Мастер Трав. Том 5 - Ваня Мордорский

и веток, и другую, заплечную, побольше — куда можно было складывать выкопанные экземпляры любопытных растений, если такие нам попадутся. Во всяком случае огненную крапиву я точно собирался выкапывать. Грэм же вооружился основательнее: все метательные кинжалы перекочевали к нему на перевязь, а топор привычно лег на плечо.

— А мне? — я кивнул на кинжалы.

— Тебе толку от них пока не будет, — отмахнулся Грэм. — Ты ещё усиленный бросок толком не освоил. Промахнешься — потеряешь оружие, так что лучше полагайся на своих… «питомцев». А в моих руках от них хоть польза будет.

Тут спорить было сложно, ведь времени на новые тренировки бросков у меня так и не появилось.

А дальше Грэм сделал то, чего обычно перед выходом в лес не делал: он достал несколько своих старых объемных фляг и наполнил водой из корыта. Одну, вторую, третью…

— Зачем столько? — спросил я.

— Там жарко, — коротко ответил он. — Очень жарко — без воды долго не протянешь.

Потом он вытащил из сундука несколько старых тряпок и бросил мне одну.

— А это зачем?

— Когда будем на месте, завяжешь на лицо и смочишь водой — так легче дышать будет. Воздух там… — он помедлил, подбирая слово, — очень сухой и обжигает горло, если не защититься.

Я кивнул и сунул тряпку за пояс. Потом взял корзинку, которую еще вчера приспособил под сердечник, и повесил на шею. Крошечное пульсирующее растение недовольно шевельнуло корешками, когда я его потревожил, но быстро успокоилось после порции живы. И хоть от него я и не ожидал особой подвижности, но его ростки и крошечные корешки ее проявляли. Да и в целом он рос быстро, главное было не оставлять его без подпитки.

— Берёшь его с собой? — Грэм приподнял бровь.

— Помрет без меня, — ответил я, — Это семя постоянно требует подпитки, я это чувствую, как только слишком долго без нее, так сразу начинает увядать.

Грэм почесал голову.

— Хлопотное растение.

— Зато полезное.

Я ещё раз мысленно проверил связь с корнечервями. Оба были на месте: старший деловито копошился где-то в глубине сада, новорождённый затаился рядом с ним. Видно было, он еще не совсем понимал что делать в этом мире, однако уже начинал понемногу рыть землю. С «малышом» связь была еще слабой, всего семь процентов, но он откликался на команды, и пока этого достаточно. Пусть немного попривыкнет к саду, а потом я начну повышать связь. Смущало одно: обычно при избытке живы начиналась эволюция, но у корнечервя произошло отпочкование. Значило ли это, что он уже такой, какой есть, и возможностей для улучшения уже нет? Похоже, что так.

Я вздохнул и посмотрел на сердечник. Нужно было придумать для него какой-то способ автономной подпитки, чтобы не зависеть от моего постоянного присутствия. Пока в голову приходили пустые кристаллы живы — те, которые треснули, и скорее всего будут пропускать живу. Но будет ли она в них вообще задерживаться? Мне как раз нужно, чтобы они её пропускали. Я думал о том, чтобы напитать их потом и положить рядом с сердечником, чтобы они отдавали ему свою живу в мое отсутствие. Вопрос лишь в том, насколько быстро они теряют живу, которую в них запихиваешь.

Когда вернусь, обязательно попробую поработать с кристаллами, до сих пор я никаких экспериментов с ними не проводил, а пустых-то у меня уже целая дюжина. Впрочем, сейчас главное — довести сердечник до состояния, когда он даст семена. Или плоды. Или… как там вообще размножаются подобные растения? Скоро увижу.

— Готов? — Грэм закинул на плечо большую заплечную корзину. Не ту маленькую, что обычно брал для сбора трав, а большую и глубокую, да еще вдобавок взял несколько плотных мешков.

— Нужно так много крапивы? — спросил я.

— Это не для травы. — хмыкнул Грэм, — Это для добычи.

Я застыл.

— Поохотиться собираюсь в тех местах, хочу снова почувствовать себя живым. Теперь силы есть.

— Эм… дед, только давай без использования навыков. То, что после боя с тем измененным хворь не пошла по телу — это мы просто вовремя всё успели сделать. Если ты будешь перенапрягаться в лесу, то всё лечение пойдет насмарку.

— Я что, по-твоему, идиот? — фыркнул Грэм. — Для мелких тварей мне хватит того, что есть — рук, глаз и кинжалов. — Он похлопал по перевязи. — Давненько не разделывал хорошей добычи.

В его голосе была почти детская радость — странно было слышать такое от него. Но я понимал, что после недель немощи, когда чёрная хворь высасывала из него жизнь по капле, снова почувствовать себя охотником… это было для него важно. Может, даже важнее, чем сама добыча.

— Ладно, — кивнул я. — Идём.

— Пи!

— Ну куда ж без тебя, — хмыкнул я глядя на то, как мурлык спланировал прямо в корзину. С каждым разом он делал это все ловчее и ловчее.

Шлепа провожал нас громким гоготом, а волк Трана грустным взглядом. Похоже, ему лучше когда дома кто-то есть.

Кромка встретила нас привычным сумраком. Солнечный свет пробивался сквозь кроны, рисуя на земле пятна золота, но чем глубже мы заходили, тем гуще становилась тень.

— Слушай, дед, а ты сможешь заметить, если за нами будут следить? Что-то у меня подозрение, что Марта может… попытаться это сделать.

— И так это делаю, — ответил Грэм ухмыльнувшись, — Постоянно слежу за тем, что вокруг. Подобраться к старому охотнику не так-то просто, можешь не волноваться.

— Ладно-ладно…

Первым делом мы направились к месту, где сейчас находилась Виа. Она уже поохотилась, поэтому была сытой и довольной. Когда мы были уже близко, она рванула навстречу и радостно, — во всяком случае мне так это ощущалось, — обвилась вокруг моей руки. И я почти сразу почувствовал себя защищеннее.

Потом я забрал душильника, который по-прежнему пытался проявлять характер, но подчинился команде затаиться в корзине. Следом пошёл изумрудный вьюнок — связи с ним у меня так и не было, поэтому он был там же, где я его оставил. После мы забрали кровавую колючку и мутировавшую изгородь.

— Всё? — спросил Грэм.

— Всё, можно идти.

Пошли в этот раз вправо от поселка. Шли по подлеску, где я ни разу не был. Зато тут было намного больше сборщиков, охотников и просто групп, чем в части Кромки у нашего дома. Мы обошли всех, ни с кем не поздоровались, а Грэм так вообще молчал. Лишь когда отошли достаточно далеко, то он будто немного успокоился и начал рассказывать о месте, куда мы направлялись. Я же запоминал дорогу. Эта часть Кромки была намного больше левой, у которой стоял