Желанная землянка - Ани Файер

- Не смеши меня, Шейн! Я про эту сивую шкуру говорю! – шипит та. – Убери ее с глаз долой, иначе я за себя не ручаюсь!

Да, так и есть!

- Ты ревнуешь! – подстегиваю ее к действию. Та лишь стрекочет от злости, в ярости сжимая кулаки и маяча туда-сюда по всей подсобке. Хмыкаю. Дура. Впрочем, я тоже дебил. Мне это на руку, если честно. Я хочу, чтобы мою Анну оставили в покое, и она плавно перешла ко мне. Все идет как нельзя лучше. В голове быстро созревает план. Киваю, соглашаясь, пока эта шваль не передумала. У меня и выбора-то нет, если честно. Потому что, если я не соглашусь, она обязательно найдет кого-то другого.

- Я могу помочь тебе быстрее решиться, - чуть не мурлычит она, усаживаясь на колени, начиная расстегивать мне ширинку.

- Не стоит, Клиш, - тяну ее обратно вверх. Знаю, что сейчас мой дружбан даже не пошевелится на нее, на все ее старания. Потому что ни о ком другом, как об Анне, думать не могу!

- Но… - не понимает она, часто моргая.

- Хорошо, - перебиваю ее и многозначительно молчу. Смотрю ей прямо в глаза. Всегда работает. Да, это не честно пользоваться своей силой на подсознание собеседника, знаю. Но мне сейчас плевать. Нужно только действовать мягко и без напора, чтобы Клишкат ничего не поняла. – Но ты сделаешь все, как я скажу, поняла? Иначе – будешь разбираться сама со всем, - она улыбается, а я быстро довожу свою мысль до конца, - Анна – человек, любое насилие над тем, кто не является нашим союзником и не воинственно настроен - грозит трибуналом, особенно тому, кто служит военному делу. Ты ведь понимаешь, что я рискую не только своим чином, регалиями и должностью, - опять молчу, а Клишкат выпучивает глаза. Да, она точно не думала об этом. – А своей жизнью! Потому что если она действительно является той, кем я думаю, меня ждет мучительная смерть, - произношу последние слова, сладко улыбаясь. Нейя! Пусть эта ебанутая подумает лишний раз прежде, чем сунуться к моей человечке еще раз. И я ведь не вру. Мы, рейны, умеем считывать ложь. Правда, за все свои пятьдесят семь лет я хорошо научился скрывать ее, пряча за надменными речами, молчанием или похуистическим выражением лица. Но сейчас я не врал. Также, как и я, Аш убьет за свою нейю. И ему будет плевать на все обеты, данные не только дому Клишкат, Калисов, но и нашему дому Ашаисов. И провалиться мне на месте, Анна – она и есть. Только один вопрос звучит в голове: «Для кого?». Потому что нейя – одна. Одна истинная для одного нага. А нас на нее – двое претендентов.

Глава 9

ГЛАВА 9

Анна

Клишкат…

От одного имени сводит зубы! Наглая, противная змеюка! Но красивая, гадина такая, ничего не скажешь! В этом мне с ней не сравниться. Совсем. Во мне нет таких тонких черт лица, такой важности и такой стати. Она всегда ходит с высоко поднятой головой и всегда уверена в себе.

Опять она меня вгоняет в депрессию от чувства собственной никчемности и заниженной самооценки!

Злость и ревность просто распирают меня изнутри, разрывая каждую частичку моего тела на части. Никогда не испытывала такие негативные эмоции к человеку! Даже к собственному мужу после всех его слов и поступков! И это настоящая ненависть.

К человеку…

Но ведь она и не человек! Значит, к такому роду существу – это вполне себе нормально. Это я так себя успокаиваю, потому что это не так. «Нельзя ненавидеть, Ань! Это глупо! Нужно уметь прощать. Ты же знаешь, что ненависть развращает душу, уничтожает. Будь выше этого!» - если мне не изменяет память, именно в таком порядке мне так и сказала моя знакомая, когда узнала, что я развожусь с мужем. Ну а потом выяснилось, что она тоже с ним спала. Хотя, наверное, она была права. Ненависть и правда разрушает. Но тогда я просто злилась. Больше даже на себя, что столько времени была слепа. А сейчас…

А сейчас у меня горит все внутри от дикой ярости. Печет так, что не соображаю ничего!

Перед глазами так и мелькают моменты, как Клишкат ластилась к Айшану, что-то плела ему про меня, тыкала пальцем, оправдываясь перед ним за свою несдержанность. Естественно, он ее простит за то, что она попутала берега и надавала нам с Лейной люлей. Поверит, что все было «за дело», а не из-за ее импульсивности. У меня до сих пор болит скула и бровь, которые уже начали опухать. А еще ужасно ноет затылок. Мои волосенки знатно пострадали от тисканий ее подружек. Про руки и ноги вообще молчу. Такой растяжки и физической нагрузки у меня давно не было. Да чего там, вообще не было!

Меня трясло и колотило до тех пор, пока двое каких-то мужиков-нагов не подхватили меня под рученьки прямо в столовой и не поволокли по коридору к нашей с Лейной комнате. Хотя, трясло меня в этот самый момент не меньше. Я чертыхалась, брыкалась, упиралась ногами в пол и орала, как ненормальная. Со стороны посмотреть – палата номер шесть. Лейна же спокойно шла следом в сопровождении таких же двух мужчин. Как? Как ей это удается?

Я обычно сдержанна в своих чувствах и эмоциях. Я редко плАчу, немногословна и скупа на телячьи нежности. Подобные жесты не для меня. Не зря же меня мой бывший называл «фригидной курицей». Возможно, так оно и было. Честно признаться, я точно также думала. Но я никогда не грубила и не говорила лишнего. Мое начальство меня уважало за это, и я часто присутствовала на совещаниях нашей компании. Всегда вела себя немного отстраненно, но старалась подмечать самое главное. Меня ценили, и мне вполне было этого достаточно. В общем, обычная серая мышь, но прекрасно знающая правила хорошего тона и свою работу. Меньше слов, больше дела. Да, именно так и было, клянусь! До настоящего времени.

А последние несколько дней, видимо, из-за ужасного стресса, меня просто распирает. Будто бы прорвался мой невидимый пузырь контроля и отчужденности, и оттуда потекло все то, что сдерживалось долгие годы. И это вовсе не любовь и неуместная доброта. Ужасно жаль, что это все