Полное посмертное издание. Компиляция. Книги 1-28 - Вадим Владимирович Денисов

сохранили, а первый, блокирующий дорогу к Северо-Енисейскому, снят, людей там не осталось. Четвёртое убежище – компактно расположенный комплекс зданий и сооружений комбината «Маргансиб», защищённый периметром, ограда которого усилена острыми штырями. Работники предприятия с семьями укрылись там.

Пятое и шестое – пара жилых кирпичных двухэтажек. В пятом мы с друзьями и несём службу, это наш позывной. В компании со мной Новиков, Сомов, Степан и Максим Мазовецкий. Ильяс Сарсембаев и Гинзберг находятся в соседнем здании, с ними двое мужиков из самообороны. Если оценивать в общем, то народу в двухэтажках немного, большинство предпочло более надёжные, как им показалось, убежища. Чёрт его знает, правильно они сделали или нет.

Степан в качестве наблюдателя уже занял было позицию на крыше, но вскоре прибежал назад, сообщив, что обстановку отлично контролируют соседи, а ему под хмурым небом скучно, и вообще, он имеет право тоже стать слушателем. И я разрешил.

– Всё определяет высота, на которой раскроется носитель, – Макс, поправив на носу очки, продолжил прерванный жутким звуком сирены рассказ. – Люди, первыми начавшие работать над программой, исходили из того, что мы имеем дело именно с метеоритами и астероидами, то есть это физические тела, а не лучи. Носители, по их соображениям, непременно должны были иметь материальную основу, некий каркас, содержащий своеобразную агломерацию – комплект информационных пакет-контейнеров, которые раскрываются в строгой последовательности. Так считали ещё в восьмидесятых. Позже пришли к выводу, что это энергетический сгусток. Представьте, что он сформирован на конце луча, так вам будет проще.

– То есть это именно цифровые пакеты в кодировке? – нетерпеливо переспросил Сомов, которому хотелось узнать всё как можно быстрей и отправиться наверх с пулемётом.

– Можно сказать и так, если вам хочется. Но мы достоверно не знаем, что это за «цифра» и «кодировка», поэтому предпочитаем использовать слово «информационные», так закладывается больший люфт на исправление будущих ошибок… Понятно, что ещё никто не имел дело с пакетом, который не раскрылся, конкретных представлений нет, а все термины весьма условны… Итак, всё дело в высоте раскрытия. Если метеорит, будем называть объект всё-таки так, традиционно, взорвётся – а это и есть момент раскрытия – на слишком большой высоте, то феномен силу не наберёт. При этом первый инфопакет, инициирующий, всё равно исправно приземлится и внедрится в любом случае, практика это доказывает.

– И что в нём? – я тоже поторопил докладчика. В этих краях быстро отвыкаешь от чрезмерно длинных монологов.

– Полевой синтезатор, который каким-то образом сам себя строит в соответствии с исполнительной программой, он собирается из вещества мишени. Что это за устройство и как именно оно выглядит, нам неизвестно. Взрыв даёт ему энергию, необходимую для начала работы… – он развёл руками и, виновато улыбнувшись, продолжил рассказ:

– Мужики, здесь вообще много неясностей, на которых лучше не останавливаться, вам они не нужны… Существует версия, согласно которой полевой синтезатор содержится в тончайшем слое первичного пятна контакта, весьма небольшого, которое сразу же оказывается ещё и постепенно увеличивающимся пятном генерации. Вот так. Синтезатор начинает работать, и к нему устремляются инфопакеты из раскрывшегося на высоте основного контейнера. Если высота раскрытия слишком велика, то инфопакеты, быстро распадаясь в атмосфере с потерей энергии и, собственно, заключённой в них информации, либо вообще не долетают до поверхности мишени, либо же цели достигает лишь малое количество. Именно так, кстати, произошло в случае с Первым Челябинским метеоритом – носитель раскрылся очень высоко, и инфопакеты основного контейнера в подавляющем большинстве самоликвидировались. Однако какое-то их количество всё же достигло пятна контакта. Тем не менее в тот раз по нашей линии феномен беспокойства почти не доставил.

– Точно, совпадает! Андрей, тот самый спецназовец, что подогнал мне АК-105, именно так и сказал: управились быстро, – вспомнил я.

– Видишь, кое-что ты уже знаешь, – еле заметно улыбнулся Мазовецкий.

– Подожди, Макс. А эти пакеты из основного контейнера и есть монстры? – спросил Гумоз.

– Информация о них, только информация, – поправил его Мазовецкий. – Синтезатор её загружает в себя, перерабатывает и генерирует живые существа. Материалом служит сам рельеф, грунт и всё то, что в нём, как и на нём находится. Твари появляются на свет, и уже в ближайшие часы достраиваются, добирают всё необходимое из любой органики. В ход идёт и флора, и фауна.

– Значит, они и комаров жрут, – авторитетно заявил стоявший у окна Стёпка, – их у нас тут навалом, жри не хочу.

– Комаров? – Макс задумчиво уставился на пацана. – Я не размышлял на эту тему, не мой профиль. А что, вполне может быть.

– Молодец, Стёпка, кучно положил! – громко хлопнул себя по коленям Гумоз. – А ещё мошку с паутами! То-то я и смотрю, что в этом сезоне кровососов существенно меньше стало. А их жрут.

– Да подождите вы со своей мошкой! – возмутился я, потянув его за рукав – Ишь, расфантазировались, как писатели! Это сколько же надо мошки сожрать, они вам что, птички-ласточки шустрые?

– Максим же сказал, что твари добирают недостающее, может, самую малость, микроэлементы всякие, – не сдавался Сомов. – Ну и птичек, гнёзда там, яйца, леммингов…

– Хватит, мужики, продолжай, Макс, – предложил я. – А как вы всё это установили?

Тут он недовольно скривился.

– Есть определенные методики и технологии, но про это вам точно ничего не надо знать, чтобы не пришлось впоследствии расстреливать… Я говорю лишь о том, что позже наверняка будет сообщаться и широко обсуждаться.

– Ясно. А Первый Тунгусский? – спросил Дмитрий.

– Вот тут интересно! Первый метеорит упал не совсем удачно, однако раскрытие всё-таки обеспечило успешное сохранение более или менее большого количества инфопакетов.

– И твари побежали, – продолжил мысль я.

– Побежали, Никита, конечно. В гораздо меньшем количестве, но побежали… Правда, в то далёкое время посёлков и городов на малом и среднем удалении от эпицентра не существовало. По большому счёту, миграцию существ и наблюдать-то было некому. Тем не менее всплеск мифологии и новой легендарики у местных народов произошёл. А дальше сплошная загадка… Ряд наших исследователей полагает, что успешное или относительно успешное начало работы синтезаторов каким-то образом обеспечивает обратную связь, посылает сигнал-отчет отправителю. По каким-то параметрам место падения Первого Тунгусского отправители признали перспективным. Спустя некоторое время ими были отправлены «пробники», как мы их называем, очень небольшие астероиды, которые трудно своевременно заметить.

– А потом жахнул Второй! У которого носитель раскрылся вполне качественно! – вскочил Мишка, обрадованный своей догадкой.

– Он раскрылся практически идеально, – тихо произнёс Мазовецкий. – За последний век подобных наблюдений не было.

– Пристрелялись, сволочи… – сквозь зубы молвил Новиков.

– Удивительно верное, ёмкое и точное определение! – воскликнул секретный учёный самым радостным голосом. – Совершенно верно, именно Эвенкии