Режиссер Советского Союза 1-8 - Александр Яманов

изображением шведки. А мадам Уэлч станет вообще недосягаема. Она действительно хорошо поработала над тем, чтобы её перестали считать куском красивого мяса и снимали исключительно в купальнике. Правда, так будут думать только продюсеры и режиссёры. Мужская часть зрителей, всё так же будет ждать её на экране с минимумом одежды, а лучше без неё.

В этот раз Дино хохотал дольше и очень заразительно. Только я не произнёс ничего смешного или необычного. Ракель просто изумительно сыграла роль стервы-разлучницы и интриганки. Эдакая классическая киношная злодейка, при этом очень красивая и обаятельная. Но ей никуда не деться от образа полуголой и простоватой красотки, который эксплуатируют режиссёры. Думаю, ей и дальше будут предлагать сценарии с упором на внешние данные. Только теперь у актрисы есть выбор. Я бы с ней ещё поработал, так как на площадке она превращалась в фанатика. Роли она просто зазубривала и никогда не ошибалась с текстом, но у англичанки были проблемы с артистичностью. Шведка, наоборот, часто путала слова, иногда веселя съёмочную группу. Вот только в роль она попала сразу и прогрессировала с каждым днём, как бы странно это ни звучало.

— Хорошо, я поговорю с Лоренсом, — пообещал Дино, — На площадке твоё слово закон, и это не обсуждается. Если какие-то эпизоды надо переснять, то приступай и не тяни. Их же можно сделать в павильоне? Или нужна натура и придётся опять возвращаться на Гавайи, или доделаете всё в Мексике?

— Я бы вернулся на острова с удовольствием! Сезон дождей давно прошёл, а в июне ещё не так жарко. Но меня бы устроила исключительно туристическая поездка. Знаешь, как тяжело смотреть на отдыхающих, когда тебе надо работать по двенадцать — четырнадцать часов? Я в океане искупался всего пару раз, даже толком не позагорал. Когда шли дожди или было пасмурно, мы работали в помещении. После наступления солнечной погоды, снимали натуру. Чего я рассказываю — ты же сам всё видел.

— Да, это было сильное впечатление. Даже Эванс был поражён дисциплиной и отлаженностью рабочего процесса. Он ещё спросил в шутку — наш режиссёр точно русский, а не немец?

— Ты же понимаешь, что для меня это шанс. Для тебя это возможность зайти на американский рынок. Я же понимаю, что второй возможности получить такой масштабный проект может и не быть. А если откровенно, её мне, скорее всего, не предоставят. Разве что я предложу что-то новое и оригинальное. Сейчас половина студий разбирает на атомы мою предыдущую работу. Уже через год голливудские режиссёры переосмыслят увиденное и выдадут не менее интересные работы. Конкурировать с ними, находясь в моём положении, просто бессмысленно.

— Не соглашусь с подобной оценкой твоей работы, Алекс, — продюсер эмоционально замахал руками, — Поверь, кому надо, по достоинству оценили твою работу «Любовь по расчёту». В Америке и Европе её уже переосмыслили, как ты верно заметил. Думаю, что уже скоро можно ждать выхода мелодрам, похожих на советский фильм, но адаптированных под местные реалии. Картину про войну, с учётом новых спецэффектов и методов съёмок, обсуждают на нескольких киностудиях. Только это тема специфическая, и мода на неё может быстро пройти. Поэтому тебя здесь не только ждут, но и будут отслеживать все твои ходы в СССР. Ты можешь дать боссам киноиндустрии то, на что не способны нынешние американские сценаристы — свежую идею. Большая часть голливудских киностудий не просто так находится в долговременном кризисе ещё с конца пятидесятых. Плюс твой уникальный стиль, который тоже начали копировать. Скажи, что ты там такого наснимал в Советском Союзе? Я тебе не говорил, но весьма уважаемые продюсеры с американского телевидения интересуются твоими работами. И ведь речь идёт о документальных фильмах! Они никогда не были особо интересны. А реклама? Мне известно, что вы с Франческо открываете свою студию в Париже. Только основные деньги крутятся здесь, мой друг.

Будто я не знаю, что в Америке вращаются основные деньги мира. Вот только не моя это страна. Даже с учётом того, что большую часть командировки я провёл на Гавайях и Мексике, моё мнение не изменится. Это же не мешало мне общаться с коллегами и наблюдать за западной культурой. Есть здесь что-то искусственное и лицемерное, завёрнутое в красивую упаковку. В СССР маразм цветёт и пахнет, но и Америка уже встала на путь морального разложения. Речь идёт не о вседозволенности в некоторых аспектах жизни. Просто началось смещение базовых европейских ценностей в сторону классического общества потребления. Наш народ пока живёт иными идеалами, и дело не в идеях коммунизма. Само советское общество развивается по-иному. В этом его сила, и одновременно слабость. Только, при прочих равных, мне комфортнее в Союзе. Но желательно регулярно его покидать, дабы сменить обстановку. Вот такая катавасия у меня в голове.

— Видишь ли, Дино, — отвечаю продюсеру, — Мне пока не интересно снимать фильмы, подобные «Пёрл-Харбору». Я задал последователям направление, и пусть дерзают. Но есть ощущение, что придётся вернуться к кино подобного рода. По крайней мере, дома надо снять хотя бы одну масштабную картину. Исключительно для того, чтобы обозначить формат нового приключенческого кино для советского зрителя. Сейчас мне ближе мелодрамы, не обязательно любовные. Ещё есть мысли о приключенческом боевике, который лучше снимать во Франции. И вообще, я совсем запутался. Надо заканчивать монтаж с озвучиванием и срочно ехать домой. Только тут начинаешь понимать простую истину — одно дело приезжать на Запад в короткие командировки, и совсем другое жить здесь несколько месяцев.

— Ностальгия? Вечная проблема русских за рубежом, насколько я знаю, — удивил меня Дино подобным высказыванием, — Но тебе придётся выбирать. Если не работать в Европе или США хотя бы небольшими периодами, то о режиссёре Мещерском начнут забывать. Не сразу, но постепенно ты превратишься просто в генератор идей, а потом придёт забвение. Советское кино может быть гениальным, но его удел — это признание в Венеции и реже Каннах. Заработать на нём крайне сложно, даже если в создателях будет указано твоё имя. А сейчас, просто отдохни. Вроде, скоро приезжает твоя супруга — проведите с ней отпуск, который предоставлен всей съёмочной группе. Ты сильно устал, и тебе необходима смена обстановки. Готов спорить, что по возвращении из Нью-Йорка один советский режиссёр жутко соскучится по работе и опять начнёт терроризировать съёмочную группу.

Вот здесь спорить не буду. По старой привычке, я себя действительно загонял. Вместо того, чтобы использовать редкие часы на отдых, приходилось корпеть над огромным объёмом научной и экономической литературы. Народ на Гавайях смеялся — мол, сколько можно читать?