Поисковик - Роман Добрый

— Интересно, мне зачтут его как сбитый?

Ничего личного, только бизнес — мстительно подумал я, видя, что пилот подранка катапультируется из обреченной машины. Теперь точно звездочка на борт и первые кредиты сверх оклада.

О! Да я втягиваюсь, похоже! Но несвоевременные мысли прервал дробный перестук и вибрация уже моего «Рокота».

— Повреждения? — рявкнул, закручивая бочку.

— Ноль три процента.

Шальная очередь. Повезло — краску только поцарапали, да пару элементов пассивной брони сорвали. А могли и колпак раскрошить — злобно добавил, чтобы не расслабляться.

— Эскадрилья — в дом!

Это лидер вытаскивает нас из боя. Только сейчас я заметил на радаре приближающиеся к схватке зеленые метки второй волны. Это хорошо, а то я уже почти пустой.

— Птаха, ты как?

— Бывало и лучше. Вовремя нас домой завернули, у меня расход боеприпасов девяносто процентов, а картридж ПРС уже давно дном сверкает.

— У меня примерно так же.

— А классно ты моего наездника отделал. Считай первую звездочку на борт заработал — с тебя простава!

— Это да. Только меня самого дважды чуть со звездным ветром не смешали. Опять же, разбор и утверждение сбитых будут после окончания боевых действий.

— Но проставиться тебе все равно придется! И чем раньше — тем лучше.

— И то верно.

Нервное напряжение боя схлынуло. В этот раз удалось разминуться с костлявой. Но руки снова задрожали, да так сильно, что возникли опасения, что машину придется заводить в ячейку автопилотом, как зеленому сопляку. Но обошлось, и «Рокот» я посадил самостоятельно.

— Сколько? — поинтересовался у Дока, с благодарностью принимая чашку горячего кофе.

— Семь двадцать четыре.

— Серьезно? Мне казалось, что мы там вертелись целую вечность.

— Сам потом на разборе в записи увидишь. Как машина?

— Все отлично, Юра.

— Вон там присядь, отдохни.

— Спасибо.

Кривая пластиковая табуретка, вся в пятнах машинного масла и затертых потеках других реагентов, указанная моим старшим техником, неожиданно показалась самым уютным местом на корабле, и я мгновенно вырубился.

[1] Взлетно-посадочная полоса

Глава 9

Легкое дрожание палубы оповестило меня о том, что мы, наконец-то, встали на глиссаду разгона и погружения в подпространство. В который уже раз задумался над странностями терминологии. Обозначение данного маневра берет свое начало с прародины человечества — Земли. Наемники в своем репертуаре. Но, как всегда, есть нюансы.

Если верить справке из ВГС, изначально, глиссада — это траектория атмосферного летательного аппарата, по которой он снижается, в том числе перед посадкой. В случае же космического пространства, все несколько иначе. Никуда садиться «Эстер» не собирается, наоборот — вовсю наращивает скорость. А понятие снижения, в бездонном вакууме вообще вещь сугубо относительная. Но, как бы то ни было, процесс, когда корабль вначале выходит на прямую, потом разгоняется до необходимой скорости, и затем, в определенной точке пространства, уходит в гипер — называется выходом на глиссаду. И да, точка перехода в каждой системе ни одна и располагаются они на разной «высоте», если смотреть по плоскости эклиптики. Ученые обзывают это склонением. Та еще заумь, без которой, правда, нечего даже думать стать пилотом.

Что-то я отвлекся. А, между тем, до закрытия бара осталось не так много времени. Раз мы уже встали на глиссаду, значит, через два часа нырнем, и лучше бы мне к тому времени лежать в противоперегрузочном коконе своей койки, иначе букет непередаваемых ощущений обеспечен. Ну, нафиг! Впрочем, еще на полчаса можно задержаться.

Как-то незаметно, за полтора года службы, бар во второй релаксационной зоне шестой палубы, стал моим излюбленным местом отдыха. Да, есть еще первая и даже третья зоны отдыха. Пятый флот рассчитан на длительное базирование вне населенных систем. Авианосец второй эскадры и «Див», по совместительству, самые здоровые его лоханки, являются еще и штатными местами отдыха экипажей. Так что после окончания рейда, мы каждый раз возвращаемся к основному составу, и минимум на месяц глушим маршевые движки. Чтобы озверевшие наемники с других эскадр получили краткое увольнение «на берег» — приоткрыть вентиль спуска накопившегося пара. Плюс раз в два года флот вставал на плановое трехмесячное техобслуживание у станции «Нархат». В это время командование проводило плановую ротацию кадров на отдых и хозяйственные работы. Сейчас мы направляемся как раз к станции, так что впереди меня ждет заслуженный отпуск. Который, фактически, уже начался, ибо пилотов москитного флота на перегонах никто не нагружает — нечем. Вот я и забрался в любимый бар, чтобы за кружечкой дрянного, но холодного пива, покорпеть над давно вылизываемой до блеска затее — «камуфляже» моего «Рокота».

Эта идея пришла мне в голову после боев в системе Гордио, где мы гоняли обжор. Причесывали мы их с переменным успехом, и пока недра планеты не покинула последняя значимая крупица акния, бургеры умудрились дважды высадить десант. Так что армейским подразделениям, приписанным ко второй эскадре, скучать не пришлось. К счастью захвата рудников удалось избежать. Для этого мы, двое суток утюжили пехтуру противника. Знатно опустошив арсенальные закрома «Эстер». Но район добычи удержали, что спасло всех от дополнительных штрафных санкций. Мне и своих — кровных, с головой хватает.

По итогам заварушки, я посчитал, меня сбивали каждый пятый вылет. То есть на два — три моих трофея, пришлась одна красная засечка на борт истребителя. Причем три из них с черной поперечной полосой — сбит, с потерей машины. И в дальнейшем их стало только больше.

Да, не всегда на борт носителя удается вернуться своим ходом. Хорошо хоть автоматика исправно спасает от полного дерьма, вовремя катапультируя из обреченной машины. Хотя не могу сказать, что это приятные ощущения, болтаться в открытом космосе в легком пилотном комбинезоне. Да и не всем и не всегда улыбается фортуна. Часто после окончания боя командиры не досчитываются личного состава. Чаще чем хотелось бы. Но мне пока везет, и на том свете все еще рисуют прогулы.

Так вот, при такой жизни, если ты не совсем кретин, задумаешься над повышением собственной выживаемости. И я не исключение.

Но что конкретно сделать? Стандартные методы, по понятным причинам, не подходят. Можно укутать «Рокот» многослойной броней, и стать легкой мишенью, поскольку истребитель живет за счет маневренности и скорости. Добавить оборонительное вооружение? Херня идея — только лишний вес, опять же