Я еще не бог. Книга #35 - Сириус Дрейк

вошел ему в грудь по рукоять. Одержимый захрипел. Песчаный аватар начал рассыпаться, превращаясь в обычный песок.

— Невозможно, — прохрипел он. — Как ты прошел сквозь защиту?

— У меня хорошие игрушки, — я вытащил меч и отступил. — И очень умная помощница.

— Спасибо за комплимент, — довольно произнесла Лора. — Кстати, визирь пытается сбежать.

Я обернулся. Действительно, толстяк уже залезал в машину.

— Болванчик!

Несколько деталек метнулись к автомобилю и пробили ему все колеса. Визирь выскочил наружу, но далеко не ушел. Петр Петрович перехватил его огненным хлыстом.

— Куда же ты, пухляш? Мы еще не закончили.

Визирь упал на колени, дрожа от страха.

— Пощадите! Это был не я! Мне приказали! Приказали!

— Кто? — спросил Петр Первый.

Царь поднялся, отряхивая пыль с одежды. На его лице не было ни царапины, только холодная ярость в глазах.

— Кто тебе приказал?

— Я… я не могу сказать… они убьют меня…

— А я убью тебя прямо сейчас, если не ответишь.

Визирь затрясся еще сильнее.

— Начальство! Я просто выполняю приказы! Они хотели устранить вас, чтобы ослабить Империю!

Петр Первый помолчал, переваривая информацию. Потом повернулся ко мне.

Мы встретились взглядами.

— Кузнецов, — его голос был ровным, без эмоций.

— Романов, — я не поклонился.

Повисла тишина. Гвардейцы напряглись, не зная, что делать. Катерина смотрела на меня с любопытством. Петр Петрович встал рядом со мной, явно показывая, на чьей он стороне.

— Зачем? — наконец спросил царь.

— Зачем что?

— Зачем спас меня? Я объявил тебя преступником. Назначил награду за твою голову. Отправлял армии на твой остров.

— Все верно.

— Тогда зачем?

Я пожал плечами.

— Мне нужна Катерина. Ты и так бессмертный, а она… вряд ли.

Петр Первый моргнул. Кажется, такого ответа он не ожидал.

— Разумно…

— Раз мы утрясли все нюансы, может, перейдем к тому, зачем мы тут собрались? — продолжил я.

— Так я о том же, — ухмыльнулся Петр Первый. — Но я бы хотел поговорить с сыном наедине, без какой-либо поддержки.

Я посмотрел на Петра. Тот посмотрел на меня, и стало ясно, что лучше мне оставить их одних.

— Просто теоретически, а если я хочу остаться? — улыбнулся я.

— Миша! — Лора хмыкнула. — Ты издеваешься. Царь сейчас взорвется.

Но Петр Первый не взорвался. Вместо этого он… рассмеялся.

Коротко, хрипло, без особой радости. Но рассмеялся.

— Ты наглец, Кузнецов.

— Мне говорили.

— И идиот.

— Это тоже.

Царь посмотрел на сына, потом на меня, а затем на визиря, который все еще валялся на песке.

— Ладно, — наконец сказал он. — Поговорим. Но не здесь и не сейчас. Сначала разберемся с этим мусором.

Он кивнул на визиря.

— А потом?

— Посмотрим, — пожал тот плечами.

* * *

Северная Империя.

Заброшенная хижина.

Богдан держал в руках карту, пытаясь разобрать координаты при свете костра.

— Это где-то на краю Северной Империи, — сказал он. — Ближе к полярному кругу.

— Там холодно, — поежилась Люся.

— Там всегда холодно, — философски заметил Булат, просунув голову в окно. — Но я знаю это место. Мы с Владимиром бывали там. Давно. Еще до того, как все пошло наперекосяк.

— Что там? — спросила Любавка.

Конь помолчал.

— Убежище. Старое, еще времен первых Кузнецовых. Там хранились… вещи. Важные вещи.

— Какие?

— Не знаю точно. Владимир никогда не рассказывал. Говорил только, что если когда-нибудь случится что-то по-настоящему плохое, я должен отвести его потомков туда.

Богдан перечитал надпись на стуле.

— «Но знайте — я не один. Они идут». Кто «они»?

Булат не ответил. Его глаза смотрели в темноту за окном.

— Булат? — позвала Люся.

— Нам нужно торопиться, — тихо произнес конь. — Что бы там ни было, мы должны добраться до него первыми.

— Первыми? До чего?

— До того, что Святослав там оставил. И до того, что «они» ищут.

Ветер за окном завыл сильнее, словно подтверждая его слова.

* * *

У пирамид.

Час спустя.

Визиря увезли. Куда именно, я не интересовался. Судя по лицу Петра Первого, допрос будет долгим и неприятным. Мы вчетвером сидели в тени Сфинкса, дожидаясь, пока прибудет транспорт. Странная компания: русский царь, его сын и жена, и государственный преступник.

— Отец, — Петр Петрович нарушил молчание. — Чего ты хочешь?

— Хм… Думаешь, это тот момент, когда пора говорить об этом?

— Но ты же сам хотел встретиться?

— Да, но когда мы будем наедине, — пожал тот плечами.

Царь смотрел на пирамиды, и в его глазах было что-то, чего я раньше не замечал. Усталость? Разочарование?

— Ты выбрал сторону, — продолжил он. — Сторону Кузнецова. Моего врага.

— Он не твой враг, отец. Ты сам выступил против.

Петр Первый вздохнул и потер переносицу.

— Ты так и не научился просчитывать на несколько десятков шагов вперед…

Я молчал, давая им поговорить. Лора тоже притихла, что на нее не похоже.

— Катерина, — царь повернулся к жене. — Чего ты хочешь? По большому счету, все зависит от твоего решения. Мне не хочется отпускать тебя. Но если ты сама согласишься пойти с ним, я не буду сопротивляться.

— Знаю, — кивнула она.

— И что думаешь?

Царица посмотрела на меня, потом на сына.

— Но прежде чем сказать, — продолжил Петр Первый, — прошу вспомнить то, что я тебе говорил.

Катерина замолчала, опустив голову.

— Заставляешь принимать меня такие решения…

Но ситуацию спасли гвардейцы, которые уже допросили визиря.

— Ваше Величество, — сказал главный. — Это был глава правительства. Большего он не знает.

— Вот как? — Петр Первый встал на ноги, отряхнул колени и посмотрел на сына. — Ну так что, продолжим переговоры?

— А как же… — удивилась Катерина.

— А что он нам сделает? Мы прибыли сюда исключительно по личным целям. Не так ли, сын?

— Да, — Петр Петрович встал напротив отца. — Твои условия?

Глава 9

Египетская сила!

Петр Первый сел на камень напротив сына. Катерина стояла рядом, молча наблюдая за происходящим. Я отошел чуть в сторону, давая им пространство, но продолжал слушать.

— Итак, — начал царь. — Мы собрались тут для того, чтобы решить,