Брутфорс 1-6 - Иван Катиш

результат: мы временно без министра, и обижать нас будут все кому не лень, если исполняющая обязанности не справится. А конкуренты с других территорий не планируют делать ничего полезного. Поэтому задачи наши следующие: заменить дефектные элементы в северных библиотеках в полном объеме. И пресечь поступления нового брака. Справиться с этой задачей надо до конца мая. Бесконтрольный обмен элементами между библиотеками уже запрещен, нам это должно помочь. Поэтому есть повод полноценно ускориться.

Швед подумал, что, конечно, здорово, что у него изъяли Мавра с Рицем, но другие могут оказаться еще хуже. Но одернул себя: бери что дают, бери и беги, вот девиз недели.

— Объявление о дополнительном наборе в инкубатор я сделаю завтра на утренней лекции. Не думаю, что кто-то откажется. Но собеседование с каждым все равно проведите для приличия.

Швед кивнул. Одна хорошая новость, одна плохая, в сумме то на то будет. Ну будет у него немного побольше народу. Надо будет глянуть на список что ли. Швед понадеялся, что они поместятся в нынешнем помещении, он уже там прижился. И чего Рицу не сиделось в лаборатории, отличная же комната. И коллектив.

* * *

Со Шведом и Марго мы договорились, что я удаляю свежесозданный кактус из мини-лабы, потому что там ему не место, и переношу к Трилобитам. А уже в нашей лаборатории в свободное (в свободное! а не в какое левая нога захотела! подчеркнул Швед) время провожу с ним дальнейшие эксперименты.

Ничего с этой штукой я делать пока не планировал, но об этом я никому говорить не стал. Василий оказался мегаполезным, осталось только придумать, как его использовать и как заманить на свои проекты. Но пока предстояло сосредоточиться на удалении созданной нами детали, которая как назло намертво встала поперек комнаты. И, если честно, действительно мешала.

Что думал по этому поводу Василий, я выяснить не успел, потому что в тот вечер мы со Шведом еще два раза срывались на крик, несмотря на присутствие Марго. Потом я писал контрольную, а потом два вечера пытался сообразить, как вынести свою деталь из мини-лабы, не рассыпав ее в труху.

В конце концов, махнул рукой, включил рассеиватель элементов для фоновой нагрузки и тупо нарубил руками наш кактус на куски. Вот их и заберу. Надо только придумать в чем.

Я огляделся. Что-то я не подумал. Придется их связать как дрова, в рюкзак они не войдут. А чем связать-то? Неужели придется делать новые крепления из органики? А что, это мысль!

В комнатке сидеть было приятно. Никто не дергал, и можно было заниматься ерундой. Я и переходники сваял здесь же, не прибегая к оргудаву, чтоб не выносить его из нашей комнаты и не злить Шведа лишний раз. Хорошо, тихо. Никто не сидит на голове.

Хотя подозрительно, что Швед еще не заходил по мою душу, вчера два раза прибегал. Зато час назад внезапно зашел Рудник, застал меня в процессе уничтожения трубы, поцокал языком, посмеялся и обозвал дровосеком. Честно говоря, и впрямь было похоже. Хотя никаких деревьев я в жизни не рубил, только полешки колол у бабушки.

Профессор поинтересовался моими планами на импровизированные дрова, попросил один из фрагментов для изучения и предложил позже обменяться впечатлениями. Я, конечно, согласился. Рудник мне нравился, жаль повода не было чаще общаться. У нас он почти ничего не вел, а в инкубаторе мы с ним не пересекались.

— Да, — вспомнил профессор. — Хотел сказать вам спасибо за Василия, он очень вдохновлен вашим проектом.

Рудник повертел в руках кусок «дров».

Я хмыкнул. Не заметил я у Василия никакого вдохновения. Профессор, видимо, понял, о чем я думаю, потому что тут же продолжил.

— Если вы этого не заметили, то только потому, что он беспокоился о том, что испортил ваши отношения со Шведом.

— Да ну, — махнул я рукой и рассыпал свою вязанку.

Фрагменты бывшего кактуса раскатились по столу. Рудник подхватил фрагмент, докатившийся до него, и вернул мне. Я подсобрал имущество, размышляя, что ответить.

— Скажите ему, пусть не берет в голову. Я все время с кем-нибудь ссорюсь, но если есть совместные дела, то мы уж как-нибудь вырулим. Мне и самому не очень это нравится, но оно так само выходит. В любом случае ссора произошла не из-за Василия, а потому что кто-то многовато на себя берет.

Рудник прищурился.

— И это не я! — добавил я для ясности.

Профессор улыбнулся.

— Нет, серьезно, я благодарен. Способностями Василия впервые за долгое время кто-то заинтересовался. Он слишком привык, что идет бесплатным приложением к команде.

— Не таким уж бесплатным, — хмыкнул я. Зарплаты у команды Майи были существенно выше моей. Хотя если посчитать выплаты за некоторые элементы, которые мне шли с прошлого года, я их почти догнал.

— Я в эмоциональном смысле, — подчеркнул профессор.

— А! — сообразил я. — Ну ок. Но у него и правда редкие способности. У меня таких нет.

«Это что же, подумал я, Рудник тоже не знал, что с ним делать? А теперь знает? Ну пусть эта трубка ему поможет, раз такое дело».

Профессор посмотрел на меня через полую трубку как через подзорную трубу.

— Интересные вещи у вас получаются.

Я пожал плечами.

— Да, только конкретно этот предмет пока низачем не нужен. Я и затеял эту историю от нечего делать. Если честно. Из-за чего мы и поссорились со Шведом. Если б он не орал как резаный, я бы с ним даже согласился.

— Пожалуй, я вас понимаю. Тоже не люблю, когда на меня орут, — улыбнулся профессор и встал. — Не буду отвлекать, будем ждать ваших новых изобретений.

Я кивнул, не зная, что стоило бы ответить, но Рудник уже исчез за дверью. Я перетянул резинкой хвост. Сходить подстричься что ли? Но вроде повода нет. Так-то хвост можно было выращивать бесконечно.

Вернувшись к задаче создания креплений, я усмехнулся. Скоро всё буду делать из органики. Но ничего у меня не вышло. Подлый Швед отрубил мне доступ к кондиционированной массе. При попытке обращения к хранилищу выплывала надпись: доступ только из группы Трилобитов. Придется подниматься наверх, что ли? А дрова здесь бросить? Нет уж, с собой заберу.

Я вспомнил, что в заднем кармане у рюкзака у меня хранятся ремни для поясного крепления, и точно. Хорошо, что я их нигде не бросил. Я скрепил их вместе и изобразил полноценную вязанку. Теперь я точно дровосек!

В дверь настойчиво постучали. Я открыл дверь и обнаружил на пороге Хмарь и Софью.

— А ты знаешь, что нас выгнали