Фантастика 2026-17 - Максим Мамаев

— Да, милостивый государь, — с хриплым отчаянием ответил мне Сопкин.

Глядя на происходящее, один из моих Мастеров сплюнул на землю от отвращения. И вот этот слизняк — командир отряда гвардии и Младший Магистр. Воистину судьба несправедливая штука… Впрочем, судя по показанному уровню, он отнюдь не боевик. Интересно, за что его вообще сослали на войну? Явно ведь по жизни он приносил Роду пользу не военной силой.

— Что касается вас — защитники отработали на твёрдую четвёрку, — поглядел я на своих орлов. — Атакующие — на три с плюсом. Разряды молний и магия звука, совмещенные воедино, были бы куда эффективнее, чем пламя и воздух, и вы бы победили не за три, а за две атаки. Но за уровень взаимодействия хвалю — обычно требуются годы практики, что бы команда успела сработаться.

— Так мы большую часть жизни совместно служили, — пожал плечами Арсений. — Сейчас, конечно, посложнее магия пошла, чем когда-либо прежде была нам доступна, но даже так — большой совместный военный опыт очень облегчает обучение составной магии.

— Ладно, хорош хвалиться, — хмыкнул я. — Пакуйте пленных, собирайте трофеи и отходим. Надо разбить лагерь подальше отсюда — я уже чую, как сюда двигаются рогачи с их серозадыми рабами. На спешить…

В следующий миг оголовье моего клинка врезалось в лоб Сопкина, не ожидавшего от меня такого подвоха. Закатив глаза, чародей рухнул навзничь, прямо в жидкую грязь.

— И этого приберите, — велел я. — Следите, что бы не очухался, пусть парочка из вас постоянно будет рядом с ним. Остальные — займитесь делом! Рядовые сами всё не сделают!

Глава 19

— Ну-с, с чего бы нам начать… — протянул я, глядя на распятого и раздетого Старшего Магистра.

Здоровенный, сколоченный из грубо и неровно вырезанных досок местных деревьев стол наверняка больно колол и занозил лежащего на нём человека. Ещё больше ему доставляли неудобств воткнутые в кисти и лодыжки здоровенные кинжалы из зачарованной стали, кои заменяли мне металлические штыри.

По идее, генерал-майор уже должен был истекать кровью и орать от боли, но ни того, ни другого он не делал. Злой, напряженный взгляд карих глаз был сосредоточен, в лице читалось упрямство и готовность сдохнуть, но не сдаться. Особенно часто его глаза останавливались невольном участнике этого действа, которому я отвёл особую роль в происходящем.

— Может, всё же стоит прибегнуть к более… Традиционным методам полевого допроса? — боязливо поинтересовался Сопкин. — Всё же темная магия… Нелицензированное её применение, тем более на одном из чародеев высокого ранга Российской Империи, дело такое — церковь не простит, а на поле боя сейчас немало боевых монахов. Не хотелось бы попасть в их черный список…

— Война всё спишет, Миша, — хмыкнул я, наконец определившись с выбором и достав простой, посеребренный ритуальный кинжал и начиная его зачаровывать. — Война она такая, знаешь ли, сука безбожная, что пока ты на ней — можно всё. И если ты с этой неуёмной дамой совладаешь, возьмешь как следует за гриву и прижмешь к кровати, то ты — герой, и насрать, каким путем одолел. Ну а коли нет, коли это она тебя поимела, а не ты её — тут уж, брат чародей, и разницы особой нет, что ты творил. Конец всё одно будет херовый…

— Наш господин намекает, что победителей не судят, толстяк, — подал голос стоящий рядом Арсений. — Либо мы на коне, либо в могиле. Так что прекращай скулить и наблюдай молча.

После обнаруженного у Старшего Магистра весьма интересного кристалла с одним занимательным воспоминанием отношение к дворянину и Младшему Магистру, пребывающему ныне в почетном плену, с вполне вежливого сменилось на откровенно неприязненное и неуважительное. Может, найди я кристалл лично, я бы и не дал разойтись этой информации среди старших офицеров своей гвардии, но что поделать — сделанного не воротишь. Увлекшись изготовлением на ходу необходимых для предстоящего допроса пленника ритуальных артефактов-расходников, я совсем позабыл толком его обыскать, поручив его заботам Приходько и ещё двух Мастеров. Всё, что им необходимо было делать, это периодически вливать в пленника яд антимагии и сонные зелья, да следить, что бы он чего не учудил. И вот они-то и догадались сделать то, что их пустоголовый начальник позабыл — обыскать Старшего Магистра с пристрастием. Кстати, двух погибших чародеев этого ранга они тоже обыскали, и добыча оказалась весьма неплоха — боевые и защитные артефакты с наборами боевой и лечебной алхимии, которую те не успели толком использовать.

Любопытный Приходько и не подумал сдерживать любопытство и просмотрел записи в кристалле. И обнаружилось там немало разной грязи о разных дворянах, большинство из которых нам были неведомы. И уже с этой информацией побежал ко мне, но вот только перед этим успел растрепать своим напарникам о Сопкине. Те же — остальным…

В целом, мне как правило плевать, кто как развлекается — за три века жизни я успел повидать всякого. Гаремы, оргии и прочее — всё это меня не трогало, но вот только в здешней России подобные развлечения, пусть и были доступны богатым и могущественным, но они не афишировались. Особенно противоестественные игрища с молодыми четырнадцатилетними мальчишками… Выйди подобное в свет — и Сопкину останется разве что бежать из страны, уходить в монастырь или покончить с собой. Общественное обсуждение будет слишком велико, от него даже Род скорее всего отвернется — в общем, жуткий, жуткий скандал.

И потому он был теперь у меня в кулаке. Вот только кристалл был лишь репликой, которой хватит лишь ещё на десяток использований — оригинал с собой тащить на боевую операцию дураков не было. Копию-то взяли как раз для того, что бы принудить его к подчинению уже здесь. Но ничего, я уже придумал, как заставить его служить мне. Никуда ты уже не денешься, господин Младший Магистр…

Жалости к нему я не испытывал. Плевать на кристалл, куда он сует свой отросток и кому позволяет его в себя меня трогало мало, слишком я зачерствел душой — но вот то, что он вышел против меня и пытался убить я прощать не намерен. И никакие оправдания ему бы не помогли — да пусть хоть вся его родня будет в руках шантажистов, это уже не мои проблемы. Назвался врагом — будь готов к последствиям. Так что не зря Сопкин потеет, нервничает и не знает куда себя деть, ой не зря…

— Ну что, Магистр, поговорим? — обратился я к пленнику. — Да не сверкай глазами,