Войд. Том 6. Последние шаги - Алекс Бредвик

Малая кротовая нора появилась ровно вокруг гранаты, переместив её ровно к реактору. Теперь этот монстр обречён. Обречены все те сотни тысяч, что его обслуживают. Мне самому стало страшно от того, что сейчас произойдёт. Такого я никогда не делал. Такое я вряд ли когда-нибудь захочу повторить.

А дальше была череда безумно быстрых прыжков. Я чувствовал, как мышцы ревут, лопаются от напряжения. Чувствовал, как по всему телу образуются внутренние кровотечения. Я был Бродягой. Но я всё ещё оставался человеком. И, чёрт возьми, всё же наши тела настолько уязвимы!

Локация сменяла локацию. Временами появлялись удивлённые люди, которые явно не ожидали меня увидеть. Один раз я даже появился в жилой комнате, где парень и девушка, два молодых человека совершали таинство жизни. Надо были видеть их лица, когда я появился среди комнаты, отсалютовал им и тут же исчез.

Но до конца таймера я так и не успел выбраться из Звёздного Разрушителя. Не хватило буквально одного прыжка. Но было уже не страшно, я покинул зону действия гранаты. По крайней мере я так считал, пока она не взорвалась.

— Твою мать! — в моей голове словно гром раздался голос Молнии. — Ты что натворил! Там, чтоб тебя, чёрная дыра появилась! Почти все оказались в радиусе её действия! Давай быстрее сюда! Мы не сможем долго маневрировать на границе её воздействия, ожидая тебя!

Дважды мне повторять не надо было. Я просто продолжал телепортироваться. Я просто прыгал из точки в точку. В какой-то момент я даже не заметил, как стал прыгать всего на сотню метров, даже чуть меньше. Но это было в последние мгновения. Я уже ничего не осознавал. Я просто видел цель и стремился к ней. Прыгал и прыгал. Прыгал и прыгал. Пока не оказался на корабле.

— Да… — без какой-либо радости сказал я, после чего закрыл веки.

Теперь можно и поспать…

Глава 12

Пришёл в себя я спустя полутора суток. Мне даже сначала не верилось в то, что я остался в живых. Слишком много всего произошло невероятного, на грани возможного, если это вообще было возможно. Но когда я увидел своими глазами результат работы, то у меня просто не было слов. Спустя час, рассматривая своё «художество», я всё же решил сказать хоть слово.

— Такое, — транслировал я всем членам экипажа нашего корабля свои мысли, — меня больше никогда не заставляйте и не просите делать. Сдохну, но не буду…

— А это весьма эффективный способ уничтожать целые цивилизации, — спокойно, как нечто само собой разумеющееся, сказал Лаки, который находился на своём боевом посту, так как риск появления противника всё ещё присутствовал.

— Ты с ума сошёл? — не выдержал я, начав весьма агрессивно выражаться в его отношении. — Это, мать твою, чёрная дыра! Ты понимаешь⁈ Чёрная, чтоб её, дыра! Такое создавали только пустотные! А тут я — хер с горы какой-то, человек, Бродяга, смог повторить то, что могут они! Да за это меня обычный люд тоже пустотным окрестит!

— Ты и так пустотный, — вставил свои пять копеек Пульсар. — У тебя позывной Войд, что переводится на общий как «Пустота». Результат был примерно предугадан Алисой ещё тогда, когда ты впервые создал микроразрыв, который тут же исчез.

— В смысле предугадан? — начинал кипеть я. — То есть вы изначально рассчитывали на это? Вы изначально хотели, чтобы я таким образом уничтожил этот корабль?

— Нет, — мысли Молнии были тяжёлыми, ей было трудно говорить после того, как Пульсар её так откровенно раскрыл, раскрыл тот факт, что она меня использовала. — Я не хотела, чтобы ты таким образом уничтожал корабль. Я действительно хотела, чтобы ты подорвал реакторы. А потом ушёл, быстро. Но я предполагала, что ты можешь решить сделать так… но я на самом деле не рассчитывала на то, что чёрная дыра после применения твоей способности станет стабильной.

— Стала, — рыкнул я, ударив кулаком по столу. — Стала и унесла бесследно тысячи жизней! Я ещё показала Бродягам, кто я такой! А я не хочу быть таким человеком! Не хочу быть проводником этой чёртовой Пустоты, которая и так терзает границы нашей цивилизации!

— Но ты, может быть, единственный, кто будет способен их остановить! — сорвалась Алиса, так же перейдя на повышенные тона, из-за чего мысле-канал буквально разрывался от эмоций. — Ты не понимаешь, что это знаковое событие⁈ Что может сделать обычный человек, даже с нашими способностями, против этой долбанной Пустоты⁈ Ничего! Вообще ничего! Да, был один тип, сверг правительство Греев на своей планете! Но что с ним стало⁈ Больше никаких вестей про него! Он покорил пустоты из-за эксперимента, а ты… ты сам и есть Пустота! Так, кто же лучше справится с пустотными, чем не сама Пустота⁈

— Но… чёрт! — снова ударил кулаком по металлическому столу, который сразу прогнулся от удара. — Ты понимаешь, что это может только привлечь этих уродов⁈ Я их чувствую! Они заинтересовались этим происшествием! А это лишь маленькая чёрная дыра, не сравнимая с теми, что делают они! От одной, чёрт, гранаты! И девятнадцать километров!

— Поправочка, — снова влез Пульсар. — Сейчас восемнадцать с половиной. Она немного сжалась за сутки, окончательно принимая свою форму. Но ты прав. Это просто невероятно. Я лично не спускал глаз с неё. Но стоило моргнуть одним глазом, как я перестал видеть им Разрушителя. Моргнул вторым, и он полностью пропал. Впервые я увидел Горизонт Событий.

— Вы… безумцы! — прорычал в отчаяние я. — Не найти мне среди вас того, кто меня поймёт… чёрт…

— Войд… — попыталась заговорить Алиса, но я ей не дал.

— Иди к чёрту! — рыкнул я на неё. — Просто отвали! Ты всё это время сближалась со мной, заводила какие-то там отношения, а на самом деле… на самом деле ты меня просто, чтоб тебя, использовала! Ты хотела создать из меня оружие, только делала вид, что заботилась.

— Например⁈ — тут же пошла в атаку она, но у меня было, чем сдержать её удар.

— Например, с недельными улучшениями, — рычал я. — Ты сначала начала переживать, что я что-то делаю не так, что могу умереть. Но, как поняла, что со мной ничего не будет, ещё до того, как я применил это улучшение, так сразу перестала волноваться. Совпадение? Нет! Каждый раз, во время сражения, ты всё время поглядывала на меня. Как я там, что со мной происходит. Если всё хорошо, то ты сражалась. Но всегда