Я еще не бог. Книга #35 - Сириус Дрейк

— Что за… — я оперся о крыльцо, пытаясь прийти в себя.

Петр выглядел не лучше. Он побледнел и тяжело дышал.

— Михаил, ты как?

— Бывало и лучше, — честно ответил я.

Лора тут же начала сканирование. Ее лицо приобрело озабоченное выражение.

— Так, интересно… Телепортация с сильным магом на такое расстояние через Дикую Зону дает побочные эффекты. Ваши энергетические поля вступили в резонанс.

— И что это значит на человеческом языке?

— Это значит, что вы оба перенапрягли свои магические каналы. Ничего критичного, но ощущения, мягко говоря, неприятные. Короче, Миша, рановато пока вам с Романовым по порталам гулять. Надо подкачаться.

Я и сам чувствовал, что внутри что-то пошло не так. Словно кто-то провел наждачкой по нервам. Мелкая дрожь в руках, легкая тошнота, шум в ушах.

— Может, я старею?

— Ага… — сухо ответила Лора. — Через пару часов пройдет. Но я бы рекомендовала временно не телепортироваться вместе с Петром. По крайней мере, на такие расстояния.

Лицо Петра приобрело зеленоватый оттенок.

— Учту, — сказал я. — В следующий раз полетим обычным транспортом или через домашние порталы.

— Ну ты не переживай, это временно. Скоро пройдет. Грубо говоря, вас укачало, только в энергетическом плане, — добавила Лора. — Но это требует исследований.

Мы поднялись в дом. Свежий сахалинский воздух немного привел меня в чувство. После египетской жары это было то, что нужно. Даже снег, попадающий на лицо, приятно покалывал кожу.

— Могу попросить Данилу довезти вас до дома, — сказал я Петру. — Завтра обсудим, что делать с этой информацией.

— Хорошо. Спасибо, Михаил, — кивнул он. — Можно еще водички, а то что-то мутит…

Он ушел на кухню, а я попросил Трофима, чтобы предупредил Данилу, и сам пошел в гостиную. Хотелось просто побыть с семьей без политики, без интриг, без древних сущностей, пытающихся захватить мир.

В гостиной Маша сидела на диване, держа на руках Виктора. Малыш что-то лепетал на своем языке, размахивая погремушкой. Рядом в кресле устроилась Света, укачивая Аню. Обе выглядели немного уставшими, но счастливыми.

— Привет, — я наклонился и поцеловал сначала одну, потом вторую. — Скучали?

— Немного, — улыбнулась Маша. — Как прошла поездка?

— Продуктивно. Расскажу потом.

Виктор увидел меня и потянул ручки, требуя внимания. Я забрал его у Маши и подбросил в воздух. Сын засмеялся.

— Осторожнее, — Маша покачала головой. — Он только покушал.

— Все под контролем.

Света отложила уснувшую Аню в люльку и внимательно посмотрела на меня.

— Ты бледный какой-то. Случилось что?

— Телепортация не задалась. Ничего серьезного.

— Ничего серьезного, говорит он, — фыркнула Лора, появляясь рядом. — Его чуть не вывернуло наизнанку.

Маша встала и, подойдя ко мне, положила руку на лоб.

— Температуры вроде нет. Но ты точно отдохнешь сегодня. Никаких дел.

— Да я и не собирался…

— Миша… — пристально посмотрела Маша.

— Ладно, ладно. Отдыхаю.

Я передал Виктора обратно его маме и плюхнулся на диван. Сын недовольно запищал, но быстро успокоился.

* * *

Вечер прошел в семейной атмосфере. Мы поужинали вместе, потом по очереди укладывали детей. Виктор капризничал и не хотел засыпать, пока я не посидел рядом с ним минут двадцать. Аня, наоборот, уснула сразу, едва коснувшись подушки.

Когда я вернулся в гостиную, Маша и Света уже приготовили чай.

— Садись, — Света похлопала по месту рядом с собой. — Расскажи, что там было в Египте.

Я рассказал. Про короля Ахмеда, про визиря, про американский след. Они слушали молча, не перебивая.

— Значит, США теперь наш враг? — спросила Маша, когда я закончил. — Надо написать папе.

— Не враг. Скорее, недоброжелатель. Они пока действуют чужими руками, так что пока Сергею Михайловичу не стоит звонить. Он и так в последнее время нервничает больше обычного.

— Ключевое слово «пока», — сказала Света. — А потом?

— А потом будем разбираться по мере поступления проблем.

Лора появилась с чашкой виртуального чая.

— Философский подход. Одобряю.

— Ты же не пьешь чай, — удивился я.

— Но я могу делать вид. Это называется мимикрия, — и сделала глоток. — Ох… не хватает кое-чего…

На столе появилась бутылка с надписью «ром», содержимое перешло в кружку.

Я закатил глаза.

— Лора, ты неисправима.

— Я совершенна. Это разные вещи.

Мы просидели еще час, болтая о всякой ерунде. Никакой политики, никаких заговоров. Просто семья. Просто вечер. Просто жизнь.

Иногда мне казалось, что ради таких моментов и стоит бороться.

* * *

Утро началось с того, что Лора бесцеремонно разбудила меня в семь часов.

— Подъем, ваше царское величество.

— М-м-м… пять минут…

— Нет у тебя пяти минут. Есть информация, которую ты должен знать.

Я с трудом разлепил глаза. Лора сидела на краю кровати и смотрела на меня с видом учительницы, поймавшей ученика за списыванием.

— Что случилось?

— Ничего не случилось. Пока. Но неделю назад, если ты еще помнишь, президент США договорился с твоей администрацией о визите.

Я сел в кровати, пытаясь собрать мысли в кучу.

— Какой визит?… А-а-а, визит…

Совсем вылетело из головы. Тот звонок президента, когда он намекал на то, что надо бы устранить Петра Первого… Ну да, в целом, ситуация с Египтом стыкуется.

— Официальный. Послы и советники. Они должны прибыть сегодня, — добавила Лора.

— Сегодня⁈ — я тут же вскочил с кровати.

— Именно. В одиннадцать часов. В администрации уже все готово.

Я потер лицо. Ничего себе новости с утра пораньше.

— Надо подготовить зал для переговоров. Элья предупредить. Да и Газонов сейчас занят другими делами… Блин, совсем забыл.

— И потому что твоя администрация прекрасно справляется без тебя, — довольно хмыкнула Лора.

Это было… неожиданно приятно. Я столько сил вложил в то, чтобы система работала автономно, и вот результат. Даже в мое отсутствие все функционирует как надо.

— Газонов организовал?

— Он, Маргарита и Надежда. Рыцари обеспечивают охрану. Протокол встречи согласован, помещения подготовлены, переводчики на месте.

Я присел на кровать и откинулся на подушку, позволив себе улыбнуться.

— Знаешь, иногда приятно осознавать, что ты не единственный компетентный человек в команде.

— Ого, это что, скромность? От тебя? — Лора театрально приложила руку к груди. — Запишу этот день