Возвращение демонического мастера. Книга 12 - Антон Романович Агафонов

его супругу в своих владениях! — громко объявил Фумио, когда мы оказались перед ним. Я ответил ему церемониальным приветствием, Юл поступила так же. Вежливым, но как равного, а не по вассальной форме. Для кого-то это было бы проявлением неуважения, но я считал, что все дома провинции должны понимать, кто на самом деле тут главный. Фумио мой друг и союзник, но я не его вассал. — Прошу, проходите.

Когда церемониальная часть закончилась, мы прошли в приемную для гостей, где Фумио представил нам свою спутницу.

— Это моя невеста, Суль Ари.

Девушка сделала книксен, приветствуя нас.

Мы с Юл удивленно переглянулись, а Фумио довольно улыбнулся.

На самом деле с последней встречи он довольно сильно изменился. У парня была тяжелая судьба, и даже после того, как перешел по мое начало, он часто выглядел уставшим, а сейчас же, кажется, прибавил немного веса, посвежел, и даже выражение лица стало более живым и выразительным.

— Не стоит так удивляться, какой же наместник без подходящей партии? На самом деле, — он бросил на невесту немного виноватый взгляд, — изначально это был исключительной деловой вопрос. Мне нужно было заручиться поддержкой одного из старших домов провинции, а проще всего это сделать через брак.

— Я вовсе не должна была становиться его невестой, — поняв, что её жених решил быть честным, перехватила девушка разговор. — Я была фавориткой Агриссы, моей двоюродной сестры, что принадлежит старшей ветви, но так получилось, — она с лаской и теплотой посмотрела на Фумио, — что сестра не произвела на него впечатление, а вот я — да. Так что старшие моего рода очень быстро все переиграли и приняли меня в старшую ветвь, чтобы я стала более подходящей партией.

Юл, услышав эту милую историю, заулыбалась, да и я был рад за Фумио. Кажется, он в итоге нашел свое место и свою любовь, так что я мог за него только порадоваться.

— Очень рады за вас, — сказала я им за нас с Юл. — И когда же свадьба?

— Весной, скорее всего, в конце.

— Хочется немного зелени, а не слякоти и сырости, — пояснила Суль.

Я понимающе кивнул.

— Тогда мы с Юл будем ждать приглашения и подготовим подходящий подарок.

Юл согласно закивала и взяла меня за руку.

Мы ещё немного поболтали о незначительных вещах, пока в конце концов не перешли к самой главной и важной теме: Степные волки.

— Да, это сейчас стало моей главной головной болью, — вздохнул и поморщился Фумио. — Мы действительно на пороге большой войны с этими дикарями из Треснувшей горы. И знаешь, что самое худшее?

— Что именно?

— Они не хотят нас «покорить», они хотят нас истребить. У них голод, территории небогаты на земледелие, в отличие от всего севера нашей провинции. Мои военачальники и шпионы считают, что ещё до весны Алиас Фан собирается взять Дан-Хо, вырезать все население под корень и сделать его столицей своей будущей страны. Его «гонцы» уже запугивают народ тем, что им нужно бежать прочь в страхе, что сопротивление бесполезно, их армия в разы больше и подготовленнее нашей.

— Очень странная тактика, — заметила Суль, что тоже участвовала в обсуждении на правах невесты и текущего советника Фумио. Девушка намеревалась выполнять ту же роль, что и Юл в моем доме, взяв на себя часть обязанностей правителя. — Обычно, когда собираешься кого-то покорить, то стоит убедить основную массу в том, что ты на самом деле не враг. Что твоя жизнь от прихода новых владык не станет хуже, а наоборот, улучшится, чтобы вражеское войско переходило на твою сторону.

— У него нет проблем с солдатами, — покачал я головой, вспоминая доклады Эвиана. — Ему не нужно перетягивать наших бойцов к себе. Напротив, скорее всего, этим он пытается деморализовать наши войска.

— И создать новый поток беженцев, — добавила Юл. — Только уже от нас в другие провинции.

— Хм-м-м… — Фумио погладил гладко выбритый подбородок. — Тогда это действительно имеет смысл. Все те беженцы, что прибыли в провинцию ещё осенью, создают огромные проблемы, у нас уже несколько раз пытались разграбить склады, и один раз чуть все не дошло до голодного бунта. Мы снабжаем людей едой по непроходимости, благо закупленная провизия из внешних витков это позволяет, но кто-то то и дело пытается вызвать бурление в массах.

— Не исключено, что появление беженцев тоже было частью его плана. У нас тоже было подобное, правда, мы считали, что это проделки Альянса Тени. Но теперь, смотря на эту ситуацию под новым углом, это легко могла быть подготовка ко вторжению Степных волков.

Ненадолго в комнате воцарилось молчание, которое нарушил Фумио.

— Я понемногу начинаю подготовку к войне. К счастью, все эти запугивания действуют сближающе на знатные дома. Их пугает перспектива, что столь сильный враг придет, чтобы отнять всё, но хватает и тех, кто не верят в реальность угрозы, считая это уловкой для собственного ослабления.

— Сколько солдат ты можешь выставить прямо сейчас, если враг окажется на пороге?

— Мои генералы говорят о пятидесяти, максимум шестидесяти тысячах.

Я не скрыл своего разочарования.

— Всего?.. Эвиан считал о сотне.

— Сотня — это очень оптимистичный прогноз. Пятьдесят тысяч — это то, что мы можем собрать быстро и точно, туда входят мои собственные солдаты, воины дома Ари, их вассалов и ещё несколько домов, которые оказывают мне максимальную поддержку. Остальные… Я не уверен. Да, общий враг сплачивает, но вместе с этим мной многие недовольны, ведь я веду свою политику, отталкиваясь от твоей. Знал бы ты, Нейт, как меня возненавидели за то, что я отменил рабство. Половина крупнейших домов лишились половины доходов, а кое-кто и вовсе попытался проигнорировать новый закон, заявляя, что наместник не имеет права ломать привычные устои, и на своей земле они могут делать, что захотят.

— Вот значит как… — мрачно произнес я. — Что это за дома? Полагаю, мне нужно нанести им визит.

— Я сам разобрался, — заверил меня Фумио. — Какой из меня был бы наместник, если бы я смирился с таким? Нет, эти дома были наказаны, и теперь там как и везде, но как понимаешь, любви мне это не прибавило. Фактически дом Ари сейчас — моя главная поддержка, кроме тебя.

Я посмотрел на женщину, что встала рядом с будущем мужем и положила