Фантастика 2025-198 - Игорь Семенов

магазинах. Так недавно поймали целую «банду» продавцов, обвешивавших покупателей за счет сбитых весов и продававших украденное «из-под полы» по ценам, в несколько раз превосходящим государственные. Общая сумма украденного составила более десяти тысяч рублей – виновным установлены и приговорены к высшей мере наказания.

- Правильно их, – послышался голос стоявшего около кульмана соседа. – Воров всех к стенке надо!

- Ага, - согласился с ним еще один из коллег Михаила. – особенно если за жратву!

Да, Долгая зима создала в обществе особое отношение ко многим вещам – какое, наверное, не могло сформироваться ни при каких условиях. Если в обычное время на подобные преступления зачастую поглядывали весьма снисходительно и давали небольшое наказание, а то и просто выгоняли с работы, то нынче все стало по-иному. Теперь такое воровство вызывало у людей лютую ненависть!

В обед Михаил уже привычно завтракал в столовой, где расплачивались «совмещенно» - карточкой за мясо и деньгами за все прочее. Такое пока, увы, было сплошь и рядом… За деньги можно было купить лишь мясо птицы, все остальное шло по карточкам. И кто знает, сколь долго будет восстанавливаться поголовье скота?

Внезапно вспомнился Михаилу и его «старый знакомый» - министр сельского хозяйства товарищ Бенедиктов… Осенью прошлого года он ушел со своей должности «по возрасту и состоянию здоровья», оставив себе приемником какого-то мужика лет сорока с совершенно незнакомой Михаилу фамилией. С каким-то «выдвиженцем Долгой зимы», как нынче называли тех, кто сделал свою карьеру в прошедшее десятилетие. В виду особого внимания к сельскому хозяйству это даже показали по телевизору… Вместе с тем, как напоследок товарищ Пономаренко наградил Бенедиктова званием Героя Социалистического Труда и орденом Ленина. Впрочем, за эти пару лет сменились многие министры… Эх, что только в голову не лезет – лишь бы отвлечься! Эх, кто же все-таки будет? Сын или дочка?

«Дебил!» - мысленно отвесив самому себе подзатыльник, подумал Михаил. Столько всего в СовМин написал… Станки, сушилки, МРТ и КТ-установки… А про обычные УЗИ забыл! А ведь когда в той реальности его жена ждала третьего ребенка, такие аппараты уже появились – и он заранее знал, что родится пацан. Ну почему некоторые мысли не приходят вовремя в голову? Сегодня же надо исправить! Сколько пользы могли бы дать такие установки…

После обеда Михаил занимался непонятно чем – но все уже были в курсе происходящего, а потому упрекнуть его никому не приходило в голову. Некоторые даже молча завидовали… Но вот и долгожданный новый звонок. Бегом добежав до кабинета табельщиц, Михаил хватает трубку и буквально кричит в нее «Ну что???», а потом, радостно улыбаясь, плюхается на первый попавшийся стул. Родила… Пацан… Что еще нужно для счастья?

Написав заявление за свой счет на завтрашний день, Михаил подписывает его у начальника КБ и относит к табельщицам… Возражать, разумеется, никто не стал. В пять вечера Михаил одним из первых убегает с работы. Хоть вероятность увидеться сегодня минимальна, но не поехать к роддому Михаил не мог. Глупо, наверное… Но увы. Третий трамвай, пятнадцатый, второй, еще немного пройти – и вот уж и роддом… К Вике его, разумеется, не пустили. Лишь сказали, что все с ней нормально и ничего не требуется. Ничего, передачку он все равно соберет и передаст!

Увидеть Вику ему удалось лишь на следующий день – и то через окно… И как хорошо, что на дворе лето – хотя бы удалось поперекрикиваться через окошко. После чего Михаил поехал домой, но по дороге неожиданно встретил только что подъехавшего на такси из «Волги» ГАЗ-21 Петьку…

- Здорова, Мих! – обрадовался встрече Петька. – Какими судьбами тут?

- Здоров, Петь! – тоже обрадовался другу Михаил. – Да Вика моя вчера родила…

- Ого, поздравляю! – после рукопожатия, произнес Петр. – Кто? Пацан?

- Ага…

- Молодец! А я вон Катюху свою забираю… девчонку родила!

- Ну девчонка – это тоже хорошо, - усмехнулся Михаил. – Хоть будет, кого моему Сашке в жены брать…

- Лет через двадцать! – жизнерадостно заржал Петька. – А ты, смотрю, уже с именем определился?

- Ага. Мы с Викой давно решили: кто бы не родился – будет Сашка…

- А я вон все пацана ждал, имя ему придумал… А как оказалось, что девчонка – так и не знаю даже, - пожал плечами товарищ.

Оставшиеся дни до выписки пролетели как-то незаметно в повседневных хлопотах… Каждый день Михаил после работы ехал к роддому, и они с Викой переговаривались через окошко. Но вот пришел и день выписки… И, снова уйдя с работы, Михаил завел свой «Москвич» и поехал к роддому.

Долго ждать Вику не пришлось… Вототкрылись двери, и из них вышла жена Михаила, которую с рождением сына он словно полюбил снова – и еще сильнее чем прежде. Распахнув дверь, Михаил помог вике с Сашком усесться на заднее сиденье и лишь после этого, плюхнувшись на водительское сиденье, принялся заводить машину.

- Как я счастлива, что мы теперь все вместе! – счастливо улыбалась Вика.

- Я тоже рад, - согласился Михаил. – И тебе, и Сашке… Как там хоть, нормально было все?

- Нормально! – согласилась Вика. – Только народу… Жуть просто! Словно весь город решил в один день детей родить! Но всего хватает – явно готовились заранее…

- Ну так ведь закончилась зима – так что оно отчасти и впрямь так… Вспомни, как после войны резко рождаемость подскакивала!

- Ну да, - согласилась Вика. – Интересно, как будут потом звать наших детей? Детьми Весны? Или Детьми Надежды?

- В каком смысле? – не понял Михаил.

- Ну сам посуди, - усмехнулась явно находившаяся в хорошем настроении Вика, - родившиеся в Долгую зиму – «Дети Зимы»? А как тогда называть наших? Они же родились с ее окончанием…

- Ну не знаю, - улыбнулся такому рассуждению Михаил. – Наверное…

- А, знаешь, Миш, - вдруг перешла на серьезный тон Вика. – Я даже удивлена была… Представляешь – нам там даже бананы давали… Я же их с самого 66-ого и не видела! Как китайцы с кубинцами их перестали к нам посылать… А тут на тебе вон! Тут впору не тебе мне передачки отправлять, а наоборот! – рассмеялась под конец женщина.

А Михаилу вдруг вспомнились 90-е, когда его жена из прошлой жизни рожала последнего ребенка… Когда там не было буквально ничего! Впрочем такого, про