Репликация - Наташа Эвс

Мне не ответили. Все просто выполняли свою работу. Но меня несло, и я снова выступил:

— Давно этим занимаетесь? Признавайтесь, под руководством Валентина Штефана создаете химер, да?

Девушка испуганно посмотрела на меня и продолжила складывать какие-то пузырьки.

— А с детьми что делаете? — не унимался я. — Где вы их держите? Для чего вам дети? Ну, ответьте мне! Что вы молчите⁈

— В-1.01, у вас повышен эмоциональный уровень, — механически произнес синий, который находился у входа.

— И что⁈ — крикнул я поднимаясь. — Что мне твой уровень говорит? Мне нужны мои дети! Тупое ты создание… Где они?

— Успокоился! — угрожающе прорычал охранник, щелкнув затвором автомата.

Глянув на вооруженного здоровяка, я дернул головой:

— Стрелять будешь, щелкунчик?

— Если надо — буду, — огрызнулся тот, махнув стволом.

— У него статус, — будто напомнил вошедший мужчина, в котором я узнал того, кто снимал с меня колючие наручники и предупреждал быть осторожнее. Он всегда проявлял ко мне внимание.

— Я его статус на копье вертел, — грубо усмехнулся охранник в ответ.

— Эти слова ты главному потом и скажешь, — спокойно отозвался мужчина, опустив коробки, которые принес. — Когда он вызовет тебя в башню.

Охранник тут же изменился в лице и обдал меня ненавистным взглядом.

— Спасибо, Питер, — обратилась девушка к моему защитнику. — Тут не все, еще три штуки в табеле. Принесешь?

— Конечно, дорогая, — отозвался тот. — Для тебя луну достану.

Через время он возвратился с коробками, как раз в тот момент, когда зашумели рации, и охранников с корпуса попросили срочно прибыть в красную зону. Наш здоровяк оставил меня на попечение синего и удалился.

— Я отведу его, — кивнул на меня Питер, обращаясь к синему. — Оставайся тут.

— Командир сказал, чтобы это сделал я, — возразил тот, но мой защитник возразил в ответ:

— Его здесь нет. Сейчас командир для тебя я. Понятно?

Синий кивнул и отошел от входа.

Получив знак выходить, я направился к двери, и мы побрели по коридору. В голове шумело, но в целом было сносно.

— Мне нужно знать, где держат детей, — тихо произнес я, надеясь снискать расположение более человечного работника. — Нужно узнать, что…

Питер резко остановился и развернулся ко мне.

— Ну узнаешь ты, где они. И что дальше? Через стены к ним побежишь?

Я опешил, глядя на мужчину.

— Ты лучше о себе позаботься, — бросил он, поглядывая по сторонам. — О себе и жене. Для начала. А потом уже дети.

— Мне нужно знать, что с ними, — ответил я. — И где их держат.

Питер махнул головой, призывая идти дальше, и продолжил:

— Пока они у него, они в меньшей опасности, чем вы.

— У него? — переспросил я. — О ком ты говоришь?

— Ты встречался с ним в башне. Это наш главный.

Меня даже передернуло от воспоминаний. Мои дети у брата? Зачем?

— Валентин держит моих детей?

Питер покачал головой:

— Мы стараемся избегать его имени. Советую делать так же.

— Ладно, понял. Так мои дети у него в башне?

— Нет. Все дети находятся в специальной нулевой секции. И пока он нуждается в них, они в безопасности.

— А потом? — Я остановился в ожидании ответа, заметив стены своей камеры.

— А потом он запустит их в использование.

— Что⁈ Какое использование?

Питер посмотрел по сторонам и тихо произнес:

— Марк, у тебя еще есть время. Но статус тебе может не помочь, на тебя точат зуб.

— Кто? — спросил я, не понимая до конца смысл ответов. — И что значит — он нуждается в детях? Что он хочет с ними сделать?

Это стало самым важным, но Питер не успел ничего пояснить, потому что в коридоре послышались шаги. Мой проводник распахнул решетку и втолкнул меня внутрь, сделав вид, что вписывает что-то в прозрачный планшет, который был в его руках. И когда двое служащих прошли мимо нас и скрылись за дальним поворотом, он склонился к решетке и быстро проговорил:

— Тебя хотят убрать. Здесь есть твои враги. Дети в нулевой секции в левом конце изолятора. Будь осторожен.

Как только Питер развернулся на выход, я вполголоса спросил:

— Откуда ты знаешь мое имя?

— Тебя многие знают, — так же тихо ответил он.

Глядя, как Питер удаляется, я заметил, что он опустил руку с раскрытой ладонью и сжал ее в кулак. Точно так же, как это делала Мария. Он подал мне знак и хотел, чтобы я его увидел.

После этого все стало сложнее. Теперь я знал, где дети. И так же знал, что они нужны Валентину. Только зачем? Зачем ему столько детей? Версия о том, что их не поражает вирус может иметь отношение к изоляции, но опять же с какой целью, если вирус рукотворен? И почему в Сером Городе есть люди, которые знают меня по имени и подают специальные знаки? И кто пытается меня убрать? Кто мои враги?

Хотя я волновался за ситуацию в целом, больше всего переживал за своих детей. У Валентина есть на них план, и это чудовищная новость. Потому что мне известно, кто такой Валентин. Нужно бежать из города. Срочно. Любым способом. И для этого мне нужны мои способности. Но для их возвращения рядом должен быть обратник. А я один.

Думай, Марк. Думай. Ты должен спасти детей, иначе не простишь себе этого никогда. И Мия не простит.

Тем временем в городе заканчивалась вакцинация, и люди массово сдавали тесты на предмет влияния вакцины на иммунитет. Эти новости мне приносил один охранник, который явно меня недолюбливал. Прогуливаясь по коридору, он останавливался возле моей решетки и с улыбкой садиста стучал по ней дубинкой, приговаривая, что скоро все будут защищены и вернутся домой, а такие, как я, сгниют от болезней. Я не обращал внимания на его выпады. По крайней мере, старался. Меня волновали другие проблемы.

В какие-то дни я начал замечать, что возле моей камеры стали часто проходить одни и те же сотрудники и охранник, они подозрительно медленно двигались рядом с решеткой, поглядывали в мою сторону и перешептывались. Конечно, я начал подозревать, что на меня что-то готовят. Это чувство отчетливо появилось в моем сердце, и с каждый днем напряжение только увеличивалось.

Нужен план побега. Каким образом начать? Заманить охранника в камеру, напасть на него, забрать все возможное оружие и добраться до камеры Мии. Там же объединиться с ней, чтобы возродить способности и тогда можно идти сквозь стены. Но нужен предлог, чтобы охранник открыл мою дверь и вошел.

Время шло. Мои попытки вызвать у охранников ответную реакцию проваливались.