Красно-белый чемпион. Том 1 - Владислав Викторович Порошин

— Если ты не прекратишь бегать по бабам, то умрёшь под забором! — шутливо гаркнул мне в спину Гаврилов.

— Так под кремлёвским, Василич! — загоготал я.

И только я хотел было выбежать на улицу, как через стеклянные двери увидел на крыльце второго тренера Фёдора Новикова. Невысокий 52-летний мужчина вышагивал взад и вперёд, поджидая футболистов после сытного ужина. Фёдор Сергеевич в 40-е и 50-е годы играл за куйбышевский клуб «Крылья Советов», а потом работал тренером то в Уфе, то в Йошкар-Оле, то в Таганроге. И для него московский «Спартак» был отличным шансом вписать своё имя в историю отечественного и даже мирового футбола.

Поэтому Новиков отчаянно цеплялся за свою работу и мечтал когда-нибудь самолично возглавить «Спартак». И для него подсчёт тактико-технических действий и выставление оценок за матч служило отличным рычагом воздействия на всех футболистов команды и даже на Николая Петровича Старостина. Например, получил кто-то плохую оценку за прошедшую игру. Значит следующий матч он начнет на скамейке запасных. И честно говоря, ссориться с Новиковым мне не хотелось. Но сидеть в доме отдыха без женского общества ещё больше напрягало мою расшатанную нервную систему.

Из-за чего я быстренько ломанулся в туалет первого этажа, где было замечательное окно, через которое можно было вылезти и незамеченным рвануть в город.

* * *

В кино я и моя знакомая девушка Вера не попали. В «Спутнике» сегодня была премьера фильма «Москва слезам не верит» и очередь в кассу выстроилась на тридцать метров. И лично я смотрел на такую народную тягу к киноискусству с большим недоумением. В будущем, о котором я многое знал и помнил, очередей в кинотеатры не существовало от слова совсем. Бесконечные слезливые мелодрамы, боевики с динамичными драками, фантастика с умопомрачительной компьютерной графикой, всё это настолько расслабит и разбалует людей будущего, что удивить их будет практически невозможно. Но сейчас, в этом 1980 году, люди буквально штурмовали «Москву слезам не верят». Вот уж настоящая фантастика.

— Не очень-то и хочется идти в кино, — скривила пухлые губки Вера.

— Тогда куда? — спросил я и посмотрел на часы, которые показывали половину 9-го вечера. — Опять в ресторан?

— Почему обязательно в ресторан? Пойдём ко мне? — улыбнулась моя новая знакомая, которая пришла на свидание в коротеньком плаще и в коротенькой светлой юбочке.

«Ножки высший класс», — подумал я, как только увидел эту барышню. И в кино мне расхотелось идти ещё тогда, когда мы встретились и по-дружески чмокнули друг друга в щеки.

— Отличная идея, посидеть наедине, — обрадовался я. — Кстати, про Москву, которая не верит горьким слезам, потом будут каждый год крутить по телевизору. И она ещё успеет многим надоесть.

— Тогда тем более пошли, — Вера взялась своей изящной рукой за мою крепкую ладонь и повела куда-то в противоположную сторону от улицы Абрикосовой, где возвышалось на пригорке задние кинотеатра с большими панорамными окнами.

Мы задорно прошли по какой-то узкой дорожке и вышли на широкую проезжую улицу с высотными домами. И я решил, что это и есть конечный путь нашего маленького путешествия. Но я горько ошибся. Высотные здания мы миновали и свернули на узкую лесную тропку, где было достаточно темно. Поэтому Вера предусмотрительно зажгла небольшой фонарик. «Так короче», — сказала она. И у меня тогда мелькнула первая тревожная мысль, что меня ведут в западню. Хотя чуть позже я подумал, что это московский капитан Иванов меня заставил чувствовать, подобно волку, на которого открыли охоту. Он мне нервы попортил, век воли не видать.

— Испугался? — захихикала Вера, когда мы чуть не угодили в какую-то яму. Если бы не фонарик, то прощая мои футбольные ноги.

— Теряюсь в незнакомой местности, — чуть-чуть приврал я.

И тут тропинка вывела нас в самый обычный частный сектор, где маленькие двухэтажные домики жались друг к другу.

— Почти пришли, — сообщила мне моя странная подруга.

Далее она постучала в калитку какого-то дома. А когда на пороге показался некий пожилой мужчина в болоньевой куртке поверх белой майки алкоголички, попросила у него продать бутыль свежего домашнего вина, которую он незамедлительно вытащил из своей кладовки. Я протянул мужику три рубля, и мы двинулись дальше. Наконец спустя две минуты наше путешествие действительно подошло к концу. Вера жила в одной неприметной двухэтажной постройке.

— Проходи не стесняйся, — сказала девушка, скину в прихожей туфли-лодочки. — Это мне родители снимают. Я в Сочи учусь на администратора гостиниц.

«Ну слава Богу, а то я уж думал, что это какая-то блатхата, — мысленно пробубнил я. — И всё равно что-то меня во всём этом напрягает. Прямо дымиться в одном месте, которое у меня отвечает за предчувствие неприятностей. Кстати, вот ещё один пазл моего настоящего портрета. У меня неплохая интуиция».

— Одна снимаешь или с кем-то? — спросил я из вежливости и чтоб прощупать почву. — Одной вроде как дорого.

— С подругой, но она сейчас уехала, — весело захохотала Вера и включила пластинку группы «ABBA».

Заиграл песня «Dancing Queen» и моя странная подруга самозабвенно принялась танцевать под приятную мелодию великолепной шведской четвёрки. В танце она сняла с себя плащ и предстала передо мной в кофточке с игривыми вырезами на плечах.

— Не знаю какой из тебя получится администратор гостиницы, но танцуешь ты отменно. Прямо как танцующая королева, — сказал я и действительно немного расслабился.

Ну что может случиться? Мы одни. Девушка хочет вина, танцевать и скорее всего самой обычной плотской любви. И я, кстати, тоже. Не хотел бы подобного рандеву, то сейчас бы лежал в номере и пялился в потолок. Или играл бы в домино, по 10 копеек за очко.

— Налей по бокалу, — попросила она, двигаясь с большой грацией.

— Предупреждаю, пить тебе придётся одной, — усмехнулся я. — У меня режим. Скоро игры пойдут через два дня на третий. И я должен быть в отменной форме.

— Дела-дела, игры-игры, — усмехнулась Вера и перестала танцевать. — Какие вы все мужчины скучные.

— Мы, мужчины — разные, — возразил я, пока моя странная подруга взяла бокал вина и медленными глотками принялась пить. — Один на диване лежит. Другой водку пьёт. Третий тянет семейную лямку, потом сбегает с дружками