Участковый - Галина Дмитриевна Гончарова

Но… попортить.

Мальчишка останется жить, но будет тихим, смирным и лежать дома. Что еще надо?

Так Вера и поступила. Принялась чуток подтравливать мальчишку, потом наслала на него порчу… Коля, конечно, носился с ребенком, как с куриным яйцом. Хотя там, по справедливости, и своих бед хватало – проклятие дремать не собиралось.

Все получалось неплохо. От пасынка Вера в итоге избавилась, и виноватой не осталась.

Но Коля…

Почему он стал ей изменять?!

За что?!

Вот просто – как такое могло случиться!?

Вера задавала себе этот вопрос, раз за разом, но ответа найти не могла. Нет, никак не могла… Чего не хватало Коле?

Внешности?

Магии?

ЧЕГО?!

Вера отдавала себе отчет, что она не так уже хороша, юна и свежа, но… живут же люди! И неплохо живут, и никто никому не изменяет, и рады все и счастливы… Коля и сам не мальчик уже…

Магия?

Ну так что же? Это как зеленые глаза – дано не всем, но живут ведь люди и с серыми, и с карими глазами, и не жалуются! Что в этом такого страшного?

Что?!

Вера в себе недостатков не находила. А Коля легко находил любовниц… и это было больно. Очень больно и очень обидно…

Когда Вера впервые встретилась с Виталием?

Да случайно!

Виталий приехал за старинной книгой, а Коля на тот момент задержался у любовницы.

Вера предложила гостю подождать – и Виталий не стал терять время даром. И вовсе не в том смысле, что у вас за смыслы такие, пошлые?!

Виталий просто начал обычную светскую беседу. Слово за слово, и Вера нашла в вампире много общего с собой. Да, как это ни забавно…

Одна – обычный человек, второй – вампир из низших, который никогда не станет самостоятельным… костюмчики-машинки?

Да кому это важно?

Даже самый зачуханный вампир может сколотить себе состояние! Да только толку с того?! Если в любой момент тебя прогнут и поимеют… Хоть в буквальном, хоть в переносном смысле слова!

Вера не стала любовницей вампира. Для нее по-прежнему не было других мужчин, кроме магистра. Но подругой…

Они встречались, разговаривали, Виталий даже кровь Веры пробовал несколько раз – это уж вовсе знак доверия, нешуточный, по любым меркам… и однажды Вера просто не выдержала.

Разревелась на груди у вампира.

Есть все-таки у этих клыкастых определенное ментальное воздействие, даже у самых слабых. Хотя Виталий клялся и божился, что ничего не применял.

Может, и не врал.

Накипело, да и выплеснулось, чего уж проще?

А там слово за слово…

Первым о ритуале передачи силы сказал Виталий.

Вера решила, что ей это подойдет, но… во-первых, хотелось попробовать сначала на ком-то другом. Дело нешуточное…

Силу получить хочется, но хочется при этом и выжить!

Во-вторых, а от кого ее передавать?

В третьих, как обставить ритуал?

В-четвертых, что потом сказать супругу?

Вера понимала, что ритуал передачи силы сделает ее ведьмой. А это уже совсем другой расклад… надо было все точно просчитать.

Время шло.

Родители Веры умерли и оставили ей неплохое состояние. Половину ей, половину брату… Вера не возражала. Колю она за это время изучила, жадноват он, да и на нее достаточно много всего записано, она и в курсе некоторых его махинаций…

Вера получила достаточно денег, чтобы открыть себе доступ к древним инкунабулам. И наткнулась на упоминание капища Стрибога.

Принялась копать.

Виталий помог – и достаточно скоро заговорщики узнали много интересного. Но пока еще не действовали….

Вера сорвалась с цепи, когда Николай не просто пошел налево – это с ним частенько бывало. Но когда он влюбился всерьез и стал приходить в помаде, рассеянный и отвратительно довольный…

Когда постепенно принялся переводить имущество на себя… ясно же – разводиться вздумал!

Когда проконсультировался по этому поводу у юриста…

Мудрому достаточно, а дурой Вера не была никогда.

Одержимой, влюбленной, но не дурой ведь! Это вещи разные!

Вот тут ее и сорвало всерьез. Она поговорила с Виталием – и они заключили договор.

Вере нужна была сила.

Вампиру нужна была сила.

Так и началось это предприятие. Они нашли подручных, отыскали подходящих людей – доноров для передачи силы, но в первый раз не смогли открыть капище.

Второй раз – опять не хватило силы. Ошибка в расчетах.

А теперь…

Теперь Вере сила нужна была не только ради самой силы.

Коля, Коленька, что же ты наделал?

Кто тебя просил во все это лезть? Чуть-чуть потерпеть осталось, самую малость! Самую чуточку!

И у нее была бы сила, и они были бы вместе…

Мальчишка?

При мысли о пасынке Вера, как и всегда, нахмурилась.

А все так хорошо складывалось! Еще немного – и его бы просто насмерть уходили медики. А Коля остался бы только ее.

Они были бы вместе. И проклятие она бы преодолела, сила Стрибога и на это способна! Вера это точно знала.

Но…

Что-то Коля заподозрил. И даже попробовал ее допросить… по счастью, он не знал про Виталия. А если вампиры в чем и хороши, так это в магии разума.

Некромантия, подчинение животных, немного метаморфизм – у старших, и – магия разума. У всех кровососов.

У Виталия она была особенно сильной, через его защиту даже старшие не всегда проходили. Виталий сам пропускал кого хотел, позволяя увидеть только часть его мыслей. И о сообщнице он тоже позаботился.

Коля увидел то, что хотел.

Раскаяние, удивление, но – никакого чувства вины. Вообще никакого.

Она ни в чем не виновата, да Вера себя виноватой и не чувствовала. С чего бы?

Ее не спрашивали, хочет ли она пасынка! А она хотела сына! И дочку. Своих, родных, от Коленьки… сейчас это вряд ли получится.

Сейчас…

Когда Вера почествовала супруга пепельницей, она не растерялась. Не было ни слез, ни криков, ни ступора – ничего из того, что красиво описывают авторы романов. Вера жестко и холодно калькулировала ситуацию.

Муж еще дышал несколько минут. И ей хватило.

Вера опрометью кинулась в спальню, достала из потайного отделения шкатулки пробирку – и вытряхнула магистру в рот несколько капель крови.

И Николай ее проглотил.

Пусть в агонии, но проглотил ведь!

Этого – достаточно.

Высшие вампиры могут поднять мертвых. Не как зомби, не как упыря – как вампира. Если умерший при жизни выпил крови вампира, то у кровососа будет над ними власть.

Получится ли у Виталия?

Сейчас у Веры было несколько шансов. И она думала, что все не так уж и плохо складывается.