Слой Первый. Книга 4 - ПолуЁж

class="p1">— Ну, я пошёл, — кивнул я лису и потянул дверь Города. За ней открывалась улица — длинная, ровная, вымощенная асфальтом с аккуратными бордюрами и тротуаром из мелкой плитки.

Пешеходные дорожки тянулись рядами деревьев, а вокруг стояли невысокие здания — не выше трёх этажей, каждое словно отдельный магазинчик с собственной дверью и вывеской.

По ощущениям, это был кусок города двадцатого века… если бы не вывески. Странные, неразборчивые, будто каракули ребёнка, придумавшего свой алфавит.

Над головой сияло солнце — слишком ровное, слишком круглое, больше похожее на электрическую лампочку. По словам шамана, идти следовало прямо на него — и это совпадало с направлением вдоль аллеи.

Казалось, что ещё мгновение — и из дверей выйдут люди, по дороге проедут машины на колёсах с резиновыми шинами. Даже воздух был наполнен привычной смесью пыли и выхлопа, до странности знакомой, хотя я не мог вспомнить ни одного города из своих видений, похожего на этот.

Но стоило сделать пару шагов, как всё переменилось.

Словно кто-то щёлкнул выключателем: свет не исчез, но перестал касаться улицы. Яркое солнце всё так же висело в небе, а вокруг разлилась густая тьма, от которой пространство будто потеряло вес и форму.

Тревога обрушилась на меня внезапно, тяжёлой волной, но не спутала мысли. Я знал, куда попал.

Мёртвые Города… О них ходили слухи: в них можно было найти несметные сокровища, но выходили оттуда седыми, заикающимися. Или не выходили вовсе. Они были непредсказуемы, и именно в этом таилась их угроза.

И мне не повезло — просто тут не будет.

Но я пришёл подготовленным. В одной руке у меня был фонарик-пластинка, в другой — револьвер с самыми убойными патронами.

Немного энергии Нексуса и огненный шарик залил пространство ярким желтым светом. Ощущение опасности отступила так же резко, как появилась. В стороне замелькали тени: чёрные, бесплотные, скользящие меж деревьев. Они не касались земли, метались, как призраки, и чем-то напоминали Кошмаров. Только были совсем иными. Чёрными.

И я понял — я только что избежал мгновенной смерти. Если бы промедлил хоть секунду, остался бы тут. Город всегда был опасен, как ни крути, и в любой момент можно было нарваться на фатальную неприятность. Но сейчас мне повезло — я вовремя среагировал.

Главное — поддерживать огонь и не давать ему потухнуть, чтобы не оставаться с этими тенями в темноте.

— Ну, хоть тварей нет, и то хорошо, — пробормотал я и осторожно двинулся вперёд, рассматривая каждую длинную тень и пытаясь выловить в них угрозу. То, что они испугались света, не означало, что не попытаются напасть — смотреть приходилось в оба.

Вопрос в том — помогут ли мне патроны из ауриста. Думаю, стоит заменить их на свои новые боеприпасы: у тех электрический урон, хотя в описании и не сказано ничего про «призрачные» цели.

Я сменил револьвер и почувствовал себя немного увереннее. В случае чего, буду кидаться огненными шарами — запас у меня еще есть, и я смогу тут сжечь вообще все, если сильно захочу и вложу достаточно энергии. Но я пришел сюда не за этим.

Так, шаг за шагом, никуда не спеша, я двигался по аллее мертвого Города, который уже не вызывал никаких эмоций, кроме тревоги. Чем дальше я шел, тем больше меня накрывало ощущение того, что я совершаю огромную ошибку и ни к чему хорошему мой поход не приведет.

Да, шаман сказал, что у меня все получится. Но стоит ли доверять словам старого хрена? Его способ доносить информацию не вызывал к нему никакого доверия и неимоверно бесил.

Но все же, я высматривал красную вывеску и место, которое может быть похоже на то, что назвал шаман — место жизни.

И что это такое может быть? Единственная ассоциация — роддом. Это конкретное такое место, где появляется новая жизнь. Но не думаю, что среди магазинчиков будет стоять что-то подобное. Тогда аптека? Там вроде тоже могут спасать жизни. Или больница.

Как вариант.

Темп продвижения был максимально медленным и мне хотелось отрастить глаза на затылке, чтобы видеть вообще все вокруг. Проекция не помогала — через неё я оказывался просто в черной пустоте и меня чуть инфаркт не хватил, когда я решил поэкспериментировать с этим. Темнота окружила мгновенно — плотная и вязкая и я перестал видеть любой свет и даже подумал, что фонарик потух.

Но нет, когда я вернулся обратно в тело, то над пластинкой все так же дрожал огонь и я лишь облегченно вздохнул и вытер резко вспотевшую руку, которая её держала.

Тишина была такой, что давила на уши и хотелось услышать хоть что-то. Шорох спешащих ко мне анипдов или мимиков. Да любой звук, кроме звука моего дыхания и шагов. А еще готового выпрыгнуть из груди сердца.

— Ну и нафига мне это? — спросил я себя, когда понял, что зашел уже достаточно далеко и остановился, оглядываясь по сторонам.

Вопрос был хороший — стоит ли рисковать ради этого эксперимента? Это не настолько важно для меня, чтобы ради шутки лишиться жизни. И чем я вообще думал, когда сунулся дальше? Надо было просто валить и забыть об этом, попытав удачу в нормальном Городе, а не тут.

Но приподнятое настроение не выветривалось долго и завело меня сюда.

И самое удивительное — я увидел место, куда мне было нужно. Огромная красная вывеска с каракулями. И крестом.

Здание было больше остальных и стояло немного обособленно, не примыкая к другим.

— Больница, — сказал я, лишь бы как-то разбить эту тишину. — Ну что, идти или нет? Может ну его нафиг?

Мысль была дельная, но я не привык отступать. Да и осталось то всего ничего — зайти и забрать то, зачем я пришел. А потом рвать когти.

Пришлось напрячься, собираясь с мыслями. Города постоянно что-то творят с моими мозгами, это уже точно замечено, я словно на части разбиваюсь, начиная сам с собой разговаривать, передумывать и вертеть мысли, как уж на сковороде.

— Ну, погнали…

Дверь открылась легко и даже не скрипнула, открывая мне длинный коридор, выложенный белой плиткой. Это был стандартный больничный коридор со стульями для ожидания и стойкой регистратуры в самом его конце. А прямо посреди коридора светилось то, что мне было нужно — белое яйцо, лежащее прямо на полу.

Я же остановился в нерешительности. Настолько просто?

— Захожу, беру и бегом отсюда, — как мантру повторял я, стоя на пороге и пытаясь убедить себя забрать ингредиент. Ощущение опасности давило все сильнее и сильнее,