, популярность, известность.

— Золотая олимпиадная медаль не слава, что ли?

Немного поболтали о родителях. Я тоже спросил о её предках. Ответ меня не радует. Только этого мне не хватало.

— Мама сейчас не работает, а отец — префект Северо-Западного округа.

Чуточку задумываюсь, а затем озадачиваю собеседницу:

— Не повезло тебе. Это каких тебе высот надо достичь, чтобы хотя бы догнать отца? Владелицей крупного медиа-холдинга с международными филиалами стать, не меньше. Потянешь?

Кира слегка цепенеет от масштабов поставленной задачи. А я добиваю:

— Я вот своего отца, водителя большегрузного транспорта, уже обогнал. А тебе тяжко придётся…

17 марта, понедельник, время 16:50.

МГУ, Корпус нелинейной оптики.

Понедельник — день тяжёлый. Но не очень. Лабораторные работы не требуют особого напряжения сил. Есть методичка, суть опытов прозрачна. Делай замеры, своди и обрабатывай результаты. Работа среднего лаборанта, а не учёного.

Особенно довольны мои девочки, Люда и Вера. Прямо сияют от счастья, девчонки вообще побаиваются техники и всяких незнакомых приборов. А они каждый раз незнакомые. Поэтому девочки мгновенно прибирают меня к рукам, включая в свою группу. Обычно делятся по двое, но можно и втроём.

Всё сделали, всё посчитали, и подходит наша очередь сдавать очередную лабу.

— И где же вы отсутствовали, молодой человек? — Довганин Игорь Наумович, мужчина в возрасте, смотрит строго.

Не понимаю, чего так шуметь из-за одного пропуска? По уважительной причине.

— У меня переходный