Дракон против Богов. Том 2 - Алекс Голд

Мужчина сделал еще несколько шагов, а затем споткнулся и начал падать. Только в этот момент я вышел из некоего ступора, отпустил Икирим, который тут же исчез и, шагнув незнакомцу навстречу, буквально рухнул на колени, чтобы успеть его подхватить.

— Что с тобой? Я могу как-то помочь? — растерянно спросил я, совершенно не представляя, что делать дальше.

Осмотрелся по сторонам, но улица по-прежнему была пуста, и обратиться за помощью было не к кому. Может, использовать исцеляющее зелье? Кажется, у меня еще оставалось немного… А потом, можно будет поискать знахаря. В таком крупном городе, он наверняка имелся. Пока я лихорадочно обдумывал план действий и шарил в сумке, в поисках нужного флакончика, мужчина, который при падении, судя по всему, отключился, пришел в себя. Сжав дрожащими руками мой плащ, он из последних сил поднял голову и посмотрел на меня невидящими глазами. Сухие, потрескавшиеся до крови губы, беспомощно приоткрылись, выпуская сдавленный стон. На мгновение мне даже показалось, что незнакомец силился что-то сказать, но так и не смог. Не успел… Лицо мужчины исказилось гримасой невыносимой боли, из груди вырвалась череда обрывистых, булькающих хрипов. Незнакомец задрожал, задергался, выгнулся дугой, а затем резко сжался и… будто схлопнулся. Еще секунду назад передо мной сидел человек, а теперь о том, что он вообще был, напоминало лишь облако золотисто-коричневой пыли, горстка песка и плащ, который в последний момент распахнулся, а затем медленно опустился на мои руки, которыми я буквально только что придерживал несчастного.

Замерев, подобно каменному изваянию, я даже дышал через раз. Мне казалось, что даже крохотное движение, разрушит этот бренный мир до основания, прекратит его существование и низвергнет все в изначальную пустоту. Мне не раз доводилось сталкиваться со смертью. Я пережил гибель своего государства и своей семьи. Я отнял не одну сотню жизней за годы войны. Я убил нескольких Богов. Я сам умер несколько раз! Но с такой жуткой, кошмарной смертью судьба свела меня впервые. И дело было даже не в том, что чья-то жизнь оборвалась столь внезапно и резко. Просто, за один краткий миг, я словно ощутил всю ту боль, что мужчина испытал перед своей кончиной, его отчаяние и безысходность. Невероятный спектр горьких и тяжелых эмоций накрыл меня незримой вуалью, вонзился в сознание тонкими иглами и осел на душе неподъемным грузом необъяснимой вины.

Не знаю, сколько я просидел в этом безмолвном, неподвижном ступоре, но в какой-то момент, на мое плечо опустилась чья-то ладонь. Вздрогнув от прикосновения, несколько раз моргнул, возвращаясь в реальность, и глубоко задышал, словно до этого и вовсе не сделал и вдоха. Голова слегка закружилась от шквала разномастных эмоций, что обрушились на меня подобно лавине. Я был напуган, меня одолевало смятение, тревога и непонимание произошедшего. Невольно сжимая в руках потрепанный плащ мужчины, скованно и напряженно осмотрелся по сторонам. Мир не рухнул, не покрылся паутиной небытия. Все тот же серый и унылый город. Все та же пустая улица. Все та же утренняя прохлада и влажный воздух. И все же… Что-то неуловимо изменилось…

Медленно подняв голову, я, наконец-то, посмотрел на того, кто меня вывел из ступора. Это была Чиу. Обнимая себя за плечи, она отрешенно смотрела куда-то в сторону. И все же я успел заметить проблеск печали и смирения в ее голубых глазах…

— Что… это… было? — нервно сглотнув, сбивчиво обронил я.

— В нашем мире, бессмертием наделены только Боги, — сухо проговорила демонесса, даже не взглянув на меня. — У всех остальных жизнь имеет свое начало и завершение. Не знаю, как выглядит смерть в твоем мире, но в нашем она имеет именно такое болезненное и уродливое обличие, — она горько усмехнулась и все же посмотрела на меня.

— Но… почему? — я в недоумении посмотрел на нее, все еще не понимая причины этого ужасного события. — Почему он умер?

Мужчина не был стар и, несмотря на изможденный вид, не выглядел больным. Я не заметил на нем серьезных ран, да и какого-либо магического воздействия, которое могло бы привести к такому печальному исходу, тоже не почувствовал. Тогда, что стало причиной его смерти? Что привело его в столь плачевное и измотанное состояние? Вновь происки безжалостных абсолютов? Или…

— Кто знает? — пожала плечами крылатая, не дав кошмарной мысли сформироваться в моем сознании. — Возможно, просто пришло его время…

— Он не был стариком… — начал я, собираясь высказать свои сомнения на этот счет.

— Дряхлое немощное тело не показатель, — девушка отрицательно покачала головой. — Никто не знает, сколь долог будет наш век и сколько Всевышние отвели нам времени. Кто-то проживет ни одну сотню лет, а кто-то едва успеет сделать первый и, к сожалению, последний вдох…

Все так… Она была права. Это была непреложная истина и все же… Почему-то в тот момент, ее слова прозвучали подобно грому средь ясного неба. Подобно неотвратимому проклятию. Жестокому и отчасти несправедливому приговору… Как я не старался гнать от себя неприятные мысли, они все равно навязчиво пробирались в голову и маячили вопросом, на который мне было страшно узнать ответ — погиб ли несчастный по воле абсолюта, действительно ли его время пришло или я стал тому виной, когда прикончил его Бога? Возможно, это звучало слишком пафосно, и кто-то бы сказал, что я слишком много на себя беру, но и полностью исключить свою причастность к произошедшему, у меня не получалось. На душе было тревожно и муторно, а разум пребывал в смятении, не зная, как реагировать на столь трагичную и неоднозначную ситуацию.

— Это не твоя вина, — будто прочитав мои мысли, уверенно заявила Чиу и присела рядом, положив ладонь на мое плечо. — Такова была его Судьба. Ты здесь совершенно ни при чем… — продолжала убеждать она меня, но ее слова, отчего-то, лишь усиливали мои сомнения.

Может, от того, что моя спутница оказалась необычайно прозорливой в отношении моих душевных метаний? Или потому, что уж слишком своевременно она появилась рядом, ускользнув от Ясколки? И все же, крылатая пыталась меня поддержать и утешить. Наверное, стоило оценить ее заботу, а не искать подвох… Горько усмехнувшись, и не сводя взгляда с потрепанного плаща, который так и не выпустил из рук, я только сейчас осознал, насколько уже устал от этого боевого похода во имя мести. И дело было вовсе не в опасных и смертоносных сражениях с