Новая жизнь 1-9 - Виталий Хонихоев

— разорвут. Тут надо излучать абсолютную уверенность в себе и это успокоит толпу, заставит осесть назад и может даже слегка задуматься. Поэтому, несмотря на мурашки где-то на затылке и вдоль позвоночника — я улыбаюсь и делаю паузу. Нельзя частить, тараторят неуверенные в себе, нельзя суетиться, суетятся паникующие. Сделать паузу, обвести зал взглядом, встречаясь с глазами, кивнув пару раз, так, словно узнал кого-то и поприветствовал. Зал затихает. Отлично. Откашливаюсь в сторону, чтобы не дать петуха в микрофон, все-таки в горле пересохло.

— А пока Капибара Момо найдет мне бутылочку воды — у меня аж в горле пересохло от такой аудитории… — я улыбаюсь кончиками губ, не показывая зубы. Этот трюк называется «Потерянное письмо», говоришь то, что хочешь спрятать и никто тебе не верит. В горле пересохло? Да ну, он же стоит и улыбается, двигается легко, не дрожит, голос тверд. Значит — шуточка. Значит — не обращаем внимания. В свою очередь, когда не удерживаешь это в себе, а декларируешь — становится легче. А сейчас мне нужна любая помощь.

— Да. Я никогда еще не выступал перед таким количеством очаровательных дам. Поэтому мне страшно до жути. Честно — снова улыбка и снова этому никто не верит. По залу проносятся смешки.

— Страшно в первую очередь разочаровать вас. Потому что никакого Дара Любви не существует. — зал замирает, еще не зная, как к этому относиться. Они — девушки на производстве и среди них есть как замужние, так и нет. И на самом деле у замужних женщин дела на личном фронте порой намного хуже, чем у незамужних, а это о чем-то да говорит. Японские пары в семье порой напоминают старый анекдот, когда к английскому лорду подходит его жена и говорит — «Сэр, вынуждена сообщить вам, что у меня отошли месячные». На что лорд говорит: — «Это означает что у меня не будет наследника?» и на утвердительный кивок головы — тяжело вздыхает: — «Опять эти нелепые телодвижения…»

И это так и есть. Муж и жена тут как правило спят по отдельности. Порой не видят друг друга месяцами — из-за графика работы. А после определенного возраста женщина хочет секса больше. Вот и плавают в местном городском фольклоре все эти истории про молочников, студентов, сантехников и хозяев квартир, которые беззастенчиво пользуются этим положением… или скорее наоборот — помогают уважаемым замужним женщинам восполнить дефицит секса в организме.

— Тем не менее я приложу все усилия, для того, чтобы вы не ушли отсюда разочарованными. Если необходимо вас благословить — то конечно благословлю. — говорю я и зал облегченно вздыхает. Какая скотина с них деньги собрала и почему мне доли никто не предложил? Хоть не за бесплатно все это было бы. Хотя, уверен, что это в рамках движения по художественной самодеятельности в коллективе. Японцы вообще умеют сами себе кумира на пустом месте делать. Такая нация — упорная во всем, все тут делают до конца, терпеливо и на совесть. Такую бы энергию да в мирное русло и им тут никакие атомные электростанции не нужны были бы.

— Однако мы все же должны сперва поговорить — как минимум познакомиться перед таким ответственным моментом, не так ли? — тут я улыбаюсь и подмигиваю в зал. Снова смешки. Отлично. Мне в руку тычется пластиковая бутылка, Капибара Момо нашла воду и даже уже открыла крышку, молодец. Подношу бутылку к губам, делаю глоток. Отдаю бутылку обратно. Простые действия, но они дают мне несколько секунд подумать, просчитать варианты.

— Итак, что же такое пресловутый Дар Любви и не является ли он проклятием. Начнем с того, что же такое любовь и почему это понятие так тесно связано с сексом в одном случае и совершенно не связано в другом. Так, например, любовь к Родине, к мисо-супу или к собственному ребенку — не связана с сексом. Как правило, дамы, как правило, не надо указывать на своих коллег. — снова шуточки за триста, но для большой аудитории зайдет: — в то же время любовь романтическая, подразумевающая отношения между взрослыми людьми — подразумевает секс. На самом деле это понятия между собой не связанные и вполне спокойно сосуществующие раздельно. Как говорится — мухи отдельно, котлеты — отдельно. Как вы все могли видеть своими глазами, Дар Любви — скорее относится к сексу, нежели к романтической любви. И вот тут мы должны задать себе вопрос — нужно ли нам это благословение? — тут я делаю паузу и снова обвожу зал взглядом.

При определенной степени везения может так статься, что половина зала сейчас встанет и уйдет. Потому что может в глубине души каждая девушка и хочет секса, но снаружи в этом признаться стыдно, на публику так сказать. За любовь и все эти кабриолеты с открытым верхом, медовым месяцем на Карибском море, принца на белом коне, парные теплые свитера с оленями, кучу детей и уютные вечера у семейного очага — не стыдно. Так что…

— Нужно! — раздается сильный, звонкий и очень молодой голос откуда-то с галерки. Я прищуриваюсь и смотрю в направлении голоса. Все-таки хорошо, когда у тебя стопроцентное зрение и никаких очков не надо. Ага. Вот она, смутьянка и зачинщица, сидит между своими подружками. Молодая, конечно же. И улыбка на все лицо.

Ладно, думаю я, не получилось. Хорошо, будем пробовать, с другой стороны.

— Хорошо — говорю я: — те, кому это и правда очень нужно — оставайтесь. Признайтесь себе, что вам нужна именно полноценная сексуальная жизнь и оставайтесь. Остальным я вынужден сказать, что в романтической любви я не разбираюсь. Есть у меня пара мыслей на эту тему, но тут я упертый дарвинист и считаю, что это наполовину самовнушение…

— Ну и ладно! Секс — это тоже неплохо! — кричит с галерки смутьянка. Тоже мне Стенька Разин нашлась. У меня все на мази, самые уважаемые члены коллектива только собрались уходить, а она тут ситуацию в социально приемлемую превращает. Что же, бунт надо подавлять. Зачинщиков бунта надо безжалостно карать.

— Девушка! — повышаю голос я, смотря на нее: — вы не могли бы пройти на сцену? Ваш пример был бы очень нагляден в этой ситуации. Да, да, именно вы!

— У нас же очередь! — шипит сзади Капибара Момо: — передовики производства! Лучшие работники года и месяца! Ветераны в конце концов! — я не обращаю внимания на Капибару, у меня тут бунт на корабле, самую главную опасность всегда представляют такие вот смутьяны — их всегда немного, один на сотню,