Темный феникс. Возрожденный. Том 6 - Фёдор Бойков

— Именно поэтому я поеду в столицу, но на своих условиях, — мои губы расплылись в улыбке.

— Что ты задумал? — в глазах бабушки блеснул интерес.

— Кое-что в моём стиле. Скажи, ты ведь не потеряла свои доспехи?

Глава 11

— Мои доспехи висят в шкафу, — усмехнулась бабушка. — В прошлый раз я их надевала, когда тебя обвинили в измене.

— Помню, — кивнул я и бросил взгляд на остальных. — Вы все отчасти правы в своих суждениях. Но мне понравились твои слова, Феликс. Сила — это единственный язык, который понимают все. Его величество хотел увидеть героя, Вестника и далее по списку? Он его получит.

— Ты хочешь заявиться в тронный зал с собственной армией? — удивлённо воскликнул дед.

— Я думаю, что для демонстрации силы будет достаточно нескольких человек, — мои губы растянулись в холодной улыбке. — Если это будут правильные несколько человек.

— Кого ты хочешь взять с собой? — деловито спросил Александр.

— Уж точно не тебя, — я смерил взглядом Марию Рейнеке, которая с начала собрания даже глаз не поднимала. Она будто боялась, что я её прогоню. — Вы с супругой останетесь здесь, чтобы контролировать ситуацию дома. Эдварду я предлагаю поехать в ваше родовое имение и мобилизовать гвардию на случай, если переговоры пойдут не так, как нам того хочется.

— А мне что предлагаешь делать? — сварливым тоном поинтересовался Феликс. Я же снова посмотрел на Марию. Что-то она совсем притихла.

— Тебе я предлагаю передать место главы рода старшему сыну и наследнику, — проговорил я. В кабинете стало настолько тихо, что было слышно даже сбившееся дыхание Марии. Ну наконец-то она ожила, а то я уже переживать начал. — Так же после смены статуса ты примешь предложение его величества и станешь его эмиссаром.

— Зачем? — охнул Феликс, побледнев.

— Затем, что именно тебе я доверяю стать тем, кто будет служить императору и продвигать интересы тёмных магов, — пояснил я.

— А она что же? — Феликс указал кивком головы на бабушку.

— Она тоже станет эмиссаром, — я хмыкнул. — И пусть только его величество попробует отозвать одно из своих предложений.

— Но я уже отказался, — в глазах Феликса промелькнула досада.

— Скажешь, что передумал, а когда император обрадуется твоему решению, придёт бабушка и скажет, что согласна, — я пожал плечами. — Слово государя — закон, не так ли?

— Это очень смело, — сказал Александр, глянув на меня хитрым взглядом. — И дерзко. Но как раз в твоём стиле. И всё же, зачем ты спросил Юлию Сергеевну про доспехи?

— Затем, что мы наденем самую лучшую свою броню и предстанем в ней перед его величеством, — я усмехнулся. — Жаль, что Жнец уже далеко, а то бы я и его попросил войти в тронный зал вместе с нами.

— С кем конкретно? — уточнила бабушка, выпрямившись.

— Ты, я, Феликс и Борис, — сказал я, немного подумав. — Если получится перехватить Жнеца, то и он тоже.

— Борис — мальчишка, — не выдержал Феликс. — Его нельзя тащить в столицу…

— Борис — мальчишка, который по уровню контроля над тенью превосходит большинство архимагов, — перебил я его. — Мы больше не будем таиться. Борис станет лицом моей личной гвардии как Вестника Тьмы. Амулет, который скрывал силу его дара, давно не работает, потому что мой брат перешагнул те пределы, которые стоят в умах местных магов.

— И чего ты хочешь добиться? — медленно спросил Леонид Орлов, нарушив повисшую тишину.

— Хочу показать им неудобную правду, — я поднялся с кресла. — Тёмные — сила, с которой точно стоит считаться. И если надо будет, мы дадим отпор любому.

— Константин, — тихо сказала Мария, подняв на меня глаза. — Феликс прав. Это жестоко по отношению к Борису — выставлять его перед аристократами словно диковинного зверя.

— Я не выставляю его зверем, — возразил я, смягчив голос. — Мою силу многие видели и понимают. Сейчас нужно показать, что она есть не только у меня. Если я покажу только себя, то останусь в их глазах чудовищем-одиночкой, но когда аристократы увидят рядом со мной мальчика, который уже сейчас превосходит магистров, они поймут, что это новая реальность.

— Это точно сработает, — отчеканила бабушка, глянув на Марию. — Его величество — прагматик, он ненавидит то, чего не может понять, но никогда не воюет с неизбежным. Обычно он успевает это неизбежное возглавить, что мы и наблюдаем прямо сейчас. Вознесение Константина, почести, титулы, ордена, тёмные среди эмиссаров — всё это говорит о том, что император уже понял — он не усидит на троне, если будет и дальше игнорировать изменения.

— В любом случае, решение я уже принял, — сказал я, поставив точку в дискуссии. — Готовьтесь к поездке. Феликс, не забудь отправить официальное письмо о «пересмотре своего решения». Можешь написать, что осознал свой долг перед империей. И про смену статуса не забудь, у вас есть три дня, чтобы сменить главу рода Рейнеке.

Я вышел из-за стола и дождался, пока все, кроме Юлианы, покинут кабинет. Моя невеста не проронила ни слова во время собрания — она знала, что я уже всё решил, и не вмешивалась в переговоры. Но сейчас она вдруг подняла на меня недовольный взгляд.

— Я услышала все твои аргументы, но всё равно не понимаю, зачем брать с собой Бориса, — проговорила она, нахмурив брови.

— Я заявлю не только о силе, — я привлёк её к себе и уткнулся подбородком в макушку. — Я хочу раскрыть информацию о том, что в последних Шаховских течёт кровь Тишайших.

— Что? — она дёрнулась в моих руках и мягко отстранилась. — Костя, это же…

— Ты и сама прекрасно знаешь, как другие реагируют на байки о Тишайших, — я усмехнулся. — Эту фамилию произносят только шёпотом, а потом ещё и оглядываются в страхе. А тут мы возьмём и заявим о себе. Только представь, какие лица будут у аристократов, когда они поймут, кто стоит перед ними.

— О да! — Юлиана рассмеялась. — Все их страхи и кошмары оживут. То ещё будет представление.

— Именно,