Фантастика 2026-128 - Андрей Схемов

Месяц спустя.

Клан «Хранители сердца реки»

Уровень клана — 7. Население — 5 622

В следующие четыре недели в Казани была настоящая гонка прокачки. Печатки и человеки буквально соревновались друг с другом, кто достигнет наибольшей силы. Одновременно с этим росли уровни и лагерей.

— Доброе утро, Костя, — первым делом после пробуждения увидел я в интерфейсе аватар красавицы Айви. — Как спалось?

Ты знаешь, — поднимаясь с постели, ответил я.

Налив чашку кофе, я вышел в лоджию и глянул на свой лагерь.

Несмотря на раннее утро, снаружи было довольно людно и шумно. Одни мои соклановцы уже приступали к своим обязанностям, другие готовились к вылазке в город — кто-то в рейд, кто-то в патруль.

Ты сама где сейчас? — спросил я у Айви, наблюдая, как тяжёлый грузовой шаттл приземляется на посадочную платформу на другой стороне дамбы.

— Моё воплощение в паре сотен километров от Казани, — ответила напарница, которая с недавних пор совмещала роль моего системного оператора и самостоятельной охотницы. — Спешу сообщить, что других волевиков обнаружить по-прежнему не удаётся.

Жаль, — хмыкнул я, — было бы неплохо встретиться хотя бы с одним из них.

— Рано или поздно это произойдёт, — усмехнулась Айви. — Им сейчас сложно. Приходится в одиночку строить лагеря, зачищать ментальные зоны. Наверное, кто-то из них уже умер в битве с враждебной фауной.

Очень даже вероятно, — согласился я. — После снятия потолка уровней твари и монстры стали гораздо злее. А уж там, в пустошах, боюсь даже представить, что твориться.

— Вот ты где, — услышал я позади голос Алины.

Девушка, уже одетая в боевой костюм, намеревалась сегодня отправиться в рейд. Я же с ней давно уже не ходил в подобные походы. Она и сама отлично там ориентировалась. Да и в целом все открытые зоны давно уже изучены, и сюрпризов в них мы не встречаем.

— Пожелаешь мне удачи? — обняла и поцеловала меня моя харизматичка.

— Удачи, дорогая, — сделал я то же самое в ответ. — Не завидую твоим врагам.

— Они сами виноваты, — звонко рассмеялась моя девушка.

Проводив Алину и её отряд до ворот, я прошёлся по лагерю.

Люди, встречавшие меня, приветливо кивали. В кои-то веки все они жили в спокойные времена, где ты знаешь, что тебя ждёт завтра. Любые межклановые споры и конфликты, благодаря совету, решались быстро. Никаких войн в городе больше не было.

Но я чувствовал, что скоро всё изменится. Начнётся очередная эпоха перемен, в жерновах которой погибнет немало людей.

Несомненно, система придумала отличный план по возвращению человечества к первому уровню цивилизации по шкале Кардашева и формированию тени будущего. Но любой такой проект непременно оставляет на обочине истории всех, кто решает избрать иной путь.

Какой будет эта эпоха?

Скоро узнаем.

Так или иначе, моя история здесь заканчивается. Но для тысяч других волевиков всё только начинается. Я уверен, что кто-то из них пройдёт ещё более увлекательный и опасный путь, нежели мой.

Возможно, с некоторыми я даже встречусь лично.

— Костян, приём, — услышал я вызов по рации.

Это был Пал Андреич.

— Ты не поверишь, кого я только что встретил, — сходу перешёл «Капитан» к делу. — Мне, похоже, везёт на таких, как ты.

— Да ну? — взбодрился я, в предвкушении.

— Ага, — прохохотал тот. — Новенький волевик стоит прямо передо мной. Ещё недавно космос бороздящий. Говорит, что хочет встретиться с тобой.

Валерий Старский

Кровь Дракона

Пролог "Набат Бессилия"

Пролог

«Набат Бессилия»

Горько осознавать, что доверчивость, обычно присущая детям, иногда поражает и великих, потерявших бдительность от бесконечности своих грандиозных свершений и побед.

Мир Саромэ «Горячие ключи» – роскошный центральный парк Эрэны, столицы империи Морамар — особо охраняемая территория Боевой Башни Багрового Ворона.

Вечерело. Ярко-пунцовый небесный пахарь завершал свой обычный дневной путь и уже катил, всё быстрее и быстрее в свои темные звездные чертоги. Трели певчих птиц смолкали, наступала тишина, все вокруг окутывал дурманящий запах ночных цветов, с последними лучами жаркого кормильца раскрывающих свои светящиеся бутоны. Среди всего этого природного великолепия, помпезности загородных вилл и чистоты гранитных мостовых, словно соринка в глазу, плелся, шаркая ногами, нищий оборванец.

Странно, конечно, но при ближайшем рассмотрении лохмотья старика выглядели невероятно чистыми, и пахло от убогого очень необычно — дорогой ванилью. Да и шел он туда, куда такому как он и смотреть-то не следовало, не то что держать путь. Все это вкупе представлялось чем-то ненормальным… противоестественным что ли. Здесь явно было что-то не так, очень сильно не так.

Почему-то в дрожь бросало от одного только вида этой ковыляющей развалины. Почти осязаемо виделось, как вслед за субтильными, костлявыми плечами этого старика по ухоженной элитной улице невидимыми клубами накатывал холодный кладбищенский морок, сотканный из тоски и безысходности.

Пожалуй, если бы тут в данную минуту находился эмпат или какой другой разумный с развитым восприятием, он бежал бы отсюда без оглядки и раздумий. А уж тот, кто смог бы опознать этого уверенно хромающего парию с мертвецки бледным лицом, глазами замороженной рыбы и синюшными ниточками губ, и вовсе не задумываясь, воспользовался бы дорогущим портальным свитком, дабы поскорей убраться куда подальше от этого несчастного места.

Перед невероятной красоты коваными ажурными вратами центрального парка клана «Багровые вороны» стояли четыре здоровяка-охранника, как неприступные на вид боевые башни. Двухметровые, в блестящих полных доспехах из голубой стали. При массивных секирах, явно вышедших из мастерских подгорного народа. Весь комплект парадной амуниции стражников смотрелся не только невероятно богато и непоколебимо мощно, но и как ни странно, предельно функционально.

— Эй, шваль! Что тебе здесь понадобилось? — прогремел один из стражников, и шумно лязгнув доспехами, шагнул вперед, предупредительно приподняв боевую секиру.

— А ну давай-ка, двигай отсюда! Да побыстрей, грязь убогая, пока в канализацию навсегда не смыли, — с явным пренебрежением басом прогремел еще один из громил, присоединяясь к своему собрату, идеально повторяя движения предыдущего стражника.

Побирушка-нищенка даже не вздрогнул и не прекратил своего дёрганного движения. Он лишь по-старчески откашлялся и тоненьким, скрипучим, срывающимся на фальцет голоском ответил грозным стражникам:

— О-о-о, уважаемые… такой, как я швали здесь ничего не надобно… совсем ничего, кроме жизней ваших… Хотя?..

При этом старческом сомнении и гримасе деменции раздался треск, словно парус порвался.