Глоток свободы. Конец Империи - Николай Андреев

документ. Как и следовало ожидать, виновным признавался командующий экспедиционным корпусом полковник Возан. Он переоценил свои силы, не прислушался к разумным советам и выпустил нити управления боем.

Тем не менее, инспекторы нашли ряд смягчающих обстоятельств: во первых, столь масштабная операция проводилась впервые, во-вторых, у полковника имелись веские основания не доверять некоторым наемникам, и в третьих, десантники оказались неподготовлены к ведению боевых действий в городе.

Часть армии поддалась панике и при возникших неудачах сразу обратилась в бегство. Комиссия учла былые заслуги Возана. Ведь именно при нем восстановили космодром «Песчаный», захватили несколько оазисов, сломили сопротивление властелинов пустыни и боргов.

В итоге высокомерный мерзавец остался на своем посту, получил строгий выговор и предупреждение, что в случае повторного поражения, будет немедленно отстранен от командования.

Кроул презрительно усмехнулась. Выявив причины ужасающего разгрома, аланцы не решились отозвать полковника.

В случае отстранения Возана от должности кто-то из офицеров должен был остаться на Оливии и возглавить колониальную армию, а это нелегкое и неблагодарное дело. Далеко не каждый карьерист решится взвалить на себя подобное бремя.

В высших кругах Алана слишком много болтунов и интриганов и мало решительных, ответственных людей. Посвященные не очень стремились попасть на Таскону. Война — удел дикарей и плебеев.

Миссия инспекции завершилась. Виновный найден и наказан, хотя и не столь серьезно, как следовало. Полковнику даже предложили план дальнейших действий. Комиссия считала, что сектор Чистых не самое подходящее место для вторжения в Морсвил.

Учитывая законы города, оптимальным вариантом мог стать сектор Гетер. Он не имел на флангах союзников, а потому был более уязвим. С востока находилась зона диких мутантов, с запада, не входящие в общий союз, Непримиримые.

Именно туда и следовало направить новый удар, когда численный состав армии вновь возрастет.

Время шло, а Олис никак не могла решить, что ей делать. Улетать сейчас, когда о судьбе Храброва ничего не известно, она не хотела. Остаться, значит вызвать подозрения. Старшие офицеры поглядывают на нес со странным необъяснимым любопытством.

В десять часов утра в комнату к девушке осторожно постучался Астин.

— Когда мы стартуем? Работа завершена, и задерживаться на планете больше не имеет смысла, — напрямик спросил генерал.

— Да, я знаю, — кивнула головой аланка. — Но мне нужна еще некоторая информация. Ее должны сообщить наемники, ушедшие ночью в город. Это очень важно для планирования дальнейшей экспансии вглубь материка.

— Хорошо, — улыбнулся офицер. — Я задержу вылет челнока. Но ненадолго… База живет по жесткому графику, а мы занимаем единственную посадочную площадку. Корпусу необходимы пополнение, оружие, боеприпасы и продовольствие.

Взглянув на часы. Кроул обречено произнесла:

— Я жду до восемнадцати часов. В девятнадцать комиссия покинет Оливию.

— Превосходно, — согласился Рейс и покинул помещение.

Сириус поднимался все выше и выше. Жара стала невыносимой. Оставаться под палящими лучами звезды равносильно самоубийству, и потому космодром постепенно опустел. Лишь несколько часовых, да техники, обслуживающие транспорт, все еще передвигались по базе.

Олис не покидала свою комнату. Находиться в одиночестве, в замкнутом пространстве было тоскливо и тягостно, но выбирать не приходилось. Девушка ждала Аято. Надежда на благоприятный исход ее не покидала, но сейчас аланка с достоинством и мужеством приняла бы любое известие. Кроул просто хотела знать правду.

Около часа дня кто-то тихо постучал в дверь.

— Войдите, — вымолвила девушка, ее сердце забилось гораздо чаще.

В проеме появился высокий, статный офицер. Советник его уже видела — это был один из адъютантов полковника Возана. Он всегда находился рядом с командующим и заодно выполнял функции телохранителя. Олис сразу отметила, что аланец взволнован. Чуть поспешней, чем требует такт, офицер проговорил:

— Прошу простить меня за беспокойство, но вас срочно просят зайти в штаб. Дело не терпит отлагательства.

— Что случилось? — с надеждой в голосе спросила девушка.

— Точно не знаю, — ответил адъютант, — похоже, кто-то выбрался из Морсвила…

Никаких других пояснений не требовалось. Кроул быстро собралась и двинулась вслед за десантником. Преодолев метров сто, они подошли к невысокому квадратному зданию. Не верилось, что это невзрачное строение и есть центр по планированию и управлению всеми операциями на Тасконе.

Однако, внешний вид здания был обманчив — узкая каменная лестница спускалась в подземные этажи, где располагались просторные, хорошо освещенные и не лишенные уюта помещения.

К удивлению аланки, они оказались совершенно пусты, на столах лежали топографические карты, циркули и линейки.

Заметив недоуменные взгляды спутницы, офицер тихо пояснил:

— Приказ командующего. На один час объявлен внеплановый перерыв.

Полная секретность. Значит, люди, вышедшие из окружения действительно принесли важную информацию. Неожиданно, аланец замер. Только сейчас Олис обратила внимание на аккуратную пластиковую дверь в глубине зала.

— Прошу, — галантно сказал адъютант.

Кроул вошла в кабинет, и взгляды присутствующих тотчас остановились на ней. Ждали только советника. Мгновенно со своего места вскочил Моррисон и предложил девушке мягкий удобный стул. Кроул села и внимательно осмотрелась по сторонам.

Без сомнения, это рабочий кабинет Возана. Помещение имело прямоугольную форму и было довольно внушительных размеров.

В дальнем углу находилось огромное знамя экспедиционного корпуса. Вокруг висят портреты видных политиков и военачальников Алана. Возле левой стены стоят четыре шкафа и стандартный номерной сейф. Обстановка достаточно аскетичная.

Посреди кабинета стоял длинный, широкий пластиковый стол. Вокруг него разместились два десятка офицеров. На совещании присутствовали все члены комиссии, командующий, штабисты и даже этот кретин-наемник Канн.

— Господа, — произнес, вставая со своего места, полковник Возан. — У нас появилась одна очень серьезная проблема, которую мы должны решить в кратчайшие сроки. Об итогах сражения вы знаете. Только что стало известно — часть нашей армии прорвалась в Нейтральный сектор Морсвила и сейчас блокирована на границе. Они начали переговоры с тасконцами. Это конечно преступление, но…

— У них не было другого выхода, — вставил Моррисон.

— Именно так, — продолжил командующий. — Теперь судьба десантников зависит от нашего решения. Если мы их не поддержим, они будут уничтожены.

Полковник повернулся к адъютанту и сказал:

— Стив, позови землянина.

Спустя пару минут, в помещение вошли де Креньян и Салан. Женщина поддерживала француза за локоть. Жак был грязен, небрит, с синяком под правым глазом, на рваной одежде отчетливо видны бурые пятна. Зрелище не для слабонервных.

Тем не менее, маркиз сохранял бодрое состояние духа и даже старался улыбаться. Его взгляд скользнул по аланцам, лишь на мгновение задержавшись на Кроул. Их глаза встретились, и девушка прочла в них просьбу о помощи. Наемник явно рассчитывал на ее поддержку.

Линда отошла чуть в сторону, подчеркивая тем самым, что выполняет только функции врача. Впрочем, от Олис не ускользнула ее взволнованность. Аланка чересчур опекала раненого