Тренер Гильдии Фамильяров 2 - Сергей Харченко

— Я подумаю, Артём Сергеевич, — коротко, без малейшего намёка на эмоции ответил я. — Раньше бросите эту дрянь, меньше шансов, что Кира узнает. А пока — возвращайтесь в зал. Нам нужно доделать работу.

Я развернулся и вышел в коридор. А шумно сопящий Белов поплёлся за мной следом.

Мы вернулись в цокольный этаж. Серёга уже соединил и заизолировав перекусанный гусаром кабель, перезагрузил систему и запустил «Франкенштейна» на базовом безопасном режиме. Конструкция из одиннадцати скреплённых беговых дорожек загудела, начала вращаться, хаотично меняя направления движения лент.

— Смирнов, Ветров, — я даже не посмотрел на механизм, повернувшись к парням. — Тащите со склада все страховочные маты, какие найдёте. Застелите ими весь пол вокруг Центрифуги. В два слоя.

— Артур Викторович, и зачем такие манёвры⁈ А там что останется⁈ — возмутился Белов, поблёскивая в мою сторону напряжённым взглядом. Транквилизатор уже начал действовать. Теперь его голос не дрожал, он звучал ровнее, уверенней. — Проводники могут и по бетону погулять.

— Проводники могут споткнуться и упасть, Артём Сергеич. Помните об этом, — жёстко повторил я, убирая в сторону любые дискуссии. — Тем более питомец может упасть с ленты и покалечить себя.

— На Бетонке будет мягкий пол, — произнёс Дэнни. — В описании так сказано. И нам тоже, значит, надо подстраховаться.

— Дениска, и с какой стати ты стал таким аккуратным? — скривился Белов, затем поймал мой хмурый взгляд. — Ладно, сейчас принесём. Ветров, Смирнов! За мной.

Пока парни, пыхтя и стараясь, таскали тяжёлые маты, я нашёл кусок мела на подоконнике. То, что надо.

Когда маты расположились у сваренной Беловым конструкции, я провёл жирную белую линию, вдоль всей длины тренажёра и ровно в полуметре от него.

— Это ваша зона. А это черта, за которую заступать нельзя ни в коем случае, — я указал на меловую линию собравшимся Проводникам. Они уже собрались передо мной вместе со своими питомцами. — Что бы ни произошло, вы за чертой.

Бублик и Неон замерли и напряжённо посматривали в сторону жужжащих дорожек. Желешка как всегда расползлась в лужей перед Смирновым и озадаченно булькала. Матильда принюхивалась, ловя остаточные запахи сварочных газов, посматривая на беговые дорожки, меняющие направление.

— По правилам Лиги вы не имеете права прикасаться к Центрифуге, — продолжал я. — Ваша задача бежать рядом со своим фамильяром и направлять его, ориентировать командами.

— Заступим за эту черту. И что будет? Штраф? — взглянула на меня Лера. — Я не сталкивалась ни с какой центрифугой.

— Тот же вопрос, — кивнула Анна.

— Автоматическая дисквалификация тандема. Вот, что это значит, — сообщил я команде. — Всё ясно?

Проводники кивнули. Рассказал я им доступней некуда. И цель понятна. Надо пройти до арки, которая светилась в конце зала.

— Смирнов, начинай, — скомандовал я.

Костя встал за белую линию, вздохнул, заставляя слайма собраться в ком.

— Желешка, вперёд! — неуверенно скомандовал он и отправился сопровождать свою питомицу. Но далеко ходить не надо. Слайм, опасливо булькая, перетёк на движущуюся поверхность. Как только лента с визгом ударила по тормозам и резко пошла на реверс, Желешка запаниковала. А Костя её не успокоил.

Желешка потеряла плотность, расплылась бесформенной зелёной лужей и с хлюпающим звуком растеклась по всей беговой дорожке, наматываясь на неё.

— Ты что делаешь⁈ Желешка! — Костя бросился к ней. И я кое-как успел нажать на ручной пульт управления. Обесточил установку.

Костя с криком бросился отдирать питомицу от пластика, нарушая все правила.

— Фамильяр провалил дистанцию, заступ за линию, нарушение технники безопасности, — перечислил я. — Следующий! Ветров!

Дэнни готовился, нервно поправлял броню. Затем почесал за ухом Неона, пока Костя уговаривал Желешку отцепиться от резиновой дорожки.

А затем Ветров встал на свою точку, недалеко от Неона. Я запустил Франкенштейна. Моторы механизмов взвыли, ленты зашуршали.

Грациозный хрустальный барс легко запрыгнул на первую ленту, без труда преодолел её, перепрыгнул полутораметровый провал и приземлился на вторую дорожку. Но именно в эту долю секунды она резко ускорилась. Неон не удержал баланс, его лапы разъехались, и хищник с испуганным мяуканьем улетел на страховочные маты.

— Фамильяр провалил дистанцию, — сухо прокомментировал я. — Мангуст!

Лера сжала челюсти, подошла с Бубликом к стартовой линии.

— Бублик, следи за скоростью. Я рядом, — процедила она ему в ухо.

Большой варан тяжело ступил на первую дорожку. Рептилия сделала два уверенных шага и прыгнула, распласталась в воздухе, попадая на соседнюю платформу. Но там сработал реверс. Бублик приземлился, его передние лапы поехали назад, а задние вперёд. Варан неуклюже взмахнул бронированным хвостом, пытаясь поймать центр тяжести, но стало ещё хуже.

В итоге Бублик упал на спину, и его сбросило с полосы препятствий.

— Фамильяр провалил дистанцию, — буднично произнёс я. — Савельева, ну ты хоть покажи нам, что пройти до арки можно запросто.

Анна кивнула, подошла к старту идеально сосредоточенной. Оставила лису перед лентой, сама спустилась на свой маршрут.

— Матильда. Вперёд, — ледяным тоном приказала она лисице.

Но… вышколенная пустынная лиса даже не сдвинулась с места. Застыла перед первой дорожкой, прижав уши к голове, и с плохо скрываемым животным ужасом наблюдала, что творится впереди. Пол вращается то вперёд, то назад, ломая все законы физики, к которым она привыкла.

Я тяжело вздохнул, устало потёр переносицу двумя пальцами.

— Понятно, — констатировал я, глядя на поникшую команду.

— Мы не готовы к прохождению центрифуги, — печально заметил Белов.

Я взглянул на помощника, ухмыльнулся про себя. Как же просто демотивировать и себя, и команду. Одной фразой. Зарубить на корню всё, что сделано до этого. А сделано ведь и правда многое. Главное, не останавливаться.

— Работы больше, чем я думал, — произнёс я. — Но мы обязательно справимся. Не раскисаем.

— Тренер, да это нереально пройти! — взорвался Дэнни. — Дорожки дёргаются как сумасшедшие.

— Так и будет, Дэнни, — ухмыльнулся я в ответ. — Будет даже сложнее.

— Ну а как нашим питомцам это проходить? Они не могут летать по воздуху, — возмутился мажор.

— Вы даже не пытаетесь пройти. Увидели, испугались и по норкам попрятались, — хмыкнул я, встречаясь взглядом с Лерой. — Ты что-то хочешь сказать, Соколова? Так не стесняйся, сообщи всё, что накипело.

— Ничего не скажу. Просто это нереально, — Лера пнула валяющийся кусок