"Дорогой барон". Компиляция. Книги 1-41 - Сириус Дрейк

Трибуны загудели. Лора вывела передо мной данные по Абдалле: рост, вес, предполагаемый ранг, история боев. Информации было мало.

— Абдалла ибн Рашид, правитель Великого Халифата, — зачитала она. — Возраст неизвестен, предположительно около ста двадцати лет. Ранг: Маг Высших сил. Специализация: огонь и ветер. Известен тем, что лично остановил три прорыва на в одиночку. Любит ближний бой. Оружие: двуручная сабля «Зуль-Факар», раздвоенный клинок, артефактный, режет магические щиты.

— Артефактная сабля с раздвоенным клинком? — удивился я.

— Ага. Редкая штука. Если попадет, мало не покажется. Будь внимателен.

Абдалла спустился на арену один. Халат он скинул и остался в плотной боевой рубахе, расшитой рунами защиты. Из-за спины вытащил саблю. Клинок и правда раздваивался у основания, образуя два параллельных лезвия, между которыми мерцала тонкая полоска оранжевого света.

Красивое оружие. И опасное.

Мы встали друг напротив друга на расстоянии в десять метров. Арена замолчала.

— Лора, протоколы?

— Активирую «Иерихон» в фоновом режиме и только в крайнем случае. Болванчик в режиме защиты. Ерх пока не доставай, начни с родового. Посмотрим, что он умеет. Заодно украдем у него все техники.

Я вытащил из-за спины родовой меч. Рукоять легла в ладонь привычной тяжестью. Абдалла отсалютовал саблей и принял стойку: ноги широко, центр тяжести низко, клинок у правого плеча. Классическая позиция для бойца, который привык атаковать, а не обороняться.

— Начинайте! — крикнул Перестукин, выполнявший роль судьи.

Абдалла двинулся первым. Быстро, гораздо быстрее, чем я ожидал от человека его комплекции. Сабля рассекла воздух с характерным свистом, оранжевый след растянулся за ней, как хвост кометы. Удар шел косо, сверху вниз, метя мне в левое плечо.

Я ушел вправо и отбил клинок родовым мечом. Столкновение высекло сноп искр, и меня протащило по земле на полметра. Силы в ударе было неприлично много для простого замаха.

— Ого, — оценила Лора. — Этот дяденька крепче, чем кажется. Давление куда выше, чем у Фанерова, когда тот был в форме.

Абдалла не дал передохнуть. Второй удар пошел снизу, потом обратным хватом сбоку, и еще один, круговой, от которого мне пришлось присесть. Раздвоенное лезвие прошло над головой, оставив в воздухе дымный след.

Быстрый. Техничный. Уверенный. Абдалла действовал профессионально и хладнокровно. Видно, что он занимался этим всю свою жизнь.

Я перехватил меч двумя руками и пошел в контратаку. Прямой выпад в грудь, уход, косой снизу, разворот и удар с левой. Абдалла парировал все четыре, но на последнем его сабля задрожала, и он отступил на шаг.

— Неплохо, — бросил он, перехватывая меч поудобнее. — Для юноши.

— Спасибо. Для старика вы тоже хоть куда.

Абдалла усмехнулся и ударил снова. На этот раз саблю охватило пламя. Огонь побежал по двойному лезвию, каждый удар оставлял в воздухе горячий шлейф. Температура вокруг нас подскочила градусов на двадцать.

Я отбил первый пылающий удар родовым мечом и почувствовал, как жар прошел сквозь клинок и отдался в ладони. Горячо, но терпимо. Второй удар я принял на щит Болванчика, который за долю секунды вырос из браслета. Металл зашипел.

— Миша, его огонь артефактный, — предупредила Лора. — Температура растет с каждым ударом. Через минуту он разогреет саблю до точки, и родовой меч начнет деформироваться. Но у нас достаточно скопированных техник.

— Понял. Меняю тактику.

Я убрал родовой меч в кольцо и достал Ерх. Живой меч мгновенно задрожал, будто пробуждаясь после сна. Руны на клинке вспыхнули голубым. Абдалла в ответ на замену оружия чуть замедлился. Его глаза оценили Ерх, и в них мелькнуло что-то новое.

Не страх, нет. Интерес.

— Красивый клинок, — проговорил он.

— Он тоже так считает, — ответил я, и польщенный Ерх завибрировал.

Абдалла атаковал с удвоенной скоростью. Пылающая сабля рисовала в воздухе огненные дуги. Один, два, три удара подряд, без передышки. Я парировал Ерхом, и каждый раз, когда лезвия встречались, огонь на сабле гас в точке контакта. Ерх резал магию так же легко, как резал все остальное.

Абдалла это понял и отскочил.

— Этот меч гасит мою магию, — констатировал он, и в голосе не было обиды, только холодный расчет.

— Да, — подтвердил я. — Поэтому как насчет закончить разминку и перейти к серьезной части?

Трибуны притихли. Абдалла смерил меня долгим взглядом, усмехнулся и опустил саблю.

— Ты знаешь, Кузнецов, — произнес он, и впервые за весь вечер его голос прозвучал без надменности, — в Халифате есть поговорка: «Не суди воина по первому удару, суди по тому, как он держит меч после сотого». Твоя рука, как я погляжу, все еще тверда.

Он вогнал саблю в землю и выпрямился. За его спиной в воздухе начали веером появляться десятки огненных клинков. Все медленно повернулись ко мне остриями.

— Готов? — улыбнулся Абдалла.

— Обижаете.

В ту же секунду все клинки разом полетели в меня. Вариантов было много. Отбить все атаки Болванчиком. Поставить купол защиты. Или просто увернуться. Я решил сыграть на публику, и начал красиво двигаться, специально работая на камеру.

Народ на трибунах моментально взорвался аплодисментами. Когда атака прекратилась, я отряхнулся.

— Это все?

Абдалла удовлетворительно кивнул.

— Я удовлетворен. Продолжать не вижу смысла, ибо убивать друг друга нам запрещено, а все остальное приемы мы друг другу уже показали. Теперь очередь моих бойцов.

Я опустил Ерх. Клинок недовольно дрогнул, ему явно хотелось продолжения.

— Потом, — шепнул я мечу. — Вечер только начинается.

Абдалла развернулся к трибуне и жестом подозвал Фарида и Касима. Бритоголовый вскочил так быстро, будто ждал этого весь день. Касим поднялся чуть медленнее, бросил последний взгляд в сторону Рыцарей и зашагал к арене.

— Миша, — шепнула Лора, выводя данные по обоим магам. — Два Мага Высших сил одновременно. Будет интересно.

— Как раз хотел проверить, чему ты меня научила.

— Ты что? Думаешь, если проиграешь, можно на меня все свалить? Ты че, инсульт хочешь? Я могу.

Я посмотрел на Абдаллу.

— Надеюсь, оба одновременно?

Абдалла уселся обратно на трибуну, закинул ногу на ногу и впервые за весь день позволил себе улыбку. Широкую, как у человека, который выложил на стол козырного туза и ждет реакции.

— Оба, — ответил он. — Одновременно. Мои лучшие бойцы против тебя одного. Покажи, что ты достоин вести отряд Земли, царь Сахалина Кузнецов.

Трибуны взорвались овациями. Камеры повернулись ко мне. Перестукин вскинул