Фантастика 2026-34 - Сергей Чернов

— Ролик сделан два с лишним года назад, — дотошный Куваев вытрясает реквизиты ролика парой движений мышки. — Так что ты проиграл, Констанций. И завтра нас всех угощаешь мороженым…

— Пирожными, ватрушками и квасом, — продолжаю под девичье хихиканье.

— Договаривались только на мороженое! — вскрикивает прижимистый Костя.

Все ржут. Одного не пойму, несмотря на свою скупость, разорился для меня на набор инструментов в чемоданчике. Пассатижи, отвёртки, разводной ключ, все дела. Понятное дело, в складчину с Саней, но для него и три тысячи, пусть с хвостиком, на двоих — огромные траты. Прямо теряюсь.

Девочки-то ладно. Купили мне одеколон и дезодорант, бритвы мне пока не надо. Ещё торт испекли и помогли с готовкой. По деньгам не сильно потратились. Но Костя…

— Тебе, выходит, всего пятнадцать исполнилось, — задумчиво говорит Люда. — Надо же…

— Чего тогда, интересно, ты тут нами всеми командуешь? — Костик не замедляет подточить мой авторитет лидера.

Попытка же не пытка. Ну, когда как…

— По простой причине, — гнусно ухмыляюсь. — Если я тебе дам в морду, мне ничего за это не будет. Я, как несовершеннолетний, уголовному преследованию не подлежу. Если ты это сделаешь, тебя посодют. Так что по закону имею право тебя бить. А раз у меня больше прав, то я прав. Вот так!

Костя, а за ним и остальные, со смешками, но задумываются о хитрых вывертах современного российского законодательства. Да, оно у нас такое.

19:45, холл восьмого этажа.

— Не надо делать идеально! Надо раскованно и энергично! — мой призыв легко пробивается под не сильно громкую музыку от ноутбука.

Отрываемся в холле. Показываю несколько базовых движений джайва. В сильно упрощённом варианте. И даже кастрированный, он вызывает затруднения у одних и смешки от остальных, которые ничем не лучше. Всеобщему энтузиазму, тем не менее, это не мешает.

Чувствую, что несколько деградировал в танцевальных умениях, но насколько же я далеко впереди остальных! Впрочем, для них не важно, все мои здешние друзья — будущие научные кадры, а не обитатели сцены.

Редких проходящих мимо студентов, вернее, студенток пытаемся затащить к себе. Нам нужна третья для гендерного равновесия. Одна с испуганным писком убегает, а вторая… о, эту я беру на себя!

Пытавшуюся унырнуть в коридор девчушку настигаю одним прыжком леопарда. Хватаю за плечи и разворачиваю лицом.

— Приветик, Ташуня! И куда это ты намылилась?

Пока она растерянно хлопает глазами, время не теряю, гружу по полной:

— Все твои дела отменяются. Ты приглашена на мой день рождения. В экстренном порядке.

Сзади подходят Люда и Вера, с любопытством прислушиваются.

— Это Таисья, дай бог памяти… о! Горбункова! (фамилию изменил, чтобы не задеть реального человека. Имя сохранил. Автор)

И как только вспомнил фамилию бывшей одиннадцатиклассницы, сумевшей стать призёром на Всеросе по математике, она ответно вспоминает меня:

— Витя?

Стесняющуюся девушку затаскиваем в комнату.

— Неудобно, Вить, — отнекивается, но слабо, — без подарка и вообще…

— Встретить знакомое лицо за тысячи километров от места общей тусовки, разве не подарок судьбы?

Усаживаем, угощаем. Немножко вина мы взяли, всего одну ноль-семь на всех и на всё время. Выпили только для настроения, всего половину, так что штрафные пятьдесят граммов новой гостье — не проблема.

Пока девушки занимаются Ташей, представляю ей всех и кратко рассказываю, что и как. Параллельно выясняется, что Таисия на втором курсе мехмата, живёт в общежитии на четвёртом этаже. Оказалась тут случайно, заходила к подруге, перепутала этаж.

Интересно, почему раньше её не приметил? Немного подумав, догадываюсь. Факультет другой и не такой близкий, как физфак. Но более всего в этом повинна её внешность. Очень неприметная. Она не красивая и не некрасивая, не высокая и не сильно низенькая, не толстая, скорее, худенькая, но костями не гремит. Короче, взгляду зацепится не за что. Вид ботанический? Тут не меньше половины таких. А сложение такое, что в брюках её можно и с мальчиком перепутать. Чему способствует очень короткая стрижка.

Потихоньку Таша вживается в компанию. Ну а что? Мы тут все одной крови. Новая гостья постепенно, но быстро перестаёт быть центром внимания, что её окончательно успокаивает. Типичный интроверт, для математиков — обычное дело.

— Ну что, девочки и мальчики? — потираю руки после разлития остатков вина. — Можно начинать строить планы по захвату этой планеты?

Народ смеётся, с удовольствием присоединяется к тосту «за господство над миром», но всерьёз не воспринимает. А зря.

— Нафига нам весь этот мир сдался? — с философской небрежностью Шакуров дезавуирует только что поддержанный винной дозой тост.

На что я ему тут же указываю:

— Ты только что выпил за наше мировое господство.

— Ну выпил, — хотя бы очевидное не отрицает, — поддержал тебя. Я разве против? Иди да господствуй.

Девочки косятся на меня, получившего неожиданный отлуп, и посмеиваются. В предвкушении.

— Пойду и загосподствую, — смутить меня — надо сильно постараться, мимоходом точно не получится. — При вашей помощи, при твоей, в частности.

— Э, э, я на это не подписывался, — беспокойство Костика вызывает девичьи смешки уже в его сторону.

— Как «не подписывался»? Только что выпил за это, сказал, что поддерживаешь меня, и вдруг в кусты! Да ты, никак, дезертир и уклонист? Релокант проклятый? — вперяю в него взор, горящий праведным негодованием.

Ничего внятного противопоставить Костик не может. Девичьи смешки уже в мою пользу прерывает негромкий голос Таши:

— Я бы тоже предпочла просто спокойно жить и работать, чем биться с кем-то за мировое господство.

Костик немедленно расцветает от неожиданной поддержки. Ташу приходится срубать мягче. Девочка же.

— Я бы тоже предпочёл жить в мире со всеми, — пожимаю плечами. — Только кто тебе сказал, Таша, что у нас выбор есть? Вернее, что он такой?

— Что ты имеешь в виду? — подключаются мои будущие или почти настоящие однокурсницы, Люда и Вера.

— Как-то обдумывал историю Россию и пришёл к неожиданному выводу. Наша страна только тогда жила в мире и спокойствии, когда доминировала. Как только мы слабели или сами отказывались от роли мирового лидера, нас тут же начинали рвать на части.

Серьёзный разговор пошёл вдруг. Да ещё и политический, ужас какой! Один момент отмечаю: Саня Куваев всё время помалкивает, тихушник. Что и о чём думает,