Новая эра. Том 3 - Антон Владимирович Топчий

Мебель в хижине также была паршивой. Простая, грубая и примитивная, глядя на неё, можно было лишь подивиться, как она ещё не развалилась под тушами ящеролюдей. Её комплект также был беден. Стол, два табурета, сундук да пара лавок. Вот и всё наполнение.

В центре хибары красовались два ящерочеловека. С первого взгляда было сложно понять, кто из них мужчина, а кто женщина. Всё же света было маловато в помещении. Но, в то же время, это не особо волновало Григория.

Лишний раз порадовавшись, что не забыл накинуть на себя совиный взор, Григорий подумал:

— Ну, по крайней мере, детишек нет.

А в следующий миг, в ящеров полетело два заклинания паралича. Одно Григорий скастовал прямо на улице, а второе хранилось в предзаготовленых чарах.

Бедолаги зависли прямо с открытыми ртами. В их всё ещё живых глазах читалось удивление и непонимание. «Как так?», «Что случилось?», отчётливо было видно в них. А через несколько секунд удивлением одного из ящеролюдей сменилось болью вырываемой из тела души.

Как только чары отработали, тело ящеролюда повалилось на землю. В то время, как в глазах его партнёрши, так и читался ужас. Любой бы подумал, что это ужас порождённый страхом неотвратимой смерти. Но Гриша, читая мысли женщины ящера, понимал, что это ужас потери и недосказанных слов.

— Не бойся, — произнёс он на всеобщем, — вы ещё встретитесь с ним.

Вслед за этим он активировал чары отнятия души на ней и ужаснулся от того потока боли, который пошёл ему в голову. Конечно же, он не ощущал его физически, но неким образом он чувствовал, всё, что ощущала ящеролюдка. До самой последней секунды её жизни. Всё же она быстро умерла.

— Бля…! Надо почаще применять обезболивающие чары, — подумал Гриша, отправляя тела ящеролюдей в хранилище мёртвых.

* * *

Самка ящерочеловека, её, кстати, звали Шайша, всё ещё лежала на деревянном полу, Григорий только окончил обряд, и её душа лишь миг назад вернулась в тело.

— Повелитель, она жива⁈ — немного с опаской произнёс Рысшар, муж Шайши.

Его Григорий поднял первым, и первое, что тот спросил, воскресит ли Гриша его жену. Естественно, Рысшар получил положительный ответ, чему был крайне рад. Он бы наверняка ещё с час благодарил Григория, если бы тот не приказал ему помолчать, дабы всё это мешало и отвлекало.

— Да, — только Гриша успел сказать это, как Рысшар тут же изменившись в лице, прокричал:

— И что ты развалилась, ленивая ящерица! Так и будешь лежать, пока я стою⁈

Подобного Григорий не ожидал, поэтому с недоумением уставился на ящеролюда.

— Сколько надо, столько и буду лежать! — прорычала Шайша в ответ. — Не твоего ума это дело! И вообще, почему ты перешёл на всеобщий⁈ — сказав последнюю фразу, девушка открыла глаза. Увидев Григория, она тут же вскочила, с недоумением уставившись на него.

— Что вылупилась⁈ Это наш новый бог, он властвует над жизнью и смертью!

— Вы бы потише кричали об этом! — строго произнёс Григорий. Пусть на улице и была ночь, но подобные крики, вполне могли привлечь ненужное внимание.

— Прошу прощения, мой повелитель, — склонившись в три погибели, прошелестел в разы тише ящеролюд. — Это всё она, ящерица безмозглая.

— Да уж… повезло же мне, войти именно в их дом, — подумал Григорий, с досадой покачав головой, в душе поражаясь отношениям Рысшара и Шайши. Подобное ему было совершенно непонятно и даже чуждо, но, в то же время, лезть с нравоучениями он не собирался. Тем более, ему было чем заняться, ведь впереди предстояла «весёлая ночка», а значит, пора было идти в следующий дом.

Глава 11

Последующая зачистка Майшаша не особо отличалась от зачистки Нархара. Григорий, стараясь двигаться и действовать максимально тихо и бесшумно, шёл из дома в дом, убивая и превращая всех людоящеров охотников и воинов, которых он только встречал. При этом Рысшар и Шайша выступали в роли информаторов, которые сообщали Грише, где кто живёт, дабы он не тратил своё время на обычных крестьян. Собственно, так и пролетела практически вся ночь.

Утром, когда в поселении, кроме крестьян в живых остался лишь лорд и его домочадцы. Григорий распорядился, чтобы подчинённые ему воины ящеролюдей зачистили все хибарки, где жили обычные крестьяне и рабочие, в то же время ящеролюдям-охотникам был отдан приказ собрать трофеи.

Сам же Гриша отправился «поздороваться» с герр лордом. На дворе было раннее утро, солнце только успело войти в свои права, оттеснив ночь куда-то на вечер. Но из-за поднявшегося на хуторе шума, поместье было на ушах.

Рядом с Гришей появилась его любимая четвёрка нагов и Ташар.

— Ташар, идёшь со мной! — произнёс Гриша, в то время как в его руке появилась полупрозрачная сфера. — Остальным проследить, чтобы поместье никто не покинул!

В следующий миг заклинание было активировано. Тут же подул достаточно сильный ветер, а небольшой полупрозрачный шарик со скоростью света помчался в цель.

Какими б ни были добротными ворота и забор в доме герр лорда, но они состояли из простого, даже не самого крепкого дерева. Естественно, они не выдержали, хотя и не разлетелись полностью. Удар ветра проделал внушительного размера дыру, настежь распахнув ворота.

Ящеролюди-охотники, охранявшие поместье, сразу же бросились к ним, чтобы покарать нахала, дерзнувшего нападать на их лорда. Правда, с ними Гриша решил не церемониться, ведь сам хозяин поместья стоял на пороге, наблюдая за происходящим. А с таким противником шутки были плохи.

— Ташар, разберись с этим отребьем! — коротко произнёс Гриша, а в следующий миг его образ размылся для всех, кто ещё не достиг пятой звезды внутренней энергии или не стал архимагом. Он мгновенно оказался в паре метров от Варшара Майшаша — хозяина поместья. Но ещё двигаясь, он заметил, самодовольную ухмылку на лице своего противника поняв:

— Здесь ловушка!

Гриша резко телепортировался в сторону. Лишь благодаря применённой способности, он остался цел, ведь с десяток молний ударил прямо в то место, где он только что стоял. Конечно, они бы не смогли его убить, но зачем лишний раз подставляться, тем более, когда не знаешь, что задумал противник.

— Маг! Скорей всего даже архимаг! — пронеслось в Гришиной голове, как в следующий миг его атаковал Варшар.

— Видимо, я расслабился! — пронеслась ещё одна мысль, в то время как руки отработанными