Ноктис 2: Отражения Вечности - Кирилл Грошков

или же презрения в её адрес и всегда общался с девушкой наравне, даже когда не смыслил в обсуждениях ровным счётом ничего. Возможно, те события в подземельях Шпильграда действительно свели их, закалив и даже сплавив вместе. Притом, они оба не любили общаться на людях, показушничать и похваляться. Им двоим нужно было общество друг друга, а не некие преференции от людей вокруг. Как ни странно, но их общие стойкость и даже строгость не оказались для них преградой во взаимоотношениях.

— Гхм… — вымолвил что-то невразумительное Андро.

«Что?»

— Ты сильно обидишься, если я скажу «спасибо за помощь с ранами»?

«Нет, не обижусь.»

Сарэн поднялась во весь свой не самый высокий рост и отряхнула платье.

«Потоки идут словно горные ручейки. Я едва способна лечить.»

— Проведай, Калерию, а то, если она умрёт от вредности, нам будет не с кем вести суд. — мужчина тяжело вздохнул, девушка осознала, что не смогла излечить мужчину полностью.

Сарэн едва заметно усмехнулась и развернулась на своих открытых туфельках.

Уже через пару шагов она присела рядом с женщиной демонстративно сидевшей на деревянном полу, обхватив одну ногу руками и не переставая смотреть на Андро, что не отставал от Благодетеля, сверля и её в ответ.

— У вас сломаны три ребра. 7, 8 и 9. — девушка коснулась потоками естества Калерии, и та вздрогнула, повернувшись лицом к Сарэн. Её оранжевые глаза неприятно взирали на девушку.

— Ведьма, ты сообщница того убийцы. — сказала Калерия ни чуть не стыдясь говорить во всеуслышание. — Не смей трогать меня и говори вслух! Я не потерплю твою творщевщину на себе!

«У меня нет голоса.» — молвила Сарэн безразлично в голове у Благодетеля. — «Я лишь осведомляю, можете ли вы потерпеть до вечера? Силы творцов слабы, когда Луны не на небесах.»

— Зараза… — бросила женщина тихо, едва слышимо, отведя взгляд, а потом, резким движением, приподняла лицо к Сарэн. — Неужели ты не видишь, а⁈

«Не вижу чего?»

— Этот мужчина — демон воплоти! Вокруг него собираются тысячи стервятников. Он выпускает их из своих рук, натравливает на люд, а затем собирает в стаи.

«Ты безумна.» — Сарэн кивнула, как бы подтверждая сказанное.

— Это я безумна⁈ — она усмехнулась, но не истерически, как это обычно делают настоящие душевнобольные. — Андро Кентиджерн убил сотни тысяч человек в Шпильграде. Он уничтожил город. Он убийца, прикончивший своё государство.

«Как складно ты говоришь, но от того не менее глупо.»

— Ты лишь насекомое, попавшее в сети чудовища…

«Лишь дураки всё возводят в абсолют. С твоей точки зрения — оно так, а с другой — Андро герой, поднявший бунт против отца-предателя в интересах государства.»

— Он замешан во многих злодеяниях…

«Я, допустим, тоже.»

— Нет. — женщина положила на колени свой полуторник. — Юстиция говорит, что ты лишь виновна в мелких грехах. Не более.

«Кто такая Юстиция?»

— Клинок Праведного Справедливого Суда.

«Ты разговариваешь с предметами? Калист говорила мне о таких заболеваниях и…»

— Уйди с глаз моих, проклятый прихвостень убийцы! — Калерия махнула рукой, отгоняя Сарэн. — Нет более мочи терпеть творщевщину в моей голове.

Девушка скрестила руки под грудью и фыркнула, демонстративно медленно (будто по своему собственному желанию) возвращаясь к Андро.

— Тяжело нам всем будет… — молвил Андро, смотря на высокий потолок.

«Из-за этой дуры?» — Сарэн коснулась своей щеки в наигранных раздумьях. — «Думаю, нет. Правда, я до сих пор не могу понять, что мы делаем тут?»

— Ты — ничего, а мне нужно выиграть суд.

«Святые Луны… Андро, не легче ли было просто добраться до корабля? Эта Калерия была едва жива.»

— Это бесчестно. Если возможно — необходимо делать всё по правилам.

«Андро… Тебе никто не говорил, что некоторые правила созданы лишь для того, чтобы их нарушать?»

— Кто сказал такую глупость?

* * *

Мирко лежал на кровати, его левая рука находилась под головой, а взор карих с зелёным глаз был устремлён на девушку, лежащую рядом с ним.

Она была нага, также как и мужчина. Её веки были прикрыты, а руки сложены перед грудью, удобно упираясь в его торс.

Калист не спала, Мирко чувствовал это, хотя её веки и были закрыты. Его правая рука размеренно обводила черты лица девушки, аккуратно поглаживая и кутаясь в прядях волосах.

Мужчину поразило приятное чувство трепета перед сокровищем в его руках, ЕГО сокровищем, сильным и вовсе не хрупким, но от того не менее притягательным и великолепным.

Он немного приблизился и поцеловал её в лоб, а затем и в щёку, потом в плечо, а в итоге перешёл на грудь, за что был вознаграждён лёгким тычком в рёбра и чистым мелодичным смехом, отчего мужчина ухмыльнулся и приобнял девушку так, что её лицо оказалось на расстоянии нескольких сантиметров от его собственного.

Она заговорила, смотря Мирко в глаза:

— Это был прекрасный день, Мирко.

— Я знаю. — вновь он ухмыльнулся и поцеловал её, но девушка играючи отодвинула плута от себя.

— Но, думаю, нам пора отправляться на корабль.

— Откуда такая спешка? Я купил этот постоялый двор на ещё два дня.

— Мирко… — попыталась заговорить девушка о делах мягко.

— Давай ещё немного полежим, ладно? Перед тем, как проблемы сваляться на нас вновь.

— Хорошо, Ворон. Но знай, что ты удивительный.

— Ты тоже не одуванчик, дорогая моя. — он усмехнулся. — А знаешь, ведь меня уже долгое время никто Белым Вороном не называл. Эх, были же времена…

— Ещё не поздно вновь надеть свою шляпу.

— Нет, Калист, это уже пройденный этап. Знаешь, а ведь Щепка был тогда прав, на балконе Часовни в Заливе. Белому Ворону пора было уйти на покой.

— Тебе никто не мешает сменить цвет одежды, надеть тефи на лицо, обзавестись накидкой и обозваться Чёрным Ястребом или же Плащом.

Калист заёрзала и прильнула к мужчине. Рука же Мирко упала на бедро творца.

— Увы, жёнушка моя, это всё уже пустое. Слишком много глупостей и слишком много времени, потраченного зазря. Хотя… была там одна удивительная встреча, что сломала привычный ход вещей.

— И какая же? — Калист блеснула глазами, уже предугадывая ответ.

— С одной ведьмой в корчме. Она была красивой, но слегка заносчивой. А ещё, у неё имелись глаза цвета ночного неба.

Калист рассмеялась.

— Мирко, ты же знаешь, что ночное небо — чёрное?

— Калист, не ломай метафор.

Вновь смешок и поцелуй, что едва не перерос во что-то большее, однако Калист вырвалась из объятий и поднялась с кровати.

— Мирко, думаю, нам сейчас точно нужно идти. — из её голоса пропала вся жизнерадостность и весёлость.

— Хм… Помню, ты хотела мне что-то