"Дорогой барон". Компиляция. Книги 1-41 - Сириус Дрейк

— Насколько?

Лора помолчала. Она крайне редко молчала перед ответом, и каждый раз, когда это происходило, она обрабатывала огромные объемы данных.

— Прогрессия нелинейная. Если ты останешься в одном городе больше суток, следующий метеорит может быть крупнее. Если больше трех суток… — она покачала головой. — Мне нужно больше данных, но направление понятное. Ты ходячий маяк для метеоритов, и с каждым днем сигнал становится сильнее.

— И чем сильнее я становлюсь, тем сильнее притягиваю… неприятности.

— Именно. Созидательница дала тебе статус божества, но забыла предупредить, что к нему прилагается космическая система оповещения для всей дряни в радиусе… — она задумалась. — … Ну, планеты.

— Удобно. Раньше за мной гонялись наемники и убийцы. Потом к ним добавились злые аристократы. Потом главы государств и божества. А теперь еще и метеориты.

— Зато тебе никогда не будет скучно, — ответила Лора. — Если тебя это утешит.

Не утешило.

Я выключил телевизор и прошелся по комнате. Значит, мне нельзя долго оставаться в одном месте. Нельзя жить в поместье, нельзя жить в Кремле, нельзя жить на Сахалине. Нигде нельзя. Куда бы я ни пришел, через пару дней с неба свалится очередная гадость.

— Лора, в дальнейшем это может обернуться катастрофой. Мне нужно решение.

— Пока решение одно: не сидеть на месте. Ты ведь и так редко сидишь, если подумать. Но на будущее… — она замялась. — Если эффект продолжит усиливаться, нам придется искать способ его подавить.

— Может, Рита, — предположил я, — если мы ее соберем, хоть как-то поможет?

— Или Рита, — согласилась Лора. — Еще одна причина собрать ее как можно скорее.

За окном послышался шум моторов. Кремлевская делегация приехала раньше срока. Подойдя к окну, я понял, что нужно действовать на опережение.

— Лора, слушай внимательно. Собери все данные по моим каналам. Проанализируй течение энергии и все различия статуса божества со статусом мага. Мне необходимо понять, можно ли ускорить процесс восстановления новых каналов. Можно ли подавить божественные способности… Вообще, хотелось бы понять, что это за способности, и что я могу, кроме возможности убивать божеств окончательно.

— Поняла, — кивнула она и исчезла.

* * *

Во двор въехали три черных бронированных автомобиля с имперскими флажками на капотах. Из первого вышел офицер в парадной форме кремлевской гвардии. За ним четверо вооруженных солдат с квадратными челюстями. Выстроившиеся у входа гвардейцы моей личной охраны с нескрываемым интересом наблюдали за прибывшими. Андреев с крыльца скомандовал «смирно!», и все вытянулись как на параде.

Теперь мой выход. Натянув куртку, я вышел на крыльцо. Офицер кремлевской гвардии, сделав три строевых, вытянулся и проговорил:

— Ваше Величество, капитан Ларин. Мы прибыли для сопровождения вас в Кремль.

— Так быстро? Мне сказали сорок минут.

— Указание было «как можно скорее», — невозмутимо ответил офицер. — Позвольте объяснить ситуацию.

Я кивнул.

— Вчера вечером в Москве было совершено покушение на короля Пруссии. Кортеж, в котором он ехал, атаковали на подъезде к гостинице и прямо в центре города. Его Величество принял решение собрать всех участников встречи заранее и разместить в Кремле под усиленной охраной. Каждому участнику предоставлены апартаменты.

— Король Пруссии жив?

— Жив. Его охрана отбила нападение. Но инцидент показал, что перемещения по Москве небезопасны. Решили не рисковать.

Ну разумеется… Стоило только запланировать мирный день, и на тебе, покушение на пруссака!

— Лора, — мысленно обратился я к помощнице, — как думаешь, это связано с Нечто?

— Может быть связано, а может не быть. Но совпадение подозрительное. Прямо перед собранием? Классический ход, чтобы посеять панику. Хотя, может, и у самого прусака есть враги в Империи. Сам понимаешь… Времена нынче такие…

— Капитан, — я повернулся к офицеру, — а вы в курсе, что час назад на Москву упал метеорит?

— Так точно. Купол его остановил.

Я улыбнулся.

— Тогда, пожалуй, это правильное решение — собрать всех в Кремле. Знаете, мне кажется, именно я должен защищать участников.

Офицер моргнул. Видимо, он привык к более стандартным ответам вроде «так точно» или «благодарю».

— Данила! — крикнул я в сторону гаража. — Мы едем!

Из-под машины высунулась кепка.

— Всегда готов! А я поведу?

— Нет, Данила, нас повезет кремлевский кортеж.

На его лице промелькнуло разочарование, как у ребенка, которому не дали конфету.

— А можно я хотя бы за ними пристроюсь? На своей ласточке?

— Ладно, — сдался я. — Только не надо делать что-то странное на дороге.

— Но ведь…

— Данила!

— Понял, понял…

Я забежал в дом, забросил в пространственное кольцо пару вещей и написал СМСку Маше со Светой: «Еду в Кремль. Нас решили собрать заранее. Все в порядке. Целую.»

Через десять секунд пришел ответ от Маши: «Будь осторожен! У нас все хорошо. Передавай привет Катюхе.»

Я улыбнулся и кивнул офицеру.

Зачем ему говорить, что уж если на нас и нападут МОИ враги, то гвардейцы меня точно не спасут. А будет, скорее, наоборот.

* * *

Австралия.

Городок Брум. Западное побережье.

Городок вымер.

Не в том смысле, что все уехали. В том смысле, что никто уже не хотел уезжать. Людям было все равно.

Нечто-Буслаев стоял на крыше единственного трехэтажного здания и смотрел вниз. Жители бродили по улицам города с пустыми глазами. Некоторые неподвижно стояли посреди дороги. Другие дрались. Третьи рыдали. Мужчина в фартуке фармацевта бил витрину собственной аптеки. Женщина сидела на тротуаре и, улыбаясь, ела камни.

Хаос.

Не тот хаос, что приходит с войной. А тот, что рождается внутри. Когда разум перестает отличать нормальное от безумного.

Буслаев смотрел на это без удовольствия. Просто наблюдал.

— Впечатляет, — раздался голос за его спиной. — Хотя я предпочитаю более изящные методы.

Он обернулся. Существо стояло в тени водонапорной башни. Высокое, тощее, с непропорционально длинными руками. Вместо лица была гладкая поверхность цвета слоновой кости.

— Ты опоздал, — сказал Буслаев.

— Я пришел вовремя, — возразило существо. — Опоздавший это тот, кто не приходит совсем. А я всегда прихожу.

Буслаев посмотрел на него абсолютно черными глазами.

— У меня к тебе дело, — произнес он голосом, в котором переплетались два тембра: собственный, чуть надтреснутый, и второй, глубокий, вязкий, словно текущая смола. То был