Белый ликорис в Долине бессмертных. Том 1 - Шуан Мэйхуа

Мгновение – и все стихло. Открыв глаза, демон увидел, что лежит на пепелище. Боль окончательно отступила, а тело больше не сковывали путы. Первая мысль его была: «Я умер…»

Если это – временное пристанище перед тем, как его душа отправится в ад, он рад, что его проклятая душа хоть мгновение будет свободна.

Он встал и огляделся по сторонам. Над головой расстилалось синее небо, усыпанное тысячью мерцающих огоньков, а на Желтом источнике медленно покачивалась одноместная лодка, освещенная блеклым зеленым фонариком. К ней был привязан маленький колокольчик, что сопровождал образовавшуюся небольшую рябь на воде своим мелодичным звоном. Та медленно разглаживалась и рассеивалась в пучине янтарных вод, ведущих по золотому ковру потерянные души к перерождению. Его существование было сущим адом. За свою короткую жизнь он не сделал ничего плохого. Если само его появление на свет было проклятием, даже если демону суждено пройти десять кругов Диюя, чтобы вновь переродиться, то он выберет вечно скитаться по лабиринту теней, лишь бы больше не чувствовать холода, голода и одиночества…

Он медленным шагом направился к лодке, сожалея лишь о том, что так и не сумел отблагодарить принцессу Ю Хуан. Он размышлял о том, что у госпожи было чистое сердце. Если бы своей смертью он мог хоть как-то облегчить ее страдания, он бы умер тысячу раз.

Когда демон подошел к лодке, то увидел внутри белый цветок с изогнутыми лепестками.

– Это ликорис.

Позади него прозвучал мягкий мужской голос. Демон обернулся и встретился со взглядом пепельных глаз. Его губы приоткрылись, он хотел что-то сказать, но незнакомец, словно мираж, появившийся из ниоткуда, продолжил:

– Его также называют цветком смерти, печали, символом перерождения, но… – Мужчина взял ликорис из рук демона, лениво покрутил его, внимательно рассматривая каждый лепесток, поднял на демона взгляд и с мягкой улыбкой закончил: – Белый ликорис означает, что есть тот, кто думает о тебе… Ян-эр… Брат… Твое время еще не пришло…

Длинные пальцы коснулись солнечного сплетения демона. Это прикосновение было настолько холодным, что пробирало до костей. Образ этого человека был чистым и совершенным. Но почему он назвал его братом? Разве у него были братья? Демон опустил взгляд и увидел, что на самом деле тело этого мужчины состояло из тысячи мелких осколков. Словно сломанная фарфоровая кукла, которую собрали, скрепив крошечные кусочки липкой паутиной. Взгляд незнакомца наполнился слезами, и, когда из уголка глаз скатилась прозрачная капля, с дрожащих губ сорвалось последнее:

– Прости меня…

Мираж рассыпался мириадами разноцветных звезд, развеиваясь по ветру и растворяясь в небытие. Демон почувствовал, как холод сменился нарастающим жаром, растекающимся по его венам. В этот самый момент в охотничьих угодьях, где шестеро демонов были принесены в жертву богам, два огненно-алых крыла погрузили всю Поднебесную во тьму.

Демонов сжигали на пустыре специально, чтобы языки пламени не коснулись густого леса, но вырвавшаяся из лап смерти огненная птица в мгновение ока заставила содрогнуться мир смертных, разбросав пестрые перья, словно ножи, в невидимых врагов. Тело Четвертого было покрыто обсидиановой коркой копоти. Когда он выкарабкался из твердого кокона, то увидел, как в небе кружат остатки пепла, а на усыпанной золой земле остались отпечатки в форме крыльев феникса.

Тысяча ли земли в мгновение было уничтожено, а от принесенных в жертву демонов осталась лишь горстка праха. Людей в масках настигла та же участь, но их смерть была быстрой и безболезненной. Демон опустился на колени, ему потребовалось время, чтобы прийти в себя и собраться с мыслями. Перед глазами застыл тот чистый призрачный образ. Кем был тот мужчина? Откуда он знал его имя? Давно забытое им самим и глубоко похороненное в недрах памяти, как что-то ценное, родное, свободное…

Му Ян[58] сжал в кулаке еще теплую золу. Шероховатые крупицы медленно струились песчаным водопадом с его ладоней, а из глаз текли горькие слезы. Демон только сейчас смог осознать то, что ему пришлось пережить. Это было страшно. Тогда, в жертвенном огне, ему не было так жутко, как сейчас. Его пробрала дрожь. Он склонился к испепеленной земле и коснулся ее лбом. Длинные черные волосы рассыпались по обнаженной спине, скрыв его от мира на мгновение. Из горла вырвался крик боли и страдания, сменившийся гневным ревом и переходящий в вой отчаяния…

– Ааааааааа… П-почему? Почему мне просто не дали умереть? Что тебе от меня нужно?!

Демон оскалил клыки. Он услышал приближающийся лай собак, сопровождающийся топотом копыт и криками стражников. Он в спешке вытер слезы и, пошатываясь, побежал, углубляясь в чащу леса, которую еще не успело поглотить пламя.

– Ваше Высочество наследный принц…

– Ваше Высочество Чэнь Кэ…

– Ваше Высочество наследный принц…

Императорские стражники выкрикивали имена двух людей. Наследника престола – Ю Вэйюаня – и принца Чэнь Кэ из Шанцианя.

Верхом на Хуэйлэе наследный принц отдалялся все дальше от лагеря. Перед тем как в небе вспыхнула огненная птица, его охватила дикая головная боль. В ушах тяжелым гулом застыли посмертные вопли несчетного количество взрослых и детей. То, что делали с ними, было бесчеловечно. Пока дымчатый конь гнался за невидимым призраком, Ю Вэйюань снова и снова переживал тысячу смертей. Его клали в гроб, заколачивали и засыпали землей. Он отчаянно царапал деревянную крышку в попытках выбраться, задыхаясь и умирая от нехватки воздуха. Потом его тело окутывало пламя, пожирая плоть до самых костей. Он чувствовал, как входит в холодную воду и тонет. Чувствовал, как на его шее затягивается петля, а палач, чье лицо скрыто под маской, заносит над его головой острый меч правосудия…

– Нет…

Тяжело дыша, он натянул поводья и быстро спешился. Шумные потоки кристально чистого водопада разбивались о валуны и пенились, падали с обрыва. Зачерпнув немного горной воды, он омыл лицо и замер, глядя на свое отражение. Ю Вэйюань чувствовал себя разбитым и опустошенным. Всего за несколько фэней он успел тысячу раз воскреснуть и столько же – умереть. Мысли путались и, если бы не отражение, он бы забыл, кем был на самом деле.

Во время охоты ему так и не удалось найти ни одного демона. Это известие вызвало у принца облегчение: он не хотел убивать, не желал пачкать руки в крови, даже если речь шла о кучке рабов, чьи жизни, казалось, не стоили его внимания. Они долго прочесывали лес в поисках хоть кого-то, но, кроме испуганных лисиц и зайцев, им не встретилось ни единой души. Императорские стражники, назначенные